Загрузка...
Назад в библиотеку
Камо грядеши — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Камо грядеши

Автор Генрик Сенкевич
0+11k читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Жанры
классическая прозаисторическая литература
Темы
Неронримская историяроманГенрик Сенкевичлюбовьисторический романВечный городхристианствоаристократтрагедия

Описание

Роман «Камо грядеши» повествует о жизни и судьбах людей в последние годы правления Нерона, сочетая исторические события с личными драмами, любовью, верой и преследованием христиан. Главные герои – Лигия, Виний, Актa, Урс, Петроний и другие – сталкиваются с жестокостью власти, внутренними конфликтами и поиском спасения, в то время как Нерон стремится к величию и монументам. Книга раскрывает противоречия эпохи, влияние христианства и человеческую стойкость.

Главный конфликт / проблема

Проблема преследования христиан и личная борьба героев за свободу и веру в эпоху правления Нерона

Ключевые идеи

  • Роман рассматривается как выдающееся историческое произведение.
  • События происходят в последние годы правления Нерона и затрагивают тему любви и преследования христиан.
  • Опасность и роскошь римского пира под властью Нерона.
  • Психологический конфликт Лигии между страхом и любопытством.
  • Роль Актa как посредника и защитника.
  • Виний как символ опасности и попытки спасения.
  • Вмешательство Урса как спасение от насилия.
  • Трудный выбор между бегством и оставанием в опасном месте.
  • Молитва как способ найти спасение и внутренний покой.
  • Влияние веры и благородства великана Урса на решение Лигии.
  • Петроний и Виниций ищут Лигию, привлекая Хилона, который полагается на разум.
  • Хилон, Виниций и Кротон планируют похищение Лигии в Остриане, используя маскировку и ночное время.

Вывод

Книга показывает, как личные стремления и вера сталкиваются с жестокостью власти, подчёркивая важность веры и человеческой доброты в условиях политической и религиозной напряжённости.

Кому полезна

  • Историки и любители античной истории
  • Читатели, интересующиеся христианством и Римом
  • Люди, ищущие глубокие психологические портреты персонажей

Главные темы

  • История правления Нерона
  • Влияние христианства и преследование
  • Личная борьба и вера

Персонажи

  • Лигия — Молодая христианка, пленница Нерона, чья любовь и страх к Виницию и к императору создают конфликт. Она пытается вернуться к семье, но оказывается в опасности, и её судьба становится центральной в борьбе между властью и верой.
  • Виниций — Римский аристократ, влюбленный в Лигию, стремится похитить её, но внутренний конфликт под влиянием христианских идей заставляет его искать спасение и духовный рост. Он ищет поддержку у Петра и других христиан.
  • Петр — Рыбак, ставший апостолом, проповедующий простоту и любовь. Он вдохновляет Виниция на христианство и помогает Лигии, организуя крестины и защиту христиан.
  • Нерон — Безумный император, устраивающий пира и преследующий христиан. Он проявляет интерес к личным просьбам Виниция и соглашается на брак с Лигией, демонстрируя власть и жестокость.
  • Петроний — Влиятельный трибун, обеспокоенный исчезновением Лигии. Он использует связи, пытаясь спасти её, но сталкивается с отказами и ограничениями.
  • Урс — Гигант, защищающий Лигию от насилия, помогает Виницию найти её и спасает от преследования.
  • Актa — Служанка, отвечающая за подготовку Лигии к пиру, успокаивая и защищая её.
  • Хилон — Худой философ, предлагающий разумные решения в поиске Лигии, но без материальных средств.
  • Кротон — Сильный гладиатор, готовый участвовать в операции по похищению Лигии.
  • Эвника — Приносит тогу, подтверждая, что Лигия осталась в городе, и участвует в поисках.
  • Павел — Учитель Виниция, обучающий его христианскому учению и вдохновляющий на духовный рост.
  • Тигеллин — Ответственный за сбор зверей и организацию казней христиан в амфитеатрах.

Цитаты

  • Домой, Урс, домой, к Плавтиям!
  • Не убий!
  • Что меня ждут боль и счастье.
  • Я остался здесь.
  • «Похитить Лигию в Остриане можно, если идти в капюшонах, прикрыв лица, и ограничиться разглядыванием всех присутствующих из какого-нибудь темного угла».
  • «Петр говорил: «Пусть будет простота, любовь и вечное блаженство».
  • Кровь закипела в жилах у Виниция при виде Лигии.
  • Хилон тянул его за плащ, опасаясь, что он может навлечь опасность.
  • "Да, поездку надо было отложить"
  • "Я хочу, чтобы мое имя было увековечено, и моя статуя стала символом власти и бессмертия"

Сводка по автору из Wikidata

1846–1916. Henryk Sienkiewicz. польский писатель

Читать онлайн

Страница 3 из 171

– Виниций, Виниций! Мне так и хочется сказать, что ты не был бы на это способен. И знаешь почему? Такие вещи, конечно, делают, но о них не говорят, даже в условной форме. Что до меня, я бы на его месте смеялся над Поппеей, смеялся над Меднобородым и сколачивал бы себе легионы – но не из иберов, а из ибериек. Ну, самое большее, писал бы эпиграммы, которых, впрочем, никому бы не читал, в отличие от бедняги Руфина.

– Ты хотел рассказать его историю.

– Расскажу в унктории.

Но в унктории внимание Виниция привлекли красивые рабыни, ожидавшие там купающихся. Две из них, негритянки, походившие на великолепные эбеновые статуи, принялись умащать тела господ тончайшими аравийскими благовонными маслами, другие, фригиянки, искусные причесывальщицы, держали в нежных и гибких, как змеи, руках шлифованные стальные зеркала и гребни, еще две, прелестные, как богини, девушки – гречанки с острова Коса, вестиплики, ждали минуты, когда надо будет живописно уложить складки тог на обоих мужчинах.

– Клянусь Зевсом Тучесобирателем! – сказал Марк Виниций. – Какой тут у тебя цветник!

– А я больше забочусь о качестве, чем о числе, – отвечал Петроний. – Вся моя фамилия[2] в Риме составляет не более четырехсот человек, и я полагаю, что разве только выскочкам требуется больше прислуги.

– Пожалуй, и у Меднобородого нет таких прекрасных тел, – сказал, раздувая ноздри, Виниций.

Петроний на это ответил с любезной небрежностью:

– Ты мой родственник, и я не такой черствый человек, как Басс, и не такой педант, как Авл Плавтий.

Виниций, однако, услыхав последнее имя, забыл на миг о девушках с Коса и, быстро взглянув на Петрония, спросил:

– Почему тебе вспомнился Авл Плавтий? Знаешь, подъезжая к городу, я сильно разбил себе руку и провел в его доме больше десяти дней. Когда со мной это случилось, Плавтий как раз проезжал по дороге, он увидел, что мне худо, и забрал меня к себе; там его раб, лекарь Мерион, вылечил меня. Именно об этом я и хотел с тобою поговорить.

– Чего это вдруг? Не влюбился ли ты случайно в Помпонию? Тогда мне тебя жаль: она немолода и добродетельна! Худшего сочетания не могу себе представить. Брр!

– Не в Помпонию, увы! – ответил Виниций.

– Тогда в кого же?

– Если б я сам знал в кого! Но я даже не знаю точно ее имени – Лигия или Каллина? В доме ее называют Лигией, потому что она из народа лигийцев, и у нее есть свое варварское имя: Каллина. Странный дом у этих Плавтиев! Народу много, а тишина, как в лесах Сублаквея. Более десяти дней я не знал, что там живет богиня. Но раз на заре я увидел, как она умывалась у фонтана в саду. И клянусь тебе пеной, из которой родилась Афродита, что лучи зари пронизывали ее тело насквозь. Мне думалось, когда взойдет солнце, она растворится в его свете, как исчезает из глаз утренняя звезда. С той поры я ее видел еще два раза, и с той поры, поверь, я не знаю другого желания, мне не в радость все утехи города, я не хочу женщин, не хочу золота, не хочу коринфской бронзы, ни янтаря, ни жемчуга, ни вина, ни пиров, хочу только Лигию. Говорю тебе, Петроний, чистосердечно, я тоскую по ней, как тосковал Сон, изображенный на мозаике в твоем тепидарии, по Пасифее, тоскую днем и ночью.

– Если она рабыня – купи ее.

– Она не рабыня.

– Кто же она? Вольноотпущенница Плавтия?

– Она никогда не была невольницей и не могла быть отпущена на волю.

– Так кто же она?

– Сам не знаю – царская дочь или что-то в этом роде.

– Ты пробудил мое любопытство, Виниций.

– Но если тебе будет угодно меня выслушать, я его быстро удовлетворю. История не слишком длинная. Ты, возможно, был знаком с Ваннием, царем свевов, – народ его изгнал, он долго жил в Риме и даже прославился удачливой игрой в кости и счастливой судьбой. Цезарь Друз вернул ему трон. По сути, Ванний был человеком твердым, вначале он правил неплохо и воевал успешно, но потом начал слишком ретиво грабить не только соседей, но и своих свевов. Тогда Вангион и Сидон, два его племянника, сыновья его сестры и Вибилия, царя гермундуров, решили вынудить его опять отправиться в Рим… искать счастье в игре.

– А, помню, это было при Клавдии, совсем недавно.

– Вот-вот. Началась война. Ванний призвал на помощь язигов, а его любезные племяннички – лигийцев, которые, прослышав о богатствах Ванния и надеясь на жирную добычу, явились с такими полчищами, что сам император Клавдий встревожился. Вмешиваться в войну варваров Клавдий не хотел, но все же написал Ателию Гистру, командовавшему придунайским легионом, чтобы тот внимательно следил за ходом войны и не позволил нарушить наш покой. Гистр потребовал от лигийцев обещания не переходить границу, на что они не только согласились, но еще дали заложников, среди которых были жена и дочь их вождя. Ты же знаешь, варвары отправляются на войну с женами и детьми. Так что моя Лигия – дочь того вождя.

– Откуда ты все это знаешь?

– Мне рассказал сам Авл Плавтий. Лигийцы тогда действительно границу почти не нарушали, но ведь варвары налетают, как буря, и, как буря, исчезают. Так исчезли и лигийцы с турьими рогами на головах. Свевов и язигов Ванния они разбили, но их царь погиб, и они ушли с добычей, а заложники остались во власти Гистра. Мать вскоре умерла, дочку Гистр, не зная, что с нею делать, отослал правителю всей Германии Помпонию. Закончив войну с хаттами, Помпоний возвратился в Рим, где Клавдий, как тебе известно, разрешил ему триумфальные почести. Девушка шла за колесницей победителя, но, когда торжества кончились, Помпоний тоже не знал, что с нею делать, – ведь заложницу нельзя было считать пленницей, – и в конце концов отдал ее своей сестре, Помпонии Грецине, жене Плавтия. В этом доме, где все, начиная с господ и кончая птицей в курятнике, преисполнено добродетели, девушка выросла, увы, столь же добродетельной, как сама Грецина, и стала такой красавицей, что даже Поппея рядом с нею выглядела бы, как осенняя фига рядом с яблоком Гесперид.

– Ну и дальше что?

– Повторяю тебе, с той минуты, что я увидел ее у фонтана, увидел, как лучи солнца пронизывают насквозь ее тело, я без памяти влюбился.

– Выходит, она прозрачна, как медуза или как маленькая сардинка?

– Не шути, Петроний, а если тебя ввело в заблуждение то, что я так свободно говорю о своем увлечении, знай, что под нарядным платьем часто скрываются глубокие раны. Еще должен тебе сказать, что по пути из Азии я провел одну ночь в храме Мопса, надеясь получить оракул. И вот во сне мне явился сам Мопс и изрек, что в моей жизни произойдет большая перемена вследствие любви.

– Слыхал я, как Плиний говаривал, что не верит в богов, но верит в сны, и, возможно, он прав. Несмотря на все мои шутки, я и сам временами думаю, что существует лишь одно вечное, всемогущее, творящее божество – Венера Родительница. Она соединяет души, соединяет тела и предметы. Эрос вывел мир из хаоса. Хорошо ли он поступил, это другой вопрос, но раз уж так случилось, мы должны признать его могущество, хотя можем и не благословлять его.

– Ах, Петроний, куда легче услышать философское рассуждение, чем добрый совет.

– Но скажи, чего ты, собственно, хочешь?

Страница 3 из 171

Назад1234…171Далее

Вам также может понравиться

Фараон — обложка книги

Фараон

Болеслав Прус

Глотнуть воздуха — обложка книги

Глотнуть воздуха

Джордж Оруэлл

Крестоносцы — обложка книги

Крестоносцы

Генрик Сенкевич

Каталина — обложка книги

Каталина

Сомерсет Моэм

Остров фарисеев. Фриленды — обложка книги

Остров фарисеев. Фриленды

Джон Голсуорси

Осада мельницы — обложка книги

Осада мельницы

Эмиль Золя

Клятва при гробе Господнем — обложка книги

Клятва при гробе Господнем

Николай Алексеевич Полевой

Робин Гуд — обложка книги

Робин Гуд

Александр Дюма

Я пришел дать вам волю — обложка книги

Я пришел дать вам волю

Василий Макарович Шукшин

Овод (трилогия) — обложка книги

Овод (трилогия)

Этель Лилиан Войнич

Дож и догаресса — обложка книги

Дож и догаресса

Эрнст Теодор Амадей Гофман

Чистые пруды — обложка книги

Чистые пруды

Юрий Маркович Нагибин

Страница 1 из 3

Назад123Далее