Загрузка...
Степан Петрович Путаница — обложка книги
Дата написания1929-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга представляет собой комедийное повествование о преподавателе Степане Петровиче, известном как Путаница, чья рассеянность приводит к забавным ситуациям в учебном процессе и в коллективной работе студентов, демонстрируя, как даже путаница может привести к неожиданному успеху.

Главный конфликт / проблема

Рассеянность преподавателя и путаница в учебном процессе, влияющие на студентов и их работу

Ключевые идеи

  • Степан Петрович – преподаватель автора
  • Поговицын прозвали Путаницей из‑за рассеянности
  • Рассеянность и юмор преподавателя как источник комедии
  • Путаница исторических дат и личных дневников приводит к забавным недоразумениям
  • Коллективная работа как способ справиться с трудностями школьной системы.
  • Ирония над бюрократией и формальностью письменных зачётов.

Вывод

Книга показывает, что даже путаница может привести к неожиданному успеху, если сохраняется юмор и коллективный дух

Кому полезна

  • Студенты
  • Преподаватели
  • Любители юмористической прозы

Главные темы

  • Путаница и юмор в академической среде
  • Коллективная работа и её неожиданные результаты

Персонажи

  • Степан Петрович — реальная фамилия – Пуговицын, известен своей рассеянностью. Серьёзный преподаватель, который в итоге ставит всем зачет, несмотря на ошибки в работе. Рассеянный и забывчивый, часто путает даты и предметы, но при этом умный и увлечённый своей работой.
  • Еремин — Свидетель и рассказчик о выходках Степана. Склонен к конфликтам, но участвует в коллективном проекте.
  • Ванька — Участвует в обсуждении путаницы дневников. Тихий и спокойный участник, который помогает в написании.
  • Крякшин — Шутит над Степаном и участвует в разборе дневников. Смышленый, но иногда непоследовательный участник.
  • Гаврилов — Помогает Степану с портфелем и листами.
  • Сережка Парфенов — Активный участник бригады, который пытается помочь в написании сочинения.
  • Синичкин — Пьяный сапожник, который соглашается помочь, но не даёт нужной информации.

Цитаты

  • «Степан Петрович – это наш преподаватель. Настоящая фамилия его – Пуговицын. Мы прозвали его Путаницей, потому что он очень рассеянный человек…»
  • «Путаница – это наш преподаватель, и он всегда в самую точку бьет»
  • «Хи-хи, – всхлипнул он и отвел руки от лица. На глазах у него блестели слезы, от смеха. – Ребята, я спутал, – сказал он. – Это не тот феодал.»
  • Самое скучное дело на свете – письменные зачеты.
  • Он поставил нам всем зачет.

Сводка по автору из Wikidata

1900–1942. Michail Abramovitsj Gersjenzon. Soviet children's writer (1900-1942)

Читать онлайн

Страница 5 из 5

5

Степан Петрович пришел в класс сам на себя непохожий. На нем был новый серый костюм – прямо из Москвошвея. А в отвороте пиджака, через петлю, пропущена была красная гвоздика. Конечно, мы фыркнули, когда он взошел на кафедру.

– Факт, он влюбился, – довольно-таки громко крикнул кто-то на задней парте. Путаница покраснел, как рак.

– Ну, как наши бригадники? – выдавил он наконец.

Мы встали и подошли к кафедре. Ванька сейчас же подал ему работу.

Путаница низко-низко опустил лицо над тетрадью, чтобы не было видно, какой он красный.

Он так сидел очень долго. Потом… Потом… Очень трудно рассказать, что было потом.

Мы, все-таки, здорово дрейфили, что он заметит Людовика. Но Путаница – ничего: читает, читает, уткнулся носом в тетрадь. И вдруг – вдруг он протягивает руку к боковому карману, где у него всегда торчит самопишущее перо, и вытаскивает оттуда губную помаду. Мы хорошо разглядели, что это помада. Потому что Путаница повинтил ее, как перо, и с нее упала крышка.

Одну минуту Степан Петрович держал помаду в руках и смотрел на нее, как на какого заморского зверя. Потом быстро сунул ее в другой карман.

Сережка Парфенов надулся, как шар, и вдруг нырнул, будто у него развязался башмак.

Путаница долго сидел и молчал. Видно было, что он никак не решится поднять глаза.

Наконец он собрался с духом.

– Будьте добры мне ваши зачетные книжки, – сказал он. – И ручку, пожалуйста.

На первой парте лежала Ванькина ручка. Мы схватились за нее впятером.

– Это хорошая, обстоятельная работа, – сказал Путаница.

Он поставил нам всем зачет.

6

– Что я говорил? – повторял Сережка. – Видишь, он не заметил.

– Это из-за помады, – сказал Еремин. – Конечно, из-за помады. Он так смутился, может и совсем не прочел.

– Ну, это глупости, – сказал я. – Прочесть он прочел во всяком случае. Иначе не стал бы писать зачет.

Несколько дней мы звонили по всей школе, как накрыли Путаницу. Ванька даже всем показывал наше сочинение. А потом рассказали Путанице, что он пропустил у нас кучу ошибок.

– Помилуйте, – ахнул Степан Петрович, – неужели я так рассеян? Я даже помню – у вас все было очень правильно. Ну-ка, ну-ка, покажите тетрадку. Мне даже самому интересно, какие это я пропустил ошибки.

Ванька торжественно вытащил из сумки тетрадь и вручил ее Путанице. Тот перечел все от начала до конца и сказал, что ошибок в работе нет.

Крякша даже подпрыгнул.

– А Людовик, – крикнул он. – А Людовик?

– Людовик? – удивился Путаница. – Людовик – Людовик и есть. Так у вас ведь и написано – Людовик.

– А где Николай?

– Николай? При чем же тут Николай?

Путаница в недоуменьи посмотрел на Крякшу, потом на меня.

– А Москва? Ведь мы написали – Париж! – не вытерпел я.

– При чем тут Москва? Ну, конечно, Париж, – сказал Путаница. – Только надо – не Королевская площадь, а Улица Короля; но это мелочь, а не ошибка. Она называется по-французски Рю-Рояль.

У нас глаза полезли на лоб.

– Опять рояль, – сказал Крякша. – Что ты с ним будешь делать!

– Степан Петрович, – возмутился Еремин, – вы опять все спутали.

– Нет, дорогие мои, на этот раз что-то спутали вы. Совершенно верно, что в 1770 году, во время женитьбы будущего короля Франции, Людовика XVI, произошло несчастье. Народ кинулся за подарками, началась страшная давка. Улица упиралась в канаву; из этой канавы потом вытащили десятки трупов. А всего погибло тогда, в погоне за королевскими сайками, 132 человека. Так у вас и написано. Я и поставил зачет.

– По русской истории? – крикнул Сережка.

– Почему по русской?

Путаница пожал плечами и отступил на шаг назад.

– Почему по русской? – переспросил он снова. – Я не ставил по русской.

– Как не ставили, – вскочил Ванька. – Посмотрите сами!

Степан Петрович ткнулся носом в Ванькину зачетную книжку и просиял.

– Ну да, не ставил! Я вот где поставил, в истории Запада.

Мы все схватились за свои книжки.

– Сами вы – путаники, – сказал Степан Петрович.

Нам нечем было крыть. Зачет у всех стоял в одной и той же графе.

Страница 5 из 5

Назад145Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 5

Назад125Далее