Читать бесплатно онлайн

Трудовой хлеб

Автор Александр Николаевич Островский

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

пьесы и драматургия

Темы

провинциальная жизньпьесытрудобразованиесемейные отношениясоциальные классыэкономикадрамапсихологияистория

Описание

В романе «Трудовой хлеб» автор изображает бытовые трудности и финансовые разочарования простых людей в провинции, раскрывая их стремления к честной работе, семейные обязательства и поиски счастья в условиях экономической нестабильности.

Главный конфликт / проблема

Главный конфликт заключается в финансовых разочарованиях и моральных дилеммах простых людей, которые пытаются найти смысл и счастье в условиях экономической нестабильности и социальных ограничений.

Ключевые идеи

Проблема долгов и нехватки денег в жизни простых людей.
Труд как средство выживания и путь к достойной жизни.
Любовь и брак как возможный выход из бедности.
Борьба между богатством и моральными ценностями.
Внутренний кризис и разочарование главного героя.
Роль служителей и гостей в раскрытии семейных конфликтов.
Трудовая жизнь как высшая ценность
Семейные конфликты и обман в финансовых делах

Вывод

Книга приводит к выводу, что честная работа, семейные обязательства и личная целеустремлённость являются ключевыми факторами, способствующими внутреннему удовлетворению, даже когда материальные ресурсы ограничены.

Кому полезна

Читатели, интересующиеся русской реалистической прозой
Люди, ищущие понимание социальных и экономических проблем в провинции
Те, кто ценит глубокие психологические портреты персонажей

Главные темы

Финансовые трудности и долги
Честность и моральные дилеммы
Семейные обязательства и любовь
Трудовая честность и трудолюбие

Персонажи

Корпелов — Учитель и частный репетитор, лысый и преждевременно состарившийся, всегда улыбающийся и педантный. Он пытается получить деньги от Потрохова, но также приносит деньги и письмо от матери, подчёркивая ценность труда.
Наташа — Молодая женщина, лет 25, защищает свои сбережения, отказывается отдать деньги Копрову, тревожится за отца и ищет поддержку у друзей. Эмоционально реагирует на письмо матери.
Евгения — Обсуждает финансовые вопросы с Наташей, Копровом и Грунцовым, беспокоит о поведении отца и пытается убедить Наташу в опасности.
Павел Сергеич Грунцов — Павел Сергеич Грунцов, молодой человек с бородкой, ищет работу и деньги, обсуждает долги.
Иван Федулыч Чепурин — Молодой лавочник Иван Федулыч Чепурин, косоватый с рыжеватой бородой, энергичен и рассказывает о сестре и поиске жениха для Наташи, обсуждает финансовые махинации.
Матвей Петрович Потрохов — Матвей Петрович Потрохов, наследник богатства, сомневается в смысле богатства, чувствует тоску и разочарование, пытается найти удовлетворение в сельском хозяйстве.
Поликсена Григорьевна — Поликсена Григорьевна, критична к поведению мужа, считает его низким.
Егор Николаевич Копров — Егор Николаевич Копров, обсуждает долги и пытается убедить Наташу дать деньги.
Маланья — Маланья, русская женщина за 50, часто зовут Аглаей, работает в доме Корпелова, обсуждает бумажные дела и помогает в организации.
Ариша — Ариша, пытается разбудить Потрохова.
Старая ключница — Старая ключница, обсуждает с Корпеловым деньги и долги.

Цитаты

Сей источник радостей… (осматривая графин) иссяк.
Ни об чем и никогда. Я рта не разину.
Фу ты, какая бешеная баба!
Надо было бы жить без труда, но…
Благодарю вас за участие, но вы меня оскорбляете, присылая мне деньги.
Наташа, иди сюда скорей!

Сводка по автору из Wikidata

1823–1886. 亚历山大·尼古拉耶维奇·奥斯特洛夫斯基. русский драматург

Читать онлайн

Страница 1 из 14

Annotation

Сцены из жизни захолустья, в четырех действиях

Александр Николаевич Островский.

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ

ДЕЙСТВИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

notes

Александр Николаевич Островский. Трудовой хлеб

ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

ЛИЦА:

Иоасаф Наумыч Корпелов, лысый, преждевременно состарившийся и сгорбившийся, но всегда улыбающийся человек. Одет в черное длинное сак-пальто, застегнутое сверху донизу. Тон, движения, манеры педантские, с примесью шутовства. По занятию – учитель, промышляющий дешевыми частными уроками.

Наталья Петровна Сизакова, сирота, красивая девушка, лет 25, племянница Корпелова по матери.

Евгения Львовна, бедная девушка, дальняя родня Наташи, одних с ней лет.

Павел Сергеич Грунцов, молодой человек, кончивший курс в университете, ищущий места; недурен собой, с бородкой; одет прилично; короткий пиджак, красивые, хорошо вычищенные сапоги по колена, фуражка всегда немного на затылке, в руках толстая палка. Шагает широко, в жестах развязен.

Иван Федулыч Чепурин, лавочник, хозяин дома, в котором живет Корпелов. Молодой человек, косоват, рябой; рыжеватая неподстриженная борода клином. Одет щеголевато в серенькую одноцветную пару. Держит себя скромно и сосредоточенно. Взгляд, речь и движения энергичны.

Маланья, кухарка, лет за 50, одета по-русски. (Корпелов зовет ее Аглаей.)

Бедная комната, соседняя с кухней. С правой стороны (от зрителей) окно, под окном небольшой письменный стол, на нем разбросаны книги; перед столом стул; далее, в углу, горка с книгами. С левой стороны шкафчик с посудой; за ним, в углу, дверь в комнату Наташи. В глубине узкая дверь в кухню; направо от двери тонкая перегородка, у которой, между дверью и горкой, мягкий ситцевый диван, служащий постелью Корпелову; над диваном на стене висит гитара; налево от двери до угла бок выбеленной русской печи; у печи деревянная скамейка; на ней железное ведро, самовар и медный подсвечник. Посредине комнаты обеденный стол и несколько стульев.

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Корпелов (один).

Корпелов (входит усталый, снимает измятую широкополую шляпу и садится у письменного стола. Со вздохом). Вотще! (Помолчав.) Напрасно, так сказать, всуе! и без денег, и тощ вспять возвратися. Но мудрый унывать не должен, – мудрый всегда найдет себе усладу в горести. Обращусь к живительной влаге! … (Подходит к шкафу и отворяет его.) Сей источник радостей… (осматривая графин) иссяк. (Громко.) Аглая, Аглая!

Входит Маланья.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Корпелов, Маланья.

Корпелов (показывая графин). Воззри!

Маланья. Чего тут зрить-то!

Корпелов. Пусто.

Маланья. Да чему ж и быть-то, коли выпито.

Корпелов. Сам Сократ глаголет твоими устами. Выпито! Вижу, что выпито; но кем?

Маланья. Да кому ж, окромя что сам. Умереть на месте! Пошлешь на пятачок, да хочешь, чтобы неделю велось, что ли? Кабы ты мог рассудить правильно, так тут и на один-то раз чего! Да мое бабье дело, да я…

Корпелов. Довольно!

Маланья. Стало быть, от тебя только одна обида, больше ничего не будет?

Корпелов. Аглая, довольно!

Маланья. Что ж напрасно-то! Вот лопни утроба…

Корпелов. Аглая, Аглая!

Маланья. Боже мой!

Корпелов (громко и затыкая уши). Satis![ 1]

Маланья. Только что беспокойство. Тоже хозяева! Чтоб вас… (Уходит.)

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Корпелов (один).

Корпелов (ставит графин в шкаф). Сего утешения лишен. Разве возбряцать на сей бандуре! (Указывая на гитару.) Но персты мои и сладкий глас мой исполнены дрожания от многого хожденья. Остается усладительница душ, поэзия. Приди и утоли скорбный дух мой! (Берет со стола книгу и читает про себя несколько времени.) «Бегут быстротечные годы!» – говорит Гораций. Да, действительно, бегут проворно; но еще проворней бегут месяцы, особенно если нечем платить за квартиру. Гораций этой заботы не знал, оттого и дух его парил так высоко. А если б он и знал, если б и задолжал месяца за два, то не без основания можно полагать, что Меценат заплатил бы за него. А я вот нонешний день, будучи обязан иметь семь с полтиной, обежал всех учеников своих, пешешествуя по стогнам столицы семо и овамо, от сего конца и до оного и даже до последних пределов, сиречь до вала Камер-колежского… Семи с полтиной не обрел, ибо ученики мои беднее учителя, и се жду со смиренным сердцем от хозяина поношения и поругания. (Ложится на диван и складывает руки на груди.)

Входит Грунцов, запыхавшись, садится у стола, бросает фуражку и отирает со лба пот.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ

Корпелов, Грунцов.

Грунцов (едва переводя дух). Здравствуй, domine![ 2]

Корпелов. Здравствуй, юноша! Шагал?

Грунцов. Шагал.

Корпелов. Много стадий ?

Грунцов. Шесть верст за заставу, на дачу. Барчонок один за лекции двадцать рублей должен…

Корпелов. Результат?

Грунцов. Nihil. Пристяжную новую покупает, самому нужны. Показывал, в кольцо вьется. Велел после приходить.[ 3]

Корпелов. Male, сиречь – нехорошо. Динарии, юноша, имеешь?

Грунцов. Нет, отче!

Корпелов. Зело потребны.

Грунцов. Ты бы, domine, прежде сказал. Утру глубоку я забегал к ростовщику, к Мурину, понаведаться, что он за мой хронометр даст.

Корпелов. И тебе, юноша, сребреники понадобились?

Грунцов. Барышне конфеты проспорил, остальные тебе, domine, отдал бы, вот и квит.

Корпелов. Ты, видно, как я же: завелись деньги, так маешься, маешься с ними, тоска возьмет, точно кандалы тяготят, – ходишь, ходишь, по трактирам-то газеты читаешь, пока выдут все. Ну, тогда полегче станет, опять повеселеешь. А вот нужны динарии, так их и нет.

Грунцов. Какая у нас нужда, domine! Вот я нынче видел нужду-то! Прихожу я к Мурину, от него выходит молоденький франтик, в коляску хочет садиться… пара рысаков, тысячи полторы стоят… вышел от Мурина-то, шатается; прислонился у двери, едва дух переводит, – бледный как полотно, губы трясутся, а сам шепчет: «Душит он меня, душит, кровь пьет; зарежу я его». Вот она – нужда-то! в коляске на рысаках ездит, а мы что!

Входит Евгения.

Страница 1 из 14

Назад1 2…14 Далее