Слухи о безмозглости и стремление дурака изменить их, что приводит к конфликту с окружающими и к его собственному становлению критическим авторитетом.

Ключевые идеи

Слухи и их влияние на человека
Парадокс превращения критика в авторитет
Ирония и критика авторитетов

Вывод

Критика, начавшаяся как попытка остановить слухи, превращается в источник авторитета и страха, демонстрируя двойственную природу влияния.

Кому полезна

Люди, интересующиеся психологией влияния и общественным восприятием
Писатели и журналисты, изучающие роль критики

Главные темы

Критика как инструмент влияния
Преобразование личности через общественное признание

Персонажи

Дурак — Человек, о котором ходят слухи о безмозглости, пытается их остановить, но в итоге становится критиком и авторитетом
Знакомый — Человек, которого дурак критикует, испуган и соглашается с ним
Издатель — Предлагает дураку заведовать критическим отделом газеты

Цитаты

Жил-был на свете дурак.
И дурак стал критиковать всё и всех, нисколько не меняя ни манеры своей, ни своих восклицаний.

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. 伊万·谢尔盖耶维奇·屠格涅夫. русский писатель, поэт, публицист, драматург и переводчик (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 1 из 1

Иван Сергеевич Тургенев Дурак

Жил-был на свете дурак.

Долгое время он жил припеваючи; но понемногу стали доходить до него слухи, что он всюду слывет за безмозглого пошлеца.

Смутился дурак и начал печалиться о том, как бы прекратить те неприятные слухи?

Внезапная мысль озарила наконец его темный умишко… И он, нимало не медля, привел ее в исполнение.

Встретился ему на улице знакомый – и принялся хвалить известного живописца…

– Помилуйте! – воскликнул дурак. – Живописец этот давно сдан в архив… Вы этого не знаете? Я от вас этого не ожидал… Вы – отсталый человек.

Знакомый испугался – и тотчас согласился с дураком.

– Какую прекрасную книгу я прочел сегодня! – говорил ему другой знакомый.

– Помилуйте! – воскликнул дурак. – Как вам не стыдно? Никуда эта книга не годится; все на нее давно махнули рукою. Вы этого не знаете? Вы – отсталый человек.

И этот знакомый испугался – и согласился с дураком.

– Что за чудесный человек мой друг N. N.! – говорил дураку третий знакомый. – Вот истинно благородное существо!

– Помилуйте! – воскликнул дурак. – N. N. – заведомый подлец! Родню всю ограбил. Кто ж этого не знает? Вы – отсталый человек!

Третий знакомый тоже испугался – и согласился с дураком, отступился от друга.

И кого бы, что бы ни хвалили при дураке – у него на все была одна отповедь.

Разве иногда прибавит с укоризной:

– А вы всё еще верите в авторитеты?

– Злюка! Желчевик! – начинали толковать о дураке его знакомые. – Но голова!

– И какой язык! – прибавляли другие. – О, да он талант!

Кончилось тем, что издатель одной газеты предложил дураку заведовать у него критическим отделом.

И дурак стал критиковать всё и всех, нисколько не меняя ни манеры своей, ни своих восклицаний.

Теперь он, кричавший некогда против авторитетов, – сам авторитет – и юноши перед ним благоговеют и боятся его.