Загрузка...
Кармен — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Кармен

Автор Проспер Мериме
0+123 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
басксолдатцыганкаСевильяроманприключенияисторияпейзажромантикаавантюра

Описание

Главный герой, исследователь, отправляется в Андалузию, где встречает разбойника дон‑Хозе Наварро и цыганку Кармен. Погружаясь в их мир, он сталкивается с внутренним конфликтом между долгом и желанием свободы. Книга сочетает приключения с подробными культурными заметками о традициях и истории Испании.

Главный конфликт / проблема

Внутренний конфликт главного героя между долгом и желанием свободы, а также его вовлечение в преступный мир разбойников.

Ключевые идеи

  • Случайные встречи могут кардинально изменить судьбу человека.
  • Поток свободы и бунта привлекает, но приносит моральные дилеммы.
  • Кармен как символ непредсказуемой судьбы и свободы.
  • Культурные особенности испанского общества
  • Исторические легенды и обычаи

Вывод

Книга приводит к выводу, что встреча с Кармен и погружение в мир разбойничества навсегда изменяют жизнь главного героя, заставляя его оставить прошлое позади и принять новую, опасную судьбу.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся исторической и приключенческой прозой
  • Любители испанской культуры и истории
  • Те, кто ищет глубокие психологические портреты персонажей

Главные темы

  • Путешествие и приключения
  • Разбойничество и контрабанда
  • Любовные отношения
  • Культурные особенности Испании

Персонажи

  • Кармен — Красавица, загадочная, привлекает путешественника своей свободой и умением вести себя в тёмных делах.
  • Путешественник — Скептически относится к разбойникам, но постепенно вовлекается в их мир.
  • Дон-Хозе Наварро — Молодой, гордый, владеет мушкетоном, рассказывает о жизни разбойников.
  • Антонио — Служит путешественнику, проявляет опасения к незнакомцу.
  • Старуха — Освещала дуэль лампой, помогла идентифицировать короля.
  • Полицейский чиновник — Сообщал королю о дуэли и предлагал наказание.
  • Король дон‑Педро — Король, известный как Жестокий, участвовал в дуэли, после которой был наказан.
  • Мария‑Падилья — Считалась заколдованной короля, привела к его отвращению к королеве.

Цитаты

  • Курю, — отвечал незнакомец.
  • Как давно, — воскликнул он, медленно пуская изо рта и ноздрей первую струю дыма, — как давно не курил я!
  • Король дон‑Педро, известный под именем Жестокого, любил, подобно Гарун‑аль‑Рашиду, гулять по вечерам по улицам Севильи и искать приключения.
  • В Испании каждый путешественник, который не носит с собой образчиков миткаля или шелковой материи, считается англичанином, Inglesito.

Сводка по автору из Wikidata

1803–1870. Prosper Mérimée. французский писатель и переводчик

Читать онлайн

Страница 1 из 14

Annotation

Солдат-баск встретился в Севилье с красавицей цыганкой, и эта встреча навсегда изменила их жизнь.

Первый, анонимный перевод новеллы на русский язык. На обложке — афиша литографа Prudent-Louis Leray к премьере оперы «Кармен» (1875).

Проспер Мериме

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

Проспер Мериме КАРМЕНЪ

Рассказ Проспера Мериме.

Я всегда подозревал. что географы лгут, утверждая, будто поле мундской битвы находилось в стране Бастулов-Пенон, близь нынешней Монды, милях в двух к северу от Марбольи. Основываясь на тексте безыменного автора «Bellum Hispaniense» и сведениях, собранных мною в превосходной библиотеке герцога Осуньи, я полагал, что в окрестностях Монтильи надо искать замечательного места, где Цезарь решил дело с поборниками республики. Осенью 1830 года, находясь в Андалузии, я сделал довольно продолжительную поездку, чтоб окончательно разрешить этот вопрос, и диссертация, которую я издам в непродолжительном времени, надеюсь, не оставит ни малейшего сомнения на этот счет в умах археологов. Но в ожидании, пока диссертация моя разъяснит географическую проблему, на которую еще вся ученая Европа смотрит в недоумении, я расскажу вам историю, которая связана с воспоминанием о моих археологических изысканиях.

В Кордове я нанял проводника и двух лошадей и пустился в дорогу, взяв с собою только «Комментарии» Цезаря, да несколько рубашек. Однажды, — мы были в то время на возвышенностях Каченской равнины — усталый, умирая от жажды, опаленный полуденным солнцем, я от всей души посылал к чёрту и Цезаря и сыновей Помпея. Вдруг заметил я довольно далеко от дороги место, покрытое тростником. Это значило, что тут есть вода. Действительно, приехав туда, я увидел болото, в котором исчезал ручей, выходивший из узкого ущелья между горами Сиерры-Кабра. Я рассудил, что если поеду вверх по ручью, то найду воду посвежее, в которой будет меньше пиявок и лягушек и, может статься, отыщу сколько-нибудь тени среди утесов. Входя в ущелье, лошадь моя заржала, и ей тотчас отвечала другая лошадь, которой я не видал. Шагов сто дальше ущелье вдруг расширилось, и я увидел род естественного цирка, обставленного высокими, бросавшими тень утесами. Нельзя было найти места, которое обещало бы путешественнику более приятный отдых. У подошвы крутых скал бил ключ и образовал небольшой бассейн, на дне которого белелся чистый, как снег, песок. Пять-шесть прекрасных зеленых дубов, со всех сторон закрытых от ветра и освежаемых ключевой водой, возвышались на берегу бассейна и раскидывали над ним свою густую зелень; кругом трава мягкая, глянцевитая представляла ложе, лучше которого нельзя было найти ни в одной гостинице на расстоянии десяти миль вокруг.

Не мне первому принадлежала честь открытия этого прекрасного места. Когда я приехал, там уже отдыхал, и, без сомнения, спал какой-то мужчина. Разбуженный конским ржанием, он встал и подошел к своей лошади, которая, пользуясь сном своего господина, лакомилась свежей травой. Незнакомец был человек молодой, роста среднего, сложения крепкого, с взглядом мрачным и гордым. Лицо его, загорелое от солнца, было темнее волос. Одной рукой держал он лошадь за узду, в другой был медный мушкетон. Признаюсь, мушкетон и суровый вид этого молодца сначала несколько озадачили меня, но я так много наслышался о разбойниках, которых никогда не встречал, что наконец перестал верить их существованию. Притом так часто случалось мне встречать честных поселян, которые отправлялись на рынок вооруженные с ног до головы, что вид огнестрельного оружия не давал мне права усомниться в нравственности незнакомца — и сверх того, думал я, что ему в моих рубашках и комментариях? Рассудив таким образом, я фамильярно кивнул ему головой и с улыбкой спросил, не помешал ли его сну? Не отвечая мне, он вымерял меня глазами с головы до ног; потом, как бы довольный этим осмотром, с таким же вниманием оглядел моего проводника, следовавшего в нескольких шагах за мною. Я увидел, что проводник побледнел и остановился, обнаруживая сильный испуг. «Ну, плохая встреча!» — сказал я про себя, но благоразумие советовало мне не обнаруживать никакого беспокойства. Я слез с коня, велел проводнику разнуздать его и, став на колени на краю ключа, сначала погрузил в него голову и руки, потом утолил мучившую меня жажду.

Между тем я наблюдал за проводником и незнакомцем. Первый, очевидно, приближался неохотно; второй, казалось, не имел против нас дурных замыслов, потому что пустил лошадь на волю, и мушкетон его, который он держал сначала в горизонтальном положении, направлен был теперь дулом к земле.

Не считая себя вправе оскорбляться невниманием, оказанным моей особе, я разлегся на траве и спросил незнакомца, нет ли у него огнива. Вместе с тем я вынул из кармана сигары. Незнакомец, не говоря ни слова, пошарил в своих карманах, достал огниво и вырубил мне огня. Очевидно, он становился обходительнее, потому что сел насупротив меня, впрочем, все еще не покидая мушкетона. Закурив сигару, я выбрал лучшую из остальных сигар и спросил, курит ли он.

— Курю, — отвечал незнакомец. То были первые слова его, и я заметил, что у него выговор не андалузский, почему и заключил, что он, должно быть, такой же путешественник, как и я, только верно не археолог.

— Вот эта сигара верно вам понравится, — сказал я, подавая ему настоящую гаванскую регалию.

Он поблагодарил меня легким наклонением головы, закурил свою сигару от моей, опять кивнул мне в знак благодарности и затем принялся курить, по-видимому, с величайшим удовольствием. «Как давно, — воскликнул он, медленно пуская изо рта и ноздрей первую струю дыма, — как давно не курил я!»

В Испании дать или взять сигару значит то же, что на Востоке разделить с кем-нибудь хлеб-соль; этим установляется гостеприимство. Мой незнакомец оказался говорливее, нежели как я ожидал. Впрочем, хотя он и называл себя жителем Монтильского округа, видно было, что он плохо знает этот край. Он не знал, как называется прелестная долина, в которой мы находились, не мог назвать мне ни одной из соседних деревень; наконец, на вопрос, нет ли в окрестностях разрушенных стен, широких черепиц с загнутыми краями, обтесанных камней, он признался, что никогда не обращал внимания на подобные вещи. Зато видно было, что он знаток в лошадях. Он раскритиковал мою лошадь и рассказал генеалогию своего бегуна, кордуанского уроженца; благородное животное, действительно, было так привычно к труду, что, по словам хозяина, раз он проскакал тридцать миль то галопом, то крупною рысью. Среди длинной тирады он вдруг остановился, как будто спохватившись и досадуя, что высказал слишком много.

— Я очень торопился в Кордову, — прибавил он с некоторым замешательством. — Мне нужно было, видите ли, похлопотать у судей по одному тяжебному делу, — и, говоря это, он смотрел на проводника моего Антонио; а тот уставил глаза в землю.

Страница 1 из 14

Назад1214Далее

Вам также может понравиться