Загрузка...
Деловые бумаги — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Пушкинофициальные письмаслужбаКоллегия иностранных делпетицииистория Россиипериод 1817-1836архивдокументыпубличные обращения

Описание

Серия официальных писем Александра Сергеевича Пушкина, служащего в Коллегии иностранных дел, раскрывает его бюрократическую карьеру, взаимодействие с государственными и частными структурами, участие в управлении сельскохозяйственными кризисами, финансовом учёте издательских проектов, а также борьбу с цензурой и судебными спорами.

Главный конфликт / проблема

Борьба автора с бюрократическими барьерами, цензурой и судебными спорами, которые затрудняют его служебную и творческую деятельность

Ключевые идеи

  • Формальный запрос на отпуск в государственных учреждениях
  • Использование императорского указа для подтверждения разрешения
  • Государственное управление над сельскохозяйственными кризисами и контроль над их ликвидацией.
  • Кадровая политика и личные обстоятельства служащих в государственных учреждениях.
  • Финансовый учёт и отчётность в издательском деле.
  • Необходимость выдачи аттестата о службе после увольнения из министерства.
  • Критика цензуры и монополии «Северной Пчелы» в литературном и политическом пространстве.
  • Потребность в новом журнале, способном конкурировать с существующими изданиями.
  • Регистрация и подтверждение наследственного имущества в уездном суде.
  • Пушкин стремится к активной службе и предлагает создать политический журнал.
  • Литературная индустрия в России превратилась в коммерческую отрасль, но монополия «Северной Пчелы» ограничивает конкуренцию.
  • Нужен новый журнал, чтобы сбалансировать влияние и предоставить платформу для политических новостей.

Вывод

Книга демонстрирует, как в условиях строгой имперской бюрократии и ограничений на печать, чиновник‑писатель умело использует официальные каналы, доверенности и судебные процедуры, чтобы решать как личные, так и профессиональные вопросы, подчёркивая сложность и многогранность общественной жизни России XIX века.

Кому полезна

  • Историки, изучающие бюрократию и культуру XIX‑века
  • Бюрократы и государственные служащие, интересующиеся историческими процедурами
  • Литературные критики и исследователи цензуры
  • Юристы, изучающие исторические судебные практики

Главные темы

  • Бюрократическая служба и административные процедуры
  • Управление сельскохозяйственными кризисами и финансовый учёт издательских проектов
  • Литературная индустрия и цензура
  • Юридические споры и имущественные дела

Персонажи

  • Александр Пушкин — Служил в Коллегии иностранных дел с 1817 г., затем был откомандирован в Бессарабскую область. В 1824 г. уходит из службы из‑за слабости здоровья. Писатель, служащий в иностранной коллегии, ищет возможности служить императору и развивать литературу. Ведёт деловые и служебные поручения, использует доверенности для делегирования задач. Пушкин выступает в роли заявителя, отвечающего на требования суда, финансовых органов и цензуры.
  • Котов — Участвует в подготовке и подписании писем, подтверждает их подлинность.
  • Император Александр Павлович — Получатель запросов, от которого требуется указ для разрешения отлучения.
  • Император Николай Павлович — Величественный адресат, чьё имя используется в официальных обращениях.
  • Воронцов — Ответственный за надзор за сельскохозяйственными проблемами в регионе, инициирует проверку саранчевого кризиса.
  • Плетнев — Отвечает за издание «Евгения Онегина» и других стихотворений, ведёт финансовый учёт и сообщает о доходах и расходах.
  • Бенкендорф — Неизвестный в тексте, но вероятно чиновник или коллега автора.
  • Тарасенко‑Отрешков — Получает доверенность от Пушкина для организации газеты.
  • Калашников — Получает доверенность от Пушкина для оформления кредита под залог имения.
  • Жадимировский — Сторонник спора по арендной квартире, сдаёт её на год с надбавкой 200 рублей.
  • Квасников — Получатель доверенности от Пушкина для участия в торгах.
  • Пеньковский — Получил от Пушкина полномочия вести хозяйственные дела и собирать налоги.

Цитаты

  • Имею необходимую надобность отлучиться в Псковскую губернию, для приведения в порядок домашних моих дел, по чему всеподданнейше прошу.
  • Имея необходимую надобность отлучиться по собственным делам моим в здешнюю губернию на 28 дней, всеподданнейше прошу.
  • Желая удостовериться о количестве появившейся в Херсонской губернии саранчи, равно и том, с каким успехом исполняются меры, преподанные мною к истреблению оной, я поручаю вам отправиться в уезды Херсонский, Елисаветградский и Александрийский.
  • Издание первой главы Евгения Онегина должно было принести, после утвержденных условий с книгопродавцами, 9.977 рублей.
  • При увольнении меня в [1824 году] июле месяце 1824 года из ведомства Государственной Коллегии иностранных дел, не было мне выдано аттестата о службе моей.
  • Литература оживилась и приняла обыкновенное свое направление, т. е. торговое.
  • Заботливость истинно-отеческая государя императора глубоко меня трогает.
  • Получив от правительства позволение на издание политической в литтературной газеты и имея ныне Ваше, милостивый государь, согласие быть редактором оной, - я доверяю и покорнейше прошу Вас принять на себя все нужные для того распоряжения;
  • Его сиятельство г. генерал-адъютант граф Бенкендорф уведомил меня через г. действительного статского советника Мордвинова, что его императорскому величеству угодно было изъявить свое высочайшее соизволение на увольнение меня в отпуск на четыре месяца в губернии Казанскую и Оренбургскую.
  • "Я нанял я в прошлом 1832-м году квартиру в доме его и заключил с ним контракт, по коему обязался я платить впредь за каждую треть по равной сумме, то есть по 1.100 рублей, что и выполнял я исправно."

Сводка по автору из Wikidata

1799–1837. Александр Сергеевич Пушкин. русский поэт, драматург и прозаик (1799–1837)

Читать онлайн

Страница 2 из 7

6. В Министерство иностранных дел. Май 1830 г. Москва. (Черновое) (1)

Всепресветлейший, державнейший, великий государь император Николай Павлович, самодержец всероссийский, государь всемилостивейший.

Просит отставный коллежский секретарь Александр Сергеев сын Пушкин, о нижеследующем:

При увольнении меня в [1824 году] июле месяце 1824 года из ведомства Государственной Коллегии иностранных дел, не было мне выдано аттестата о службе моей, (2) по чему всеподданнейше и прошу.

Дабы высочайшим Вашего императорского величества указом повелено было сие мое прошение в Государственную Коллегию иностранных дел принять и мне надлежащий выдать аттестат. (3)

Всемилостивейший государь! Прошу вашего императорского величества о сем моем прошении решение учинить. Майя " " дня 1830 года. К поданию надлежит в Государственную Коллегию иностранных дел. Прошение писал N. N.

7. А. X. Бенкендорфу. 19 июля - 10 августа 1830 г. Петербург. (Черновое, первая редакция) (4)

10 лет тому назад литературою занималось у нас весьма малое число любителей. Они видели в ней приятное, благородное упражнение - но еще не отросль промышленности: читателей было еще мало; книжная торговля ограничивалась переводами кой-каких романов и перепечат.<анием> сонн.<иков> и пес.<енников>.

Человек, имевший важное влияние на русское просвещение, посвятивший жизнь единственно на ученые труды, К.<арамзин> первый показал опыт торговых оборотов в литературе. Он и тут (как и во всем) был исключением из всего, что мы привыкли видеть у себя.

[Литераторы во время царствования покойного императора были оставлены на произвол цензуре своенравной и притеснительной - редкое сочинение доходило до печати. Весь класс писателей (класс важный у нас, ибо по крайней мере составлен он из грамотных людей) перешел на сторону недовольных. Правительство сего не хотело замечать: отчасти из великодушия (к несчастию того не понимали, или не хотели понимать) отчасти, от непростительного небрежения. Могу сказать, что в последнее пятилетие царствования покойного государя, я имел на вс° сословие литераторов гораздо более влияния, чем министерство, не смотря на неизмеримое неравенство средств].

Несчастные обстоятельства, сопроводившие восшедствие на престол ныне царствующего императора, обратили внимание его величества на сословие писателей. Он нашел сие сословие совершенно преданным на произвол судьбе и притесн.<ительной> ц.<ензуре>. Даже не было закона косательно собственности литературной. [За год пред сим я не мог найти нигде управы, лишась 3000 р. чрез перепечатание одного из моих сочинений (что было еще первый пример).]

Ограждение л.<итературной> собственности и Цензурный Устав принадлежат к важнейшим благодеяниям нынешнего царствования.

Литература оживилась и приняла обыкновенное свое направление, т. е. торговое. Ныне составляет оно часть честной промышленности, покровительствуемой законами. Изо всех родов литературы периодические издания более приносят выгоды и, чем разнообразнее по содержанию, тем более расходятся.

Известия политические привлекают большее число читателей, будучи любопытны для всякого.

[Ведомости С.<анкт> П.<етербургские>, М.<осковские>, 0д.<есские> и Т.<ифлисские> и Сев.<ерная> Пчела суть единств.<енные> доныне журналы, в коих помещаются известия политические.]

Сев.<ерная> Пч<ела>, издаваемая двумя известными литераторами, имея около 3000 подписчиков и следственно [принос<я>] св.<оим> изд.<ателям> по 80,000 дохода, между тем как чисто литературная <газета> едва ли окупает издержки издания, естественно должна иметь большее влияние на читающую публику, следственно и на книжную торговлю.

Всякой журналист имеет право говорить мнение свое о нововышедшей книге, столь строго как угодно ему: Сев.<ерная> Пч.<ела> пользуется сим правом и хорошо делает. Законом требовать от журналиста благосклонности или даже беспристрастия и нелицеприятия было бы невозможно и несправедливо. Автору осужденной книги остается ожидать решения читающей публики или искать управы и защиты в другом журнале.

Но журналы чисто литературные вместо 3000 подписчиков имеют едва ли и 400, следств.<енно> голос их в его пользу был бы вовсе недействителен. И публика, полагаясь на первое решение, книги его не покупает.

Таким образом литературная торговля находится в руках изд.<ателей> Сев.<ерной> Пчелы - и критика, как и политика, сделалась их монополией. От сего терпят вещественный ущерб все литераторы, которые не находятся в приятельских сношениях с изд.<ателями< Сев.<ерной< Пчелы - ибо ни одно из их произведений не имеет успеха и не продается.

Для восстановления равновесия в литер.<атуре> нам необходим журнал, коего средства могли бы равняться средств.<ам> Сев.<ерной> Пчелы. В сем то отношении осмеливаюсь просить о разрешении печатать политические заграничные новости в журнале, издаваемом б.<ароном> Д.<ельвигом> - или мною.

Сим разрешением г.<осударь> имп.<ератор> дарует по 40 тысяч доходу двум семействам, и обеспечит состояние нескольких литераторов.

Направление политических статей зависит и должно зависеть от правительства и в этом - издатели священной обязанностию полагают добросовестно ему повиноваться и не только строго соображаться с решениями цензора, но и сами готовы отвечать за каждую строчку, напечатанную в их журнале.

Злонамеренность или недоброжелательство было бы с их стороны столь же безрассудно как и неблагодарно.

Не в обвинение изд<ателей> [других жур<налов>], но единственно для изъяснения причин, принуждающих нас прибегнуть к высочайш<ему> покровительству, осмеливаемся заметить, что личная честь, не только писателей, но и их матерей и отцов находится ныне во власти изд.<ателей> полит.<ического> журн.<ала>, ибо обиняки (хотя и явные) не могут быть остановлены цензурою.

Страница 2 из 7

Вам также может понравиться

Страница 1 из 148

Назад12148Далее