Загрузка...
Мароны — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
мароныЯмайкарабствоисториясопротивлениеколониализмплантациисвободапутешествиерабовладелец

Описание

Книга повествует о путешествии автора по Ямайке, где он знакомится с маронами, их историей и борьбой за свободу, а также о приключениях героев, сталкивающихся с опасностями, конфликтами и заговором против судьи. В ходе повествования раскрываются темы памяти, закона и личной свободы, а также последствия колониальной власти.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между свободой и законами маронов, личными убеждениями и властью судьи Вогана

Ключевые идеи

  • Восхищение маронами и их борьбой за свободу
  • Географическое и историческое значение Голубых гор Трелони
  • Память о маронах как о символе стойкости и независимости
  • Мароны обязаны сдавать беглых рабов, даже если они не хотят.
  • Квэко – фулах из Африки, его клеймо и следы от плети подтверждают это.
  • Герберт, хотя и не желает возвращаться в «Горный Приют», соглашается помочь в возвращении Квэко.
  • Смизи оказывается в опасной и изолированной среде после падения в дерево.
  • Его попытки самостоятельно выбраться заканчиваются неудачей и усилением страха.
  • Наличие внешнего спасителя (Квеко) вводит новый персонаж и открывает путь к дальнейшему развитию сюжета.
  • Семейное давление в выборе партнёра
  • Конфликт между личными желаниями и семейными обязанностями
  • Реакция и ожидания мистера Смизи

Вывод

Книга подчёркивает важность памяти о маронах и их наследие, а также сложность выбора между личными убеждениями и общественными законами.

Кому полезна

  • Любители исторических приключений
  • Читатели, интересующиеся колониальной историей и борьбой за свободу

Главные темы

  • Борьба за свободу и память о маронах
  • Конфликты между законами, личными убеждениями и властью

Персонажи

  • Квэко — Седовласый 70‑летний ветеран маронов, делящийся воспоминаниями о борьбе за свободу. Имеет клеймо и следы от плети, похожий на девушку, что вызывает сомнения у Марона. Спасает Смизи из бака с патокой.
  • Смизи — Падает в дерево, пытается выжить, демонстрируя стойкость и отчаяние. Встречает Юдифь, прерывает её попытку убийства. Захвачен маронами, помещён в баки с патокой, позже спасён Квэко.
  • Марон — Показывает Герберту беглого раба, объясняет законы маронов и пытается убедить в необходимости вернуть Квэко. Скрытно наблюдает за разговором и понимает угрозу судье.
  • Герберт — Удивлён клеймом и следами на Квэко, соглашается помочь в возвращении раба, хотя не хочет возвращаться в «Горный Приют».
  • Кэт — Склонна к самостоятельности, не хочет брака с мистером Смизи, боится утраты родного дома. Дочь судьи Вогана.
  • Отец (судья Воган) — Убеждает Кэт в выгодах брака, настаивает на принятии предложения. Судья Воган, отец Кэт.
  • Джесюрон — Гневный и недоверчивый, стремится к убийству судьи. Участвует в заговоре с Чакрой и Масса Джеком.
  • Чакра — Пытается убедить Джесюрона в эффективности своей ворожбы, участвует в заговоре.
  • Масса Джек — Поддерживает Джесюрона в планах убийства судьи.
  • Юдифь Джесюрон — Охвачена ревностью и желанием мести, готова к насилию, планирует убить Кэт.
  • Кубина — Смелый и решительный, стремится спасти дом и людей, вместе с Гербертом спасает Смизи.
  • Квеши — Маленький мальчик, знает, что мароны пришли и похитили людей, сообщает о событиях.

Цитаты

  • Но кто станет оплакивать падение торговли, основным товаром которой был человек? Да возрадуется человечество ее гибели!
  • Не восхваляйте Фермопил, не превозносите Вильгельма Телля и долину Грютли и почтите молчанием ямайских маронов!
  • «Не все африканцы - негры. Я думаю, он фулах.»
  • «Не очень-то мне хочется возвращать его хозяину.»
  • Как ни темна поглотившая его "пучина", охотник оказался жив и даже не очень пострадал.
  • Он не сразу понял, где находится. Вокруг плавала такая густая пыль, что он почти ничего не видел.
  • Нравится человек или ты его любишь - это не одно и то же
  • Став миссис Монтегю Смизи, ты будешь вращаться в самом фешенебельном обществе
  • «Если судья успеет добраться до Спаниш‑Тауна, то смотри, со мной шутки плохи!»
  • «Я сам жду не дождусь, как бы поскорее разделаться с судьей Воганом.»

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. Thomas Mayne Reid. английский писатель (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 1 из 99

Рид Томас Майн Мароны

Майн Рид

Мароны

Пролог

ОСТРОВ РОДНИКОВ

Скитаясь, как бездомный бродяга, по морям вест-индских островов, я случайно оказался в бухте Монтего-Бей, на северо-западном побережье Ямайки. Передо мной раскинулся величавый полукруглый залив, по берегам которого зеленым полумесяцем протянулись высокие лесистые горы. Внутри этого полумесяца расположился город. Его белые стены и окна с жалюзи весело блестели среди гущи зелени, где сплеталась листва пальм и бананов, лимонных и тутовых деревьев, папайи и клещевины. На склонах гор я без труда разглядел сахарную и кофейную плантации, загоны скотоводческой фермы. Дома владельцев этих поместий стояли на самом виду под сенью апельсиновых рощ, среди зарослей душистого ямайского перца; с обеих сторон каждого дома шли крытые веранды.

Тишиной и покоем веяло от этой картины, и город можно было бы принять за мирную деревушку, если бы высокие мачты, пересекавшие горизонтальную линию берега, не указывали на то, что Монтего-Бей - морской порт. Их было не больше двадцати, этих мачт, тонких и прямых, как свечи. Их малочисленность и полный покой в заливе (наш корабль был единственным судном, бороздившим его воды) отнюдь не свидетельствовали о процветании порта.

Попади я сюда на полстолетия раньше, передо мной открылось бы иное зрелище. Я увидел бы сотни кораблей у причала или на якорях в гавани: одни только что прибыли, другие уходят в открытое море, а те подняли паруса и готовятся отплыть; по заливу проворно снуют шлюпки и баркасы, на берегу толпятся и снуют люди, - короче говоря, я заметил бы ту кипучую деятельность, какая обычно наблюдается на пристанях процветающего порта.

То была пора напряженной духовной жизни, когда народы, в чьих сердцах долго росло и зрело стремление к освобождению, как растет и копит силы пламя в жерле вулкана перед могучим взрывом, восстали наконец во имя свободы, чтобы разбить по обе стороны Атлантического океана тысячи и тысячи оков. Кроме того, на Ямайке, как и повсюду, это была пора расцвета. Вскоре, однако, процветание острова достигло своего апогея, и наступил кризис, за которым быстро последовал упадок. Но кто станет оплакивать падение торговли, основным товаром которой был человек? Да возрадуется человечество ее гибели!

По мере того как наш корабль приближался к берегу и мы могли различать отдельные предметы, открывавшееся перед нами зрелище становилось все заманчивее. Животные и люди на берегу и в близлежащих полях, пестрые, красочные одежды, богатство оттенков яркой тропической залени, стройная симметрия пальм и папайи - все сливалось в единую картину, заслуживающую названия восхитительной.

Но взгляд мой недолго задерживался на ней. Гораздо сильнее манили меня голубые вершины, еле видимые в отдалении и легким силуэтом вырисовывающиеся на еще более ярком голубом небе, - я знал, что это горы Трелони. Не сами горы привлекали меня, хотя я люблю смотреть на эти величавые черты лика Земли. Я слишком часто любовался Кордильерами, чтобы меня мог поразить вид Голубых гор Ямайки. Однако с ними связана одна история, хотя и малоизвестная свету, но от этого не менее волнующая. Романтический интерес ее по меньшей мере равен тому, который вызывают исчезнувшие храмы Монтесумы1 или разрушенные дворцы перуанских инков2. В анналах истории различных рас и народов Нового Света, по-моему, нет ничего более увлекательного и захватывающего, чем повесть о ямайских маронах.

Тот, кто любит свободу, кто ратует за равенство людей, не может не испытывать искреннего восхищения перед мужественными людьми с темной кожей, которые в течение двух столетий боролись за свою независимость против белого населения всей Ямайки. Глядя на горы Трелони, я невольно вспомнил отважных "охотников за кабанами"3, нашедших себе пристанище среди этих далеких вершин. Там ютились их скрытые в банановых рощах хижины. Там в мирное время, сидя в тени тамаринда, темнокожие матери следили за состязаниями своих сыновей, обучая их охотничьему искусству отцов, которые тем временем преследовали диких кабанов в чаще леса. Там тихим тропическим вечером перед живописными хижинами собирались веселые группы их обитателей, слушали воинственную песнь племени короманти или грустные напевы племени эбо и плясали, как некогда в Конго, под манящие звуки гумбоя и мериванга. И там же, когда их вынуждали к войне, совершали мароны свои доблестные подвиги. В этих лесистых горах таились их своеобразные, самой природой созданные крепости, которые мароны стойко защищали, хотя противники в десять раз превышали их численностью. И каждая тропа была орошена кровью побежденных врагов, каждое ущелье освящено подвигами величайшего мужества.

Не восхваляйте Фермопил4, не превозносите Вильгельма Телля и долину Грютли5 и почтите молчанием ямайских маронов! Среди горстки темнокожих, двести лет живших свободно у Голубых гор Ямайки, найдутся герои, столь же достойные славы, как герои Спарты и Швейцарии. Маронов не удалось сломить. Их гордый дух не изведал позора поражения.

Неудивительно, что, предавшись воспоминаниям об этом замечательном народе, я не мог отвести взора от цепи гор Трелони, и неудивительно также, что, едва ступив на землю Ямайки, я тотчас направился в Голубые горы.

Я шел туда не только затем, чтобы испить из сладостного источника великого прошлого, - я хотел удостовериться, сохранились ли в местах, освященных геройскими подвигами, потомки этого замечательного племени. Меня не постигло разочарование. Я убедился, что в горах Трелони мароны не забыты, хотя после отмены рабства они смешались с остальным темнокожим населением острова. Я встретил многих потомков маронов. Мне даже посчастливилось близко узнать одного из старейших участников великих событий, настоящего, подлинного марона, семидесятилетнего, седовласого ветерана, который в те далекие годы был неустрашимым воином.

Окидывая взглядом все еще внушительную, почти гигантскую фигуру старика, я без труда поверил в его геройские подвиги. "Каким, должно быть, величественным зданием были когда-то эти руины!" - подумалось мне невольно.

Известные обстоятельства, о которых здесь говорить излишне, сблизили меня с этим необыкновенным старцем, и я стал желанным гостем в его горной хижине, где выслушал не одну повесть о далеком прошлом. Рассказы старика равно волновали нас обоих. Помимо многих увлекательных эпизодов, услышанных мною от старого марона, я узнал от него ряд подробностей той истории, которую ныне здесь предлагаю. И, если читатель сочтет ее достойной внимания, этим он будет обязан не столько мне, сколько почтенному марону Квэко.

Глава I

ПОМЕСТЬЕ ГОРНЫЙ ПРИЮТ

Страница 1 из 99

Назад1299Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 43

Назад1243Далее