Загрузка...
Конец Чертопханова — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Конец Чертопханова

Автор Иван Сергеевич Тургенев
12+187245 читателей
Дата написания1871-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Пантелей Еремейч Чертопханов, бывший благородный помещик, теряет свою жену, друга и статус, погружаясь в одиночество и насилие. Его попытки восстановить контроль над жизнью приводят к кражам, сомнениям и, в конечном счёте, к убийству лошади и собственной смерти.

Главный конфликт / проблема

Потеря близких и статуса приводит к внутреннему конфликту и насилию

Ключевые идеи

  • Разлука с Машей и её причина – тоска, а не измена.
  • Конфликт с Яффом и попытка мести.
  • Смерть друга Тихона и попытка сохранить его наследство.
  • Переход Чертопханова от благородного к надменному и одиночному.
  • Странные и комические события, подчёркивающие падение героя.
  • Обладание конём как проявление статуса и личной гордости
  • Конфликт между продавцом и покупателем из-за цены и достоинства лошади
  • Кража лошади и последующие поиски виновника
  • Возвращение героя и поиск утраченной лошади
  • Внутренний конфликт и сомнения в собственном восприятии
  • Внутренний конфликт Чертопханова приводит к решению устранить «самозванца» и, в итоге, к самоубийству.
  • Смерть Чертопханова символизирует конец его борьбы с внутренними демонами и завершение его жизненного пути.

Вывод

Книга показывает, как внутренний конфликт и гордыня могут привести к разрушению и смерти

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся русской классикой
  • Психологические портреты персонажей
  • История России XIX века

Главные темы

  • Падение героя
  • Внутренний конфликт
  • Кража и обман
  • Самоубийство

Персонажи

  • Пантелей Еремейч Чертопханов — Сначала благородный, но после потери Маши и друга становится надменным и одиноким. Страстно любит свою лошадь, считает её более ценным, чем жену, и готов платить за неё большие суммы. Старается восстановить связь с лошадью, но внутренний конфликт и сомнения подрывают его уверенность. Он переживает сильное озлобление и решает устранить «самозванца» Малек-Аделя, но в итоге убивает лошадь и сам погибает.
  • Перфишка — Помогает в поисках и расследовании кражи. Служит барину, передает новости и помогает в поиске лошади. Он приходит к дому, чтобы узнать о состоянии Чертопханова и участвует в его похоронах.
  • Маша — Уходит из-за тоски, не желая жить с ним.
  • Яфф — Обвиняется в измене, но не подтверждается.
  • Тихон Иванович Недопюскин — Смерть приводит к потере наследства и эмоциональной травме.
  • Лейба — Отрицает вину в краже, утверждает, что купил лошадь на ярмарке.
  • Дьякон — Обсуждает с Пантелием состояние лошади и выражает сомнения.
  • Малек-Адель — Он является целью убийства Чертопханова, но в итоге становится жертвой его гнева.
  • Сторож — Он пытается предупредить Чертопханова о последствиях, но его слова не слышны.
  • Мошель Лейба — Он сопровождает Перфишку в похоронах Чертопханова.

Цитаты

  • «К Яффу! к Яффу! – простонал Чертопханов, как только завидел Машу, – к Яффу! – повторил он, подбегая к ней и чуть не спотыкаясь на каждом шаге.»
  • «Он внезапно сунул ей пистолет в руку и присел на землю. – Ну, так убей ты меня! Без тебя я жить не желаю. Опостылел я тебе – и все мне стало постыло.»
  • Хозяина признает, васе благородие, хозяина!
  • Малек-Адель ржет!
  • «Серые лошади белеют!»
  • «Пучок анафемский! отвяжись!»
  • Кто бы тогда посмотрел на Чертопханова, кто бы мог быть свидетелем того угрюмого озлобления, с которым он осушал стакан за стаканом…
  • Столбовой дворянин Пантелей Чертопханов умирает; кто может ему препятствовать?

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. 伊万·谢尔盖耶维奇·屠格涅夫. русский писатель, поэт, публицист, драматург и переводчик (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 2 из 10

Но он не отбежал еще пятидесяти шагов, как вдруг остановился, словно вкопанный. Знакомый, слишком знакомый голос долетел до него. Маша пела. «Век юный, прелестный», – пела она; каждый звук так и расстилался в вечернем воздухе – жалобно и знойно». Чертопханов приник ухом. Голос уходил да уходил; то замирал, то опять набегал чуть слышной, но все еще жгучей струйкой…

«Это мне она в пику, – подумал Чертопханов; но тут же простонал: – Ох, нет! это она со мною прощается навеки», – и залился слезами.

На следующий день он явился в квартиру г-на Яффа, который, как истый светский человек, не жалуя деревенского одиночества, поселился в уездном городе, «поближе к барышням», как он выражался. Чертопханов не застал Яффа: он, по словам камердинера, накануне уехал в Москву.

– Так и есть? – яростно воскликнул Чертопханов, – у них стачка была; она с ним бежала… но постой!

Он ворвался в кабинет молодого ротмистра, несмотря на сопротивление камердинера. В кабинете над диваном висел портрет хозяина в уланском мундире, писанный масляными красками. «А, вот где ты, обезьяна бесхвостая!» – прогремел Чертопханов, вскочил на диван – и, ударив кулаком по натянутому холсту, пробил в нем большую дыру.

– Скажи твоему бездельнику барину, – обратился он к камердинеру, – что, за неименьем его собственной гнусной рожи, дворянин Чертопханов изуродовал его писанную; и коли он желает от меня удовлетворенья, он знает, где найти дворянина Чертопханова! А то я сам его нанду! На дне моря сыщу подлую обезьяну!

Сказав эти слова, Чертопханов соскочил с дивана и торжественно удалился.

Но ротмистр Яфф никакого удовлетворения от него не потребовал – он даже не встретился нигде с ним, – и Чертопханов не думал отыскивать своего врага, и никакой истории у них не вышло. Сама Маша скоро после того пропала без вести. Чертопханов запил было; однако «очувствовался». Но тут постигло его второе бедствие.

II

А именно: закадычный его приятель Тихон Иванович Недопюскин скончался. Года за два до кончины здоровье стало изменять ему: он начал страдать одышкой, беспрестанно засыпал и, проснувшись, не скоро мог прийти в себя; уездный врач уверял, что это с ним происходили «ударчики». В течение трех дней, предшествовавших удалению Маши, этих трех дней, когда она «затосковала», Недопюскин пролежал у себя в Бесселендеевке: он сильно простудился. Тем неожиданнее поразил его поступок Маши: он поразил его едва ли не глубже, чем самого Чертопханова. По кротости и робости своего нрава он, кроме самого нежного сожаления о своем приятеле да болезненного недоумения, ничего не выказал… но все в нем лопнуло и опустилось. «Вынула она из меня душу», – шептал он самому себе, сидя на своем любимом клеенчатом диванчике и вертя пальцем около пальца. Даже когда Чертопханов оправился, он, Недопюскин, не оправился – и продолжал чувствовать, что «пусто у него внутри». «Вот тут», – говаривал он, показывая на середину груди, повыше желудка. Таким образом протянул он до зимы. От первых морозов его одышке полегчило, но зато посетил его уже не ударчик, а удар настоящий. Он не тотчас лишился памяти; он мог еще признать Чертопханова и даже на отчаянное восклицание своего друга: «Что, мол, как это ты, Тиша, без моего разрешения оставляешь меня, не хуже Маши?» – ответил коснеющим языком: «А я П…а…сей Е…е…еич, се…да ад вас су…ша…ся». Это, однако, не помешало ему умереть в тот же день, не дождавшись уездного врача, которому при виде его едва остывшего тела осталось только с грустным сознаньем бренности всего земного потребовать «водочки с балычком». Имение свое Тихон Иванович завещал, как и следовало ожидать, своему почтеннейшему благодете и великодушному покровителю, «Пантелею Еремеичу Чертопханову»; но почтеннейшему благодетелю оно большой пользы не принесло, ибо вскорости было продано с публичного торга – частью для того, чтобы покрыть издержки надгробного монумента, статуи, которую Чертопханов (а в нем, видно, отозвалась отцовская жилка!) вздумал воздвигнуть над прахом своего приятеля. Статую эту, долженствовавшую представить молящегося ангела, он выписал из Москвы; но отрекомендованный ему комиссионер, сообразив, что в провинции знатоки скульптуры встречаются редко, вместо ангела прислал ему богиню Флору, много лет украшавшую один из заброшенных подмосковных садов екатерининского времени, – благо эта статуя, весьма, впрочем, изящная, во вкусе рококо, с пухлыми ручками, взбитыми пуклями, гирляндой роз на обнаженной груди и изогнутым станом, досталась ему, комиссионеру, даром. Так и до сих пор стоит мифологическая богиня, грациозно приподняв одну ножку, над могилой Тихона Ивановича и с истинно помпадурской ужимкой посматривает на разгуливающих вокруг нее телят и овец, этих неизменных посетителей наших сельских кладбищ.

Страница 2 из 10

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее