Читать бесплатно онлайн

Соня в царстве дива

Автор Льюис Кэрролл

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Язык оригиналаen

Возрастное ограничение0+

Жанры

детская проза детские приключения документальная литература

Темы

детскаяприключениясказкакроликмагияпутешествиедружба

Описание

Соня, любопытная девочка, попадает в царство дива, где меняет размер и встречает множество существ, пытаясь найти путь домой.

Главный конфликт / проблема

Соня пытается вернуться домой после того, как в царстве дива постоянно меняет размер и сталкивается с различными испытаниями.

Ключевые идеи

Любопытство и желание приключений приводят к неожиданным открытиям.
Изменение размера как метафора перемен и поиска себя.
Взаимодействие с разными существами раскрывает разнообразие мира.
Ключи и напитки как символы доступа к новым возможностям.

Вывод

Книга приводит к осознанию, что путь домой требует не только физического перемещения, но и внутреннего самопознания.

Кому полезна

Дети
Любители фэнтези

Главные темы

Приключения в царстве дива
Изменение размера
Поиск пути домой

Персонажи

Соня — Скучает в саду, ищет приключения, меняет размер, взаимодействует с разными существами.
Кролик — Белый кролик в жилете, который останавливается, чтобы проверить часы.
Мышь — Мышь, которую Соня пытается понять, но она не отвечает.
Червяк — Червяк помогает Сони понять, как управлять ростом.

Цитаты

Встать или не встать!
Соня, ты превысила меру.

Сводка по автору из Wikidata

1832–1898. Lewis Carroll. английский писатель, математик, логик, философ и фотограф (1832–1898)

Читать онлайн

Страница 2 из 14

“Ну, разревелась!” - вдруг спохватилась Соня. „Советую тебе сейчас перестать!” - резко и строго унимает она себя. Соня, надо заметить, была вообще мастерица угощать себя не только советами, но иной раз даже и щелчками. Шли ли они ей в прок—другое дело. И теперь она было пустилась в разговор с собою, но тотчас бросила, утерла слезы и стала озираться на все стороны. Вдруг, видит под стеклянным столиком лежит хрустальный ящичек. Она открывает его—в нем пирожок. Иа пирожке красиво выложены из коринки слова: „съешь меня!”. ”Пожалуй, съем”, решила Соня. „Если выросту, достану ключ; а стану еще меньше, пролезу под дверь. Чтобы ни было,—лишь бы выбраться в сад”.

Соня откусила пирожка, села кусочек и страх ее разбирает. „Что-то будет! Куда иду? Вверх или вниз?" Она подняла руки под головой, щупает вверх или вниз она уходит? Что за чудеса! Голова на месте, никуда не уходит! Странное, однако, дело!- думает Соня. От пирогов, правда, никогда ничего не бывает особеннаго; но за это время с нею было столько диковиннаго, что ее словно озадачило, и даже несколко обидело, что с нею не делается ничего особеннаго. Она опять принялась за пирог и дочиста съела его.

Слёзная лужа

„Чуднее и распречуднее”, закричала Соня! От удивления она даже путалась в словах, и выражалась как-то не по-русски. „Вот тебе раз! Выдвигаюсь теперь, как самая большущая подзорная труба! Стой, ноги, куда вы? Никак надо проститься с вами!” И действительно, Соня, нагнувшись, едва уже видит ноги, так оне вытянулись и далеко от нея ушли. „Ну уж теперь никак не достану обувать их, разсудила она и вдруг стукнулась головой о потолок — она вытянулась чуть не на сажень. Она проворно схватила со стола ключик и поскорей к садовой дверке. Бедная Соня, опять неудача!—В дверь не пройдет. Только растянувшись во всю длину, она могла приложиться к ней одним глазом и заглянуть в сад; но пройти—куда при таком росте! не выдержала тут Соня, опять расплакалась.

„Постыдилась бы себя, коли других не стыдно! Такая большая, да плачет" (и подлинно большая!). „Ну, будет, сейчас перестань, слышишь!” Ни увещания, ии угрозы, ничего не помогает; Соня плачет, рыдает, разливается; в три ручья текут у нея слезы, собираются в порядочно-глубокую лужу, и захватила эта лужа уже с пол залы. “Ужь не заколдовал ли меня ночью колдун, или волшебница!" подумала Соня. „Дай вспомню, было ли со мною что-нибудь особенное нынче утром? Да, будто что-то было не как всегда. Ну, положим, я стала не Соней, а кем-то другим, так куда же девалась настоящая Соня, и в кого я обернулась?"

Соня стала перебирать всех ей знакомых девочек, не узнает ли, в которую именно она обернулась. „Ужь не стала ли я Аней?—Нет, не может быть: у Ани волосы длиннее моих и вьются, а мои совсем не вьются. И Машей я не стала—я учусь хорошо, и уже много знаю, а Маша учится дурно и иичего не знает. Однако с моей головой как будто что-то неладное делается!... Попробовать разве припомнить, знаю ли я впрямь все, что знала. Ну-ка: 4 х 5 =...12: 4 х 6 =...13; 4 х 7 = ... Сколко бишь?... эдак, пожалуй, и до 20-ти не досчитаешь.... Ну, да что таблица умножения —это не важно! Посмотрим, как из географии: Лондон — столица... Парижа, а Париж?..—столица Рима, а Рим?... Ну, поздравляю, все вздор!.. И вправду не обернулась ли я в Машу? Попробую, как со стихами. Ну-ка: „Птичка Божия не знает!" Соня сложила перед собою руки, как привыкла за уроком, и начала. Голос ея в этой пустой зале казался глухим, хриплым, будто не своим, а слова все выходили навыворот, и никак она не сладит с языком:

Киска хитрая не знает

Ни заботы, ни труда:

Без хлопот она съедает

Длиннохвостаго зверька.

Долгу ночь по саду бродит,

Как бы птичку подцепить,

И мурлыча песнь заводит,

Чтоб доверье ей внушить.

А как утром солнце встанет,

Люди выйдут погулять,

Киска сытенькая сядет

Морду лапкой умывать.

“И все не так, все по дурацки!" говорит бедная Соня, и так ей досадно, чуть не до слез. „И выходит, что я обернулась в Машу—это так верно, как нельзя вернее! .. Не хочу я быть Машей! Ни за что, ни за что!.. Господи, да что же это такое"! вдруг разрыдалась Соня, „хоть бы кто-нибудь просунул сюда голову! Уж мне так скучно сидеть здесь одной!..."

Соня опустила голову и, нечаянно взглянув себе на руки, видит, что в жару разговора с собою, она и не заметила, что она словно тает. Соня вскочила, пошла к столику помериться. И то, — ужь немного от нея осталось. „Хорошо сделала, что выбралась из воды”, - думает Соня, „а то бы, пожалуй и совсем растаяла! „Теперь в сад!" закричала она и со всех ног бросилась к двери. Час от часу не легче!—Дверь опять заперта, а золотой ключик опять лежит на стеклянном столике. „Это ужь просто из рук вон? Где же мне такой крошечной достать его! Ужь это так худо, что хуже и нельзя - терпения моего не стало—вот что!" и с этими словами Соня посколзнулась—и бултых, по горло окунулась в соленую воду.

„Потону еще, чего добраго, в собственных своих слезах, и будет это мне наказанием, что бы я вперед не плакала, как дура." Вдруг, на том конце лужи заплескалось что-то. Соня подплыла разузнать, что такое. Она, было, струсила, но потом успокоилась и подумала на мышь.

„Точно—мышь. Не заговорить ли мне с нею," думает Соня. „Здееь все так удивительно, что и мыши, пожалуй, говорят; я этому нисколько бы не удивилась. Попробовать разве? — Спрос не беда. Мышь, мышка! Скажите, пожалуйста, как мне выбраться из этой лужи? Я совсем измучилась, плавая в ней, да и растаять боюсь!"

Мышь с любопытством обратилась острыми глазками на Соню, прищурилась, но ничего не отвечала.

„Она, может быть, не понимает по-русски," думает Соня. „Можеть быть это мышь Французская, пришла в Россию с Наполеоном. Посмотрим, скажу что-нибудь по-французски."

Первое, что ей вспомнилось из Французских уроков, она и сказала: „оu еst mа сhatte?"

Как прыгнет мышь одним скачком вон из лужи, стоит вся трясется. Соня догадалась, хоть и поздно, что сильно напугала ее. „Ах, простите меня, пожалуйста!" поспешила она извиниться, „я совсем забыла, что вы не любите кошек”.

„Не люблю!" сердито и резко завизжала мышь. „Посмотрела бы я как ты на моем месте стала бы целоваться с кошкой."

„Ужь, конечно, не стала бы” - вкрадчиво говорит Соня, желая помириться с мышыо. “Только, пожалуйста, не сердитесь. Но знаете ли, если бы вы хоть раз взглянули на нашу кошечку, Катюшу, наверное полюбили бы ее. Ужь такая наша Катюша ласковая, такая милашка!„ - болтаясь в луже, припоминает Соня, совсем забыв про мышь." Ужь такая эта Катюша у нас драгоценный зверок: сидит около печки, курлычит, лапки себе лижет, мордочку умывает! И такая она чистенькая, мягенькая, тепленькая! С рук бы не спустил. А какая мастерица ловить мышей.... Ах, что же это я опять!... пожалуйста, простите!," спохватилась вдруг Соня, взглянув на мышь. А эта стоит натопорщенная.

„Ну, теперь ужь непременно обиделась", думает Соня. „Дучше нам вовсе об этом не говорить", успокоивает она мышь.

Страница 2 из 14

Назад 1 2 3…14 Далее