Загрузка...
Похищенный — обложка книги
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение0+
Темы
приключенияпохищениепутешествиешотландияисториявыживаниеавантюрапотеря

Описание

Давид Бальфур, наследник, отправляется в путешествие, сталкиваясь с предательством, политическими конфликтами и личными испытаниями, чтобы доказать своё право на наследство и найти свободу.

Главный конфликт / проблема

Борьба Давида за наследство и выживание в условиях политических волнений и предательства

Ключевые идеи

  • Книга представляет собой личные записи о приключениях Давида Бальфура в 1751 году.
  • Автор предвосхищает вопросы читателя и устанавливает атмосферу повествования, подчеркивая, что работа предназначена для чтения в уютных зимних вечерах.
  • Наследство и семейные тайны
  • Проблемы доверия и предательства
  • Путешествие как поиск себя
  • Опасности и испытания на пути к будущему
  • Убийство мальчика и попытка сокрытия преступления капитаном и рейчем.
  • Встреча с Алланом Брека, якобитом, и его попытка обмануть экипаж.
  • Схватка в капитанской каюте, где герой проявляет храбрость и умение обращаться с оружием.
  • Борьба за выживание на острове после потери корабля.
  • Преодоление одиночества и суровых условий, поиск пищи и убежища.
  • Путешествие через суровые шотландские горы и реки в поисках Алана Брека.

Вывод

Книга показывает, как личные испытания и политические обстоятельства влияют на судьбу героя, подчёркивая важность смелости, решимости и честности.

Кому полезна

  • Любители исторических приключений
  • Читатели, интересующиеся шотландскими конфликтами и якобитами
  • Те, кто ценит повествование о выживании и личном росте

Главные темы

  • Поиск наследства
  • Политические конфликты и якобитские интриги
  • Выживание в экстремальных условиях
  • Личные взаимоотношения и дружба

Персонажи

  • Давид Бальфур — Семнадцатилетний сын умершего учителя, похищённый и переживший крушение, страдающий на пустынном острове, странствующий по горам и встречающий якобитов. Он ищет своё наследство в Шоос-гаузе, сталкивается с предательством Алана Брака и вынужден бороться за выживание, проявляя упорство и решительность.
  • Алан Брак — Хитрый и вооружённый якобит, предлагающий помощь и обмен, но в итоге становящийся союзником Давида. Он известен как выдающийся якобит шотландской горной области, иногда требовательный, но проявляющий заботу и участвуя в музыкальном дуэте.
  • Капитан Хозизен — Ведущий корабль, с которым Давид отправляется в плавание. Серьёзный и решительный, готов скрыть преступление, чтобы не потерять репутацию.
  • Эбенезер Бальфур — Семейный член, подозрительно относящийся к Давиду и в итоге становящийся его врагом.
  • Мистер Кемпбелл — Близок к отцу Давида, помогает ему в переходе к наследству.
  • Рэнсом — Появляется в Куинзферри, помогает Давиду понять морскую жизнь.
  • Мистер Шуэн — Убивает мальчика, пытается скрыть преступление и угрожает всем.
  • Мистер Райэч — Пытается скрыть убийство и поддерживает капитана.
  • Нэйль Рой Макроб — Скептически относится к разговору, но даёт маршрут и советы.
  • Гендерлэнд — Рассказывает о конфликте в Аппине, о «Красной Лисице» и о роли Алана.
  • Колин Рой — Руководитель преследования Алана и Давида.
  • Джеймс Глэнский — Принимает героев, но предупреждает о преследовании.

Цитаты

  • Записки о приключениях Давида Бальфура в 1751 году, о том, как он был похищен и потерпел крушение;
  • Если вы меня спросите о том, виновен ли Алан или невиновен, то я полагаю, что могу постоять за свой рассказ.
  • «Как только я умру, и дом будет приведен в порядок, а имущество продано, дайте моему сыну в руки это письмо и отправьте его в Шоос-гауз…»
  • «В Шоос-гауз! – воскликнул я. – Кровь строила его, кровь остановила постройку, кровь разрушит его.»
  • "Шуэн, ты убил мальчика!"
  • "Я не могу позволить себе быть соучастником ещё одного убийства!"
  • Нэйль, со своей стороны, не имел желания продолжать со мной разговор
  • Мой добрый друг, иссендинский священник, в свободное время перевел на гэльское наречие несколько гимнов и религиозных книг, которые хорошо знал Гендерлэнд
  • Давид, я не могу больше выносить этого!
  • Алан, я не могу больше выносить этого!

Сводка по автору из Wikidata

1850–1894. Robert Louis Stevenson. шотландский писатель и поэт (1850–1894)

Читать онлайн

Страница 2 из 59

– Никто не знает этого достоверно, – сказал мистер Кемпбелл. – Но у владельцев этой усадьбы то же имя, что и у тебя, Дэви. Бальфуры из Шооса – старинная, честная, почтенная семья, пришедшая в упадок в последнее время. Твой отец тоже получил образование, подобающее его происхождению; никто так успешно не руководил школой, как он, и разговор его не был похож на разговор простого школьного учителя; напротив (ты сам понимаешь), я любил, чтобы он бывал у меня, когда я принимал образованных людей, и даже мои родственники, Кемпбеллы из Кильренета, Кемпбеллы из Денсвайра, Кемпбеллы из Минча и другие, все очень просвещенные люди, находили удовольствие в его обществе. А в довершение всего сказанного вот тебе завещанное письмо, написанное собственной рукой покойного.

Он дал мне письмо, адресованное следующим образом: «Эбенезеру Бальфуру, из Шооса, эсквайру, в Шоос-гауз, в собственные руки. Письмо это будет передано ему моим сыном, Давидом Бальфуром». Сердце мое сильно забилось при мысли о блестящей будущности, внезапно открывшейся предо мной, семнадцатилетним сыном бедного сельского учителя в Эттрикском лесу.

– Мистер Кемпбелл, – сказал я прерывающимся голосом, – пошли бы вы туда, будь вы на моем месте?

– Разумеется, – отвечал священник, – и даже не медля. Такой большой мальчик, как ты, дойдет до Крамонда (недалеко от Эдинбурга) в два дня. В самом худшем случае, если твои знатные родственники – а я предполагаю, что эти Бальфуры тебе сродни, – выставят тебя за дверь, ты сможешь через два дня вернуться обратно и постучать в дверь моего дома. Но я надеюсь, что тебя примут хорошо, как предсказывал твой отец, и со временем ты будешь важным лицом. А затем, Дэви, мой мальчик, – закончил он, – я считаю своей обязанностью воспользоваться минутой расставания и предостеречь тебя от опасностей, которые ты можешь встретить в свете.

При этих словах он немного помешкал, размышляя, как бы поудобнее сесть, потом опустился на большой камень под березой у дороги, с важностью оттопырил верхнюю губу и накрыл носовым платком свою треугольную шляпу, так как солнце теперь светило на нас из-за двух вершин. Затем, подняв указательный палец, он стал предостерегать меня сперва от многочисленных ересей, которые нисколько не соблазняли меня, и убеждать не пренебрегать молитвой и чтением библии. Потом он описал мне знатный дом, куда я направлялся, и дал мне совет, как вести себя с его обитателями.

– Будь уступчив, Дэви, в несущественном, – говорил он. – Помни, что хотя ты и благородного происхождения, но воспитан в деревне. Не посрами нас, Дэви, не посрами нас! Будь обходительным в этом большом, многолюдном доме, где так много слуг. Старайся быть осмотрительным, сообразительным и сдержанным не хуже других. Что же касается владельца, помни, что он – лэрд[1]. Скажу тебе только: воздай всякому должное. Приятно подчиняться лэрду; во всяком случае, это должно быть приятно для юноши.

– Может быть, – отвечал я. – Обещаю вам, что буду стараться следовать вашему совету.

– Прекрасный ответ, – сердечно сказал мистер Кемпбелл. – А теперь обратимся к самой важной материи, если дозволено так играть словами, или же к нематериальному. Вот пакетец, в котором четыре вещи. – Говоря это, он с большим усилием вытащил пакет из своего бокового кармана. – Из этих четырех вещей первая принадлежит тебе по закону: это небольшая сумма, вырученная от продажи книг и домашнего скарба твоего отца, которые я купил, как и объяснял с самого начала, с целью перепродать их с выгодой новому школьному учителю. Остальные три – подарки от миссис Кемпбелл и от меня. И ты доставишь нам большое удовольствие, если примешь их. Первая, круглая, вероятно, больше всего понравится тебе сначала, но, Дэви, мальчик мой, это лишь капля в море: она облегчит тебе только один шаг и исчезнет, как утренний туман. Вторая, плоская, четырехугольная, вся исписанная, будет помогать тебе в жизни, как хороший посох в дороге и как подушка под головой во время болезни. А последняя, кубическая, укажет тебе путь в лучший мир: я буду молиться об этом.

С этими словами он встал, снял шляпу и некоторое время в трогательных выражениях громко молился за юношу, отправляющегося в мир, потом внезапно обнял меня и крепко поцеловал; затем отстранил от себя и, не выпуская из рук, долго глядел на меня, и лицо его было омрачено глубокою скорбью; наконец, повернулся, крикнул мне: «Прощай!» – и почти бегом пустился обратно по дороге, которою мы только что шли. Другому это показалось бы смешным, но мне и в голову не приходило смеяться. Я следил за ним, пока он не скрылся из виду: он все продолжал торопиться и ни разу не оглянулся назад. Мне стало ясно, что причиной всего была разлука со мной, и совесть стала сильно упрекать меня; сам я был очень счастлив, уходя из тихой деревенской глуши в большой, шумный дом, где жили богатые и уважаемые дворяне одного со мной рода и имени.

«Дэви, Дэви, – думал я, – видана ли где такая черная неблагодарность? Неужели при одном намеке на знатность ты можешь забыть старых друзей и их расположение к тебе? Стыдно, Дэви, стыдно!»

Я сел на камень, с которого только что встал добрый священник, и открыл пакет, чтобы посмотреть подарки.

Я догадывался, что то, что мистер Кемпбелл называл кубической вещью, было, конечно, карманной библией. То, что он называл круглой вещью, оказалось шиллингом; а третья вещь, которая должна была так замечательно помогать мне, и здоровому и больному, оказалась клочком грубой желтой бумаги, на котором красными чернилами были написаны следующие слова:

«Как приготовлять ландышевую воду. Возьми херес, сделай настойку на ландышевом цвете и принимай при случае ложку или две. Эта настойка возвращает дар слова тем, у кого отнялся язык; она помогает при подагре, укрепляет сердце и память. Цветы же положи в плотно закупоренную банку и поставь на месяц в муравейник, затем вынь и тогда увидишь в банке выделенную цветами жидкость, которую и храни в пузырьке; она полезна здоровым и больным, как мужчинам, так и женщинам».

Внизу была приписка рукой священника: «Также ее следует втирать при вывихах, а при коликах принимать каждый час по столовой ложке».

Я, разумеется, посмеялся над этим, но то был нервный смех. Поскорее повесив свой узел на конец палки, я перешел брод и стал подниматься на холм по другую сторону речки. Наконец я добрался до зеленой дороги, тянущейся среди вереска, и кинул последний взгляд на иссендинскую церковь, на деревья вокруг дома священника и на высокие рябины на кладбище, где покоились мои родители.

Страница 2 из 59

Вам также может понравиться

Страница 1 из 17

Назад1217Далее