Загрузка...
Избранное — обложка книги
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга представляет собой собрание разнообразных рассказов, объединённых темами человеческих стремлений, моральных дилемм, внутреннего конфликта и влияния искусства и войны на психику. В ней сочетаются сказки, военные хроники, психологические истории и художественные размышления, создавая многослойный портрет человеческой природы.

Главный конфликт / проблема

Соперничающие идеалы и реальность, внутренний конфликт героя, борьба за свободу и смирение

Ключевые идеи

  • Любопытство может привести к неожиданным приключениям.
  • Гордость и непокорность приводят к падению и необходимости смирения.
  • Свобода и стремление к ней часто сталкиваются с ограничениями природы и общества.
  • Моральные уроки передаются через простые образы животных и растений.
  • Конфликт между идеалами учителя и реальностью жизни.
  • Моральный конфликт о честности и использовании «нечестных» средств.
  • Важность финансовой стабильности для реализации личных и профессиональных целей.
  • Трудности и психологические испытания военного похода.
  • Влияние лидера на мораль и дисциплину войск.
  • Сила товарищеской поддержки и решимости в бою.
  • Борьба человека с внутренним злом и безумием
  • Традиции и современность в городском празднике

Вывод

Книга приводит к выводу, что человеческие стремления, гордыня и смирение, свобода и судьба переплетаются, формируя глубокое понимание себя и мира.

Кому полезна

  • Любители литературы и художественных произведений
  • Психологи и психиатры
  • Военные историки и специалисты по военной психологии
  • Художники и критики

Главные темы

  • Сказки и мифы
  • Моральные дилеммы и внутренний конфликт
  • Военные испытания и лидерство
  • Психология и психиатрия
  • Искусство и критика
  • Языковые заметки

Персонажи

  • Лягушка‑квакушка — Любопытная и смелая, стремится к приключениям, но не умеет оценивать опасность.
  • Утки — Сначала опасаются, но соглашаются нести лягушку.
  • Аггей — Покорный, но после наказания становится смиренным.
  • Василий Петрович — Молодой, мечтательный, стремится к честной работе и семейной жизни, но сталкивается с реальностью и финансовыми трудностями.
  • Николай Константиныч Кудряшов — Обладает большим опытом в строительстве, готов использовать любые средства для достижения цели.
  • Иван Павлыч — Помогает Василию с чертежами и организацией ужина.
  • Владимир Михайлыч — Опытный солдат, описывающий события с точки зрения личного опыта, демонстрирует выдержку и наблюдательность.
  • Федоров — Скептически относится к генералу, но поддерживает товарищей.
  • Генерал — Громкий, авторитетный, демонстрирует пример перехода через лужу, влияет на мораль солдат.
  • Венцель — Жестокий, но справедливый, проявляет дисциплину и заботу о солдатах.
  • Житков — Твердый, но заботливый, поддерживает товарищей.
  • Пациент (Иван Сергеевич) — Безумный человек, который видит в красном маке символ зла и пытается его уничтожить, но в итоге погибает.

Цитаты

  • "Ах, какая сегодня прекрасная мокрая погода!"
  • "Смотрите, смотрите! – кричали дети в одной деревне, – утки лягушку несут!"
  • «Вот она, моя будущая нива, на которой я, как скромный пахарь, буду работать».
  • «Постель каменную, из огромных булыжников, не меньше одного кубического фута объёма».
  • «Вперед, ребята! По‑суворовски!».
  • «Мы готовы умереть».
  • Святой великомученик Георгий! В руки твои предаю тело мое. А дух – нет, о нет!…
  • И я, как художник, ищу в искусстве отражение своего внутреннего мира.
  • Позвольте
  • Боже мой!

Сводка по автору из Wikidata

1855–1888. Всеволод Гаршин. русский писатель, поэт, художественный критик

Читать онлайн

Страница 1 из 52

Всеволод Михайлович Гаршин Избранное

Сказки

Лягушка-путешественница

Жила-была на свете лягушка-квакушка. Сидела она в болоте, ловила комаров да мошку, весною громко квакала вместе со своими подругами. И весь век она прожила бы благополучно – конечно, в том случае, если бы не съел ее аист. Но случилось одно происшествие. Однажды она сидела на сучке высунувшейся из воды коряги и наслаждалась теплым мелким дождиком.

«Ах, какая сегодня прекрасная мокрая погода! – думала она. – Какое это наслаждение – жить на свете!»

Дождик моросил по ее пестренькой лакированной спинке; капли его подтекали ей под брюшко и за лапки, и это было восхитительно приятно, так приятно, что она чуть-чуть не заквакала, но, к счастью, вспомнила, что была уже осень и что осенью лягушки не квакают, – на это есть весна, – и что, заквакав, она может уронить свое лягушечье достоинство. Поэтому она промолчала и продолжала нежиться.

Вдруг тонкий, свистящий, прерывистый звук раздался в воздухе. Есть такая порода уток: когда они летят, то их крылья, рассекая воздух, точно поют, или, лучше сказать, посвистывают. Фью-фыо-фью-фью – раздается в воздухе, когда летит высоко над вами стадо таких уток, а их самих даже и не видно, так они высоко летят. На этот раз утки, описав огромный полукруг, спустились и сели как раз в то самое болото, где жила лягушка.

– Кря, кря! – сказала одна из них, – лететь еще далеко; надо покушать.

И лягушка сейчас же спряталась. Хотя она и знала, что утки не станут есть ее, большую и толстую квакушку, но все-таки, на всякий случай, она нырнула под корягу. Однако, подумав, она решилась высунуть из воды свою лупоглазую голову: ей было очень интересно узнать, куда летят утки.

– Кря, кря! – сказала другая утка, – уже холодно становится! Скорей на юг! Скорей на юг!

И все утки стали громко крякать в знак одобрения.

– Госпожи утки! – осмелилась сказать лягушка, – что такое юг, на который вы летите? Прошу извинения за беспокойство.

И утки окружили лягушку. Сначала у них явилось желание съесть ее, но каждая из них подумала, что лягушка слишком велика и не пролезет в горло. Тогда все они начали кричать, хлопая крыльями:

– Хорошо на юге! Теперь там тепло! Там есть такие славные теплые болота! Какие там червяки! Хорошо на юге!

Они так кричали, что почти оглушили лягушку. Едва-едва она убедила их замолчать и попросила одну из них, которая казалась ей толще и умнее всех, объяснить ей, что такое юг. И когда та рассказала ей о юге, то лягушка пришла в восторг, но в конце все-таки спросила, потому что была осторожна:

– А много ли там мошек и комаров?

– О! целые тучи! – отвечала утка.

– Ква! – сказала лягушка и тут же обернулась посмотреть, нет ли здесь подруг, которые могли бы услышать ее и осудить за кваканье осенью. Она уж никак не могла удержаться, чтобы не квакнуть хоть разик.

– Возьмите меня с собой!

– Это мне удивительно! – воскликнула утка. – Как мы тебя возьмем? У тебя нет крыльев.

– Когда вы летите? – спросила лягушка.

– Скоро, скоро! – закричали все утки. – Кря, кря! кря! кря! Тут холодно! На юг! На юг!

– Позвольте мне подумать только пять минут, – сказала лягушка, – я сейчас вернусь, я наверно придумаю что-нибудь хорошее.

И она шлепнулась с сучка, на который, было, снова влезла, в воду, нырнула в тину и совершенно зарылась в ней, чтобы посторонние предметы не мешали ей размышлять. Пять минут прошло, утки совсем было собрались лететь, как вдруг из воды, около сучка, на котором она сидела, показалась ее морда, и выражение этой морды было самое сияющее, на какое только способна лягушка.

– Я придумала! Я нашла! – сказала она. – Пусть две из вас возьмут в свои клювы прутик, а я прицеплюсь за него посередине. Вы будете лететь, а я ехать. Нужно только, чтобы вы не крякали, а я не квакала, и все будет превосходно.

Хотя молчать и тащить хоть бы и легкую лягушку три тысячи верст не бог знает какое удовольствие, но ее ум привел уток в такой восторг, что они единодушно согласились нести ее. Решили переменяться каждые два часа, и так как уток было, как говорится в загадке, столько, да еще столько, да полстолько, да четверть столька, а лягушка была одна, то нести ее приходилось не особенно часто. Нашли хороший, прочный прутик, две утки взяли его в клювы, лягушка прицепилась ртом за середину, и все стадо поднялось на воздух. У лягушки захватило дух от страшной высоты, на которую ее подняли; кроме того, утки летели неровно и дергали прутик; бедная квакушка болталась в воздухе, как бумажный паяц, и изо всей мочи стискивала свои челюсти, чтобы не оторваться и не шлепнуться на землю. Однако она скоро привыкла к своему положению и даже начала осматриваться. Под нею быстро проносились поля, луга, реки и горы, которые ей, впрочем, было очень трудно рассматривать, потому что, вися на прутике, она смотрела назад и немного вверх, но кое-что все-таки видела и радовалась и гордилась.

«Вот как я превосходно придумала», – думала она про себя.

А утки летели вслед за несшей ее передней парой, кричали и хвалили ее.

– Удивительно умная голова наша лягушка, – говорили они, – даже между утками мало таких найдется.

Она едва удержалась, чтобы не поблагодарить их, но вспомнив, что, открыв рот, она свалится со страшной высоты, еще крепче стиснула челюсти и решилась терпеть. Она болталась таким образом целый день: несшие ее утки переменялись на лету, ловко подхватывая прутик; это было очень страшно: не раз лягушка чуть было не квакала от страха, но нужно было иметь присутствие духа, и она его имела. Вечером вся компания остановилась в каком-то болоте; с зарею утки с лягушкой снова пустились в путь, но на этот раз путешественница, чтобы лучше видеть, что делается на пути, прицепилась спинкой и головой вперед, а брюшком назад. Утки летели над сжатыми полями, над пожелтевшими лесами и над деревнями, полными хлеба в скирдах; оттуда доносился людской говор и стук цепов, которыми молотили рожь. Люди смотрели на стаю уток и, замечая в ней что-то странное, показывали на нее руками. И лягушке ужасно захотелось лететь поближе к земле, показать себя и послушать, что об ней говорят. На следующем отдыхе она сказала:

– Нельзя ли нам лететь не так высоко? У меня от высоты кружится голова, и я боюсь свалиться, если мне вдруг сделается дурно.

И добрые утки обещали ей лететь пониже. На следующий день они летели так низко, что слышали голоса:

– Смотрите, смотрите! – кричали дети в одной деревне, – утки лягушку несут!

Лягушка услышала это, и у нее прыгало сердце.

– Смотрите, смотрите! – кричали в другой деревне взрослые, – вот чудо-то!

«Знают ли они, что это придумала я, а не утки?» – подумала квакушка.

– Смотрите, смотрите! – кричали в третьей деревне. – Экое чудо! И кто это придумал такую хитрую штуку?

Тут лягушка уж не выдержала и, забыв всякую осторожность, закричала изо всей мочи:

– Это я! Я!

Страница 1 из 52

Назад1252Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее