Загрузка...
Об Иване Шмелеве — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Иван Шмелевбиографиярусская литератураМосковская губернияреволюцияпуть писателяисторияпамятьпамяткапамятник

Описание

Книга представляет биографию Ивана Сергеевича Шмелева, описывая его детство в московской семье подрядчиков, влияние религиозных и патриархальных ценностей, образование, первые литературные успехи, критическое отношение к революционным изменениям и эмиграцию в Париж, где он продолжил писать о судьбах простых людей.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными убеждениями автора и радикальными политическими изменениями в России начала XX века

Ключевые идеи

  • Патриархальное и религиозное воспитание как фундамент личности и творчества
  • Влияние наблюдений за трудовой жизнью и простыми людьми на развитие реалистического стиля
  • Роль революционных событий в формировании тематики «маленького человека»
  • Эмиграция как переход к новому этапу творчества, сохранению русской идентичности

Вывод

Книга демонстрирует, как личные ценности и наблюдения о жизни простого человека сформировали уникальный реалистический стиль Шмелева, оставивший наследие защиты обиженных и правдолюбия

Кому полезна

  • Студенты русской литературы
  • Историки
  • Любители русской культуры

Главные темы

  • Реализм и социальная критика
  • Религиозные и патриотические ценности

Персонажи

  • Иван Сергеевич Шмелев — Родился в московской семье подрядчиков, вырос в патриархальной и религиозной среде, стал реалистом, защитником «маленького человека».
  • Сергей Иванович — Подрядчик, умер, оставив сына в раннем возрасте.
  • Ю. А. Кутырина — Собирала воспоминания о Шмелеве и помогала в публикации его биографических работ.

Цитаты

  • «На постройке Коломенского дворца (под Москвой) он потерял почти весь капитал «из‑за упрямства» – отказался дать взятку».
  • «Писатель сильного темперамента, страстный, бурный, очень одаренный и подземно навсегда связанный с Россией».

Сводка по автору из Wikidata

1873–1950. Ioannes Šmelëv. русский писатель (1873—1950)

Читать онлайн

Страница 3 из 8

Лето перед выпускным классом Шмелев провел на глухой речушке, у старой мельницы. И вдруг, посреди упражнений с Гомером, Софоклом, Вергилием, он почувствовал, по собственным словам, "что-то", необыкновенный прилив творческого возбуждения, и написал большой рассказ с маху, за один вечер. А в июле 1895 года, уже студентом, получил по почте толстую книгу журнала "Русское обозрение" со своим рассказом "У мельницы". Руки тряслись, прыгали мысли: "Писатель? Это я не чувствовал, не верил, боялся думать. Только одно я чувствовал:

что-то я должен сделать, многое узнать, читать, вглядываться и думать... готовиться. Я -- другой, другой".

Но до настоящего писательства еще предстоял долгий и трудный путь.

С исключительной страстностью шмелевской натуры мы сталкиваемся не раз, когда знакомимся с его биографией. В молодости его круто шатало: от истовой религиозности к сугубому рационализму в духе шестидесятников, от рационализма -- к учению Л. Н. Толстого, к идеям опрощения и нравственного самоусовершенствования. Учась на юридическом факультете Московского университета (1894--1898), Шмелев неожиданно для себя серьезно увлекается ботаническими открытиями К. А. Тимирязева. И вдруг новый прилив религиозности. После женитьбы в качестве свадебной поездки осенью 1895 года он избирает древнюю обитель, Валаамский Преображенский монастырь на северо-западе Ладоги.

Впечатления оказались неожиданными, противоречивыми, пестрыми. "Светлый Валаам" явил студенту и некоторые подробности суровой и безрадостной жизни рядовых монахов, тунеядство пастырей, вызвал ироническую улыбку в рассуждениях об "аскетизме плоти" и вовсе неприязненное изображение "любопытствующих", праздных посетителей, пьяноватых купчиков и девок. Тем сильнее была потребность поделиться увиденным. Так родились очерки "На скалах Валаама". "Два месяца писал. Перечитал, переписал, прорезал, еще переписал, еще прорезал. Ну, куда такое!" -- вспоминал Шмелев позднее в автобиографическом рассказе "Первая книга" (1934).

Изданная за счет автора (1897), она была остановлена в цензуре. "Сам" всесильный обер-прокурор святейшего синода Победоносцев дал лаконичное распоряжение: "задержать". Обезображенная цензурой, "израненная, в пластырях", книга раскупалась плохо, и большая часть тиража была продана молодым автором букинисту за гроши. Первый выход в литературу получился неудачным. Перерыв затянулся на целое десятилетие.

После окончания университета и года военной службы Шмелев восемь лет тянет лямку унылого чиновничества в глухих углах Московской и Владимирской губерний. Субъективно очень мучительные, годы эти обогатили его знанием того огромного и застойного мира, который можно назвать уездной Россией. "Служба моя,-- отмечал писатель,-- явилась огромным дополнением к тому, что я знал из книг. Это была яркая иллюстрация и одухотворение ранее накопленного материала. Я знал столицу, мелкий ремесленный люд, уклад купеческой жизни. Теперь я узнал деревню, провинциальное чиновничество, фабричные районы, мелкопоместное дворянство"[ Русская литература, 1973, No 4, с. 145. Львов-Рогачевский В. ]. В уездных городках, фабричных слободках, пригородах, деревнях встречает Шмелев прототипов героев многих своих повестей и рассказов 900-х годов. Отсюда вышли "По спешному делу" (1907), "Гражданин Уклейкин", "В норе" (1909), "Под небом" (1910), "Патока" (1911).

До этих углов уже доходили первые раскаты приближающейся революционной грозы. В обстановке наступавшего общественного подъема, в радостно-тревожной атмосфере первой русской революции и следует искать причины, заставившие Шмелева снова взяться за перо. "Я был мертв для службы,-- рассказывал он критику В. Львову-Рогачевскому.-- Движение девятисотых годов как бы приоткрыло выход. Меня подняло. Новое забрезжило передо мной, открывало выход гнетущей тоске. Я чуял, что начинаю жить" [Новейшая русская литература. М., 1927, с. 276.]. И основные произведения Шмелева, написанные до "Человека из ресторана",-- "Вахмистр" (1906), "Распад" (1906), "Иван Кузьмич" (1907), "Гражданин Уклейкин",-- все прошли под знаком первой русской революции.

В провинциальной "норе" Шмелев жадно следил за общественным подъемом в стране, видя в нем единственный выход для облегчения участи миллионов. И такой же очистительной силой становится революционный подъем для его героев. Он поднимает забитых и униженных, будит человечность в тупых и самодовольных, он предвещает гибель старому укладу. Но рабочих -- борцов с самодержавием, солдат революции -- Шмелев знал плохо. Он увидел их и показал в отрыве от среды, вне "дела", запечатлев тип революционера без "типических обстоятельств". Это рабочий Сережка, сын жандармского унтер-офицера ("Вахмистр"); "нигилист" Леня, сын "железного" дяди Захара ("Распад"); Николай, сын официанта Скороходова, и его друзья ("Человек из ресторана")..

Сама же революция передана глазами других, пассивных и малосознательных людей. Из своего лабаза наблюдает за уличными "беспорядками" старый купец Громов (рассказ "Иван Кузьмич"). К "смутьянам" он относится с глубоким недоверием и враждебностью. Лишь случайно попав на демонстрацию, он неожиданно для себя ощутил душевный перелом: "Его захватило всего, захватила блеснувшая перед ним правда". Этот мотив -- осознание героем новой, незнакомой ему ранее правды -- настойчиво повторяется и в других произведениях. В рассказе "Вахмистр" жандармский служака отказывается рубить восставших рабочих, увидев на баррикаде своего сына. В другом рассказе -"По спешному делу" -- изображен участник военно-полевого суда над революционерами капитан Дорошенков, мучимый жестокими угрызениями совести.

Направленностью, всем существом своих произведений этих лет Шмелев был близок писателям-демократам, группировавшимся вокруг передового издательства "Знание", в котором с 1900 года ведущую роль стал играть М. Горький. Огромный запас жизненных впечатлений, требовавших исхода, помог Шмелеву в обличении виновников бесправия и нищеты "маленького" человека, в изображении угнетенных, в которых революция высекает искру протеста, человеческого достоинства. В лучших его произведениях этих лет -- "Распад", "Патока", "Гражданин Уклейкин" и, наконец, в повести "Человек из ресторана" -- Шмелев продолжает и развивает тему "маленького человека", столь плодотворно разработанную литературой XIX века.

"Кто не проклинал станционных смотрителей, кто с ними не бранивался? Кто, в минуту гнева, не требовал от них роковой книги, дабы вписать в оную свою бесполезную жалобу на притеснение, грубость и неисправность?.. Что такое станционный смотритель? Сущий мученик четырнадцатого класса, огражденный своим чином токмо от побоев, и то не всегда..." -- это начало печальной пушкинской повести о Самсоне Вырине было и первой, лучшей страницей в многотомной истории "маленького человека", притесняемого, униженного и наконец гибнущего. На долю писателей нового века выпало завершить эту историю, после того как в нее вслед за Пушкиным вписали славные главы Н. Гоголь, Ф. Достоевский, И. Тургенев, Г. Успенский, А. Чехов.

Страница 3 из 8

Вам также может понравиться

Страница 1 из 195

Назад12195Далее