Загрузка...
Хлеб — обложка книги
Дата написания1894-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

В романе «Хлеб» автор Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк описывает жизнь и быт жителей Заполья в эпоху перехода от традиционного сельского хозяйства к индустриальной экономике. Через судьбы старика Михея Зотычего, его сына Галактиона и других персонажей раскрывается конфликт между устоявшимися обычаями и новыми возможностями, а также семейные и общественные противоречия, возникающие в условиях экономических и социальных изменений.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между традиционными ценностями и стремлением к модернизации, семейные противоречия и экономические трудности, возникающие в условиях перехода от сельского хозяйства к индустриальной экономике

Ключевые идеи

  • Взаимодействие простого бродяги с местной властью и обществом.
  • Показать социальную и экономическую структуру зауральского села и города Заполье.
  • Использование загадок и странных привычек старика как средства раскрытия характера и контекста.
  • Колобов стремится к улучшению своего положения через строительство мельницы
  • Семейные и поколенческие конфликты влияют на решения о месте и способах строительства
  • Молодые люди (Галактион) стремятся к новым идеям, таким как пароходы, но сталкиваются с традиционными взглядами
  • Свадьба и общественные обряды служат как сцена для конфликтов и укрепления связей
  • Строительство мельницы требует согласования с местными жителями и финансовой поддержки
  • Плодородие земли как основа хлебного производства
  • Необходимость создания рынка для обеспечения поставок
  • Влияние новых людей и идей на традиционный экономический порядок
  • Семейные и личные отношения как фактор развития бизнеса

Вывод

Книга приводит к выводу, что в эпоху перемен простые люди сталкиваются с необходимостью адаптироваться, сохраняя при этом связь с традициями, и что семейные и общественные связи играют ключевую роль в преодолении трудностей.

Кому полезна

  • Студенты русской литературы и истории
  • Историки и социологи, интересующиеся экономическими и социальными трансформациями России XIX‑XX вв.
  • Читатели, интересующиеся жизнью и бытом простых людей в период индустриализации

Главные темы

  • Социальная структура и власть в зауральском обществе
  • Экономический переход от сельского хозяйства к индустриальной и банковской системе
  • Семейные конфликты и личные драмы
  • Роль хлеба и продовольствия в жизни простых людей

Персонажи

  • Галактион — Молодой человек, стремится к новым идеям, таким как пароходы, но сталкивается с традиционными взглядами отца. Семейный и предпринимательский, ищет развитие, но осторожен к новшествам. Чувствует смущение и внутренний конфликт, пытается найти место в обществе и семье. Борется с семейными конфликтами, ищет финансирование, участвует в свадьбах и подозрениях в убийстве, видит в пароходах шанс изменить судьбу Заполья.
  • Михей Зотыч — Суровый, но улыбчивый старик с берестяным бурачком и длинной палкой, практичный торговец, помогает в организации, контролирует сына, сталкивается с финансовыми трудностями, но поддерживает его. Скитник, часто спорящий с Анфимом, проявляет милосердие и помогает другим.
  • Вахрушка — Скептически относится к старику, но участвует в его приёме и обсуждении. Бывший солдат, знает местные земли и хозяйства, помогает Михею в планах. Пытается найти своё место, помогает Луковне. Труженик, получивший должность швейцара банка и помогает Галактиону в бизнесе.
  • Стабровский — Показывает Галактиону возможности бизнеса, предоставляет кредит, поддерживая пароходное дело. Старик, переживающий потерю дочери, эмоционально привязан к семье. Старается сохранить власть, проявляет независимость от Мышникова, активно участвует в земских делах и пытается втянуть Диди в общественную жизнь.
  • Колобов — Мужчина, участвующий в семейном собрании с Михеем. Опытный и упрямый, стремится улучшить положение семьи, но часто конфликтует с молодыми членами. Старик, знакомый с местными поставщиками, помогает в планировании.
  • Штофф — Предлагает Галактиону создать банк и расширить бизнес. Живёт в скромной квартире, владеет деревянным домом, помогает Галактиону. Обсуждают планы по заводу и банк.
  • Харитина — Обсуждает семейные обязанности, выражает недовольство. Стремится к гармонии, но сталкивается с конфликтами. Тревожится о будущем, переживает страх и неуверенность, но постепенно успокаивается.
  • Полуянов — Показывает сложности семейных и общественных отношений. Потерял работу и статус, теперь живет в ссылке, испытывает глубокую печаль. Сложный персонаж, участвующий в семейных и профессиональных интригах.
  • Серафима — Серьёзная и преданная, иногда испытывает сомнения в отношениях. Мечтает о переезде в город, заботится о семье.
  • Тарас Семеныч — Участник собрания в Думе, приветствует Галактиона, поддерживает дочь, но чувствует её отчуждение.
  • Ермилыч — Показывает писарю, что можно изменить свою судьбу. Нападает на скитников, но позже оказывается спасён.
  • Флегонт Василич Замараев — Постоянный чиновник, ведёт допрос старика и участвует в обсуждении местных дел.

Цитаты

  • «Бурачок-то у тебя зачем, дедко?»
  • «Сидит баба на грядке, вся в заплатках, кто на нее взглянет, тот и заплачет. Ну-ка, угадай?»
  • – Какое же это место? Тут надо какую плотину – страшно вымолвить… Да и весной вода вон куда поднимается.
  • – А я бы так не ушел отсюда, – думал вслух Галактион, любуясь местом.
  • За битого семь небитых дают
  • Поглянулся ты мне, вот главная причина
  • Мы все одна семья.
  • Галактион, не нужно!.. Этого не нужно, не нужно, не нужно!
  • Эх, жисть каторжная!
  • Ай, батюшка, кто тут крещеный?

Сводка по автору из Wikidata

1852–1912. Дми́трий Нарки́сович Ма́мин-Сибиря́к. сибирский и русский писатель

Читать онлайн

Страница 1 из 123

Annotation

«Хлеб» – последний роман Мамина-Сибиряка в ряду крупных его произведений, отображающих в жизни Урала эпоху «шествия капитала, хищного, алчного, не знавшего удержу ни в чем». В нем с большой художественной силой нарисована правдивая картина пореформенного обнищания и разорения трудящихся одного из сельскохозяйственных районов Зауралья вследствие развития капитализма, с его крупной хлебной торговлей, винокурением и банковскими операциями.

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

ЧАСТЬ ПЯТАЯ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

X

XI

XII

ЭПИЛОГ

I

II

III

IV

V

VI

VII

VIII

IX

ПРИМЕЧАНИЯ

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

Дмитрий Наркисович Мамин-Сибиряк Хлеб

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

– А ты откедова взялся-то, дедко?

– А божий я…

– Божий, обшит кожей?.. Знаем мы вашего брата, таких-то божьих… Говори уж пряменько: бродяга?

– Случалось… От сумы да от тюрьмы не отказывайся, миленький. Из-под Нерчинска убег, с рудников.

– Так-то вот ладнее будет… Каторжный, значит?

– Как есть каторжный: ни днем, ни ночью покоя не знаю.

– Ну, мы тебя упокоим… К начальству предоставим, а там на высидку определят пока што.

Толпа мужиков обступила старика и с удивлением его рассматривала. Да и было чему подивиться. Сгорбленный, худенький, он постоянно улыбался, моргал глазами и отвечал зараз на все вопросы. И одет был тоже как-то несообразно: длинная из синей пестрядины рубаха спускалась ниже колен, а под ней как есть ничего. На ногах были надеты шерстяные бабьи чулки и сибирские коты. Поверх рубахи пониток, а на голове валеная крестьянская белая шляпа. За плечами у старика болталась небольшая котомка. В одной руке он держал берестяный бурачок, а в другой длинную черемуховую палку. Одним словом, необычный человек.

– Бурачок-то у тебя зачем, дедко?

– Бурачок?.. А это хитрая штука. Секрет… Он, бурачок-то, меня из неволи выкупил.

– Он и то с бурачком-то ворожил в курье, – вступился молодой парень с рябым лицом. – Мы, значит, косили, а с угору и видно, как по осокам он ходит… Этак из-под руки приглянет на реку, а потом присядет и в бурачок себе опять глядит. Ну, мы его и взяли, потому… не прост человек. А в бурачке у него вода…

– Ты чего, дедко, на нашу-то реку обзарился?

– А больно хороша река, вот и глядел… ах, хороша!.. Другой такой, пожалуй, и не найти… Сердце радуется.

Старик оглянул мужиков своими моргавшими глазками, улыбнулся и прибавил:

– Я старичок, у меня бурачок, а кто меня слушает – дурачок… Хи-хи!.. Ну-ка, отгадайте загадку: сам гол, а рубашка за пазухой. Всею деревней не угадать… Ах, дурачки, дурачки!.. Поймали птицу, а как зовут – и не знаете. Оно и выходит, что птица не к рукам…

– Да што с ним разговоры-то разговаривать! – загалдело несколько голосов разом. – Сади его в темную, а там Флегонт Василич все разберет… Не совсем умом-то старичонко…

– Больно занятный! – вмешались другие голоса. – На словах-то, как гусь на воде… А блаженненьким он прикидывается, старый хрен!

Описываемая сцена происходила на улице, у крыльца суслонского волостного правления. Летний вечер был на исходе, и возвращавшийся с покосов народ не останавливался около волости: наработавшиеся за день рады были месту. Старика окружили только те мужики, которые привели его с покоса, да несколько других, страдавших неизлечимым любопытством. Село было громадное, дворов в пятьсот, как все сибирские села, но в страду оно безлюдело.

– Отпустить его, чего взять со старика? – заметил кто-то в толпе. – Много ли он и наживет? Еле душа держится…

– Не пущайте, дурачки! – засмеялся старик. – Обеими руками держитесь за меня… А отпустите – больше и не увидите.

– Нет, надо Флегонта Василича обождать, робя!.. Уж как он вырешит это самое дело, а пока мы его Вахрушке сдадим.

Волостной сторож Вахрушка сидел все время на крылечке, слушал галденье мужиков и равнодушно посасывал коротенькую солдатскую трубочку-носогрейку. Когда состоялось решение посадить неизвестного человека в темную, он молча поднялся, молча взял старика за ворот и молча повел его на крыльцо. Это был вообще мрачный человек, делавший дело с обиженным видом. В момент, когда расщелявшаяся дверь волостного правления готова была проглотить свою жертву, послышался грохот колес и к волости подкатили длинные дроги. Мужики сняли свои шапки. На дрогах, на подстилке из свежего сена, сидели все важные лица: впереди всех сам волостной писарь Флегонт Васильевич Замараев, плечистый и рябой мужчина в плисовых шароварах, шелковой канаусовой рубахе и мягкой серой поярковой шляпе; рядом с ним, как сморчок, прижался суслонский поп Макар, худенький, загорелый и длинноносый, а позади всех мельник Ермилыч, рослый и пухлый мужик с белобрысым ленивым лицом. Писарь только взглянул на стоявшего на крыльце старика с котомкой и сразу понял, в чем дело.

– Бродягу поймали? – коротко спросил он.

– Был такой грех, Флегонт Василич… В том роде, как утенок попался: ребята с покоса привели. Главная причина – не прост человек. Мало ли бродяжек в лето-то пройдет по Ключевой; все они на один покрой, а этот какой-то мудреный и нас всех дурачками зовет…

– Ну-ка, ты, умник, подойди сюда! – приказал писарь.

Старик подошел к дрогам и пристально посмотрел на сидевшую знать своими моргавшими глазками.

– Умник, а порядка не знаешь! – крикнул писарь, сшибая кнутовищем с головы старика шляпу. – С кем ты разговариваешь-то, варнак?

– Пока ни с кем… – дерзко ответил старик. – Да моей пестрядине с твоим плисом и разговаривать-то не рука.

– Што за человек? Как звать? – грянул писарь.

– Прежде Михеем звали…

– А фамилия как?

– Человек божий…

– Непомнящий родства?

– Где же упомнить, миленький? Давненько ведь я родился…

– Да што с ним разговаривать-то! – лениво заметил мельник Ермилыч, позевывая. – Вели его в темную, Флегонт Василич, а завтра разберешь… Вот мы с отцом Макаром о чае соскучились. Мало ли бродяжек шляющих по нашим местам…

– А какой ты веры будешь, старичок? – спросил о. Макар.

– Веры я христианской, батюшка.

– Православной?

– Около того.

– И видно, што православный. Не то тавро…

– Уж какое есть.

– Из ваших, – смиренно заметил о. Макар, обращаясь к мельнику Ермилычу.

– Имеет большую дерзость в ответах, а, между прочим, человек неизвестный.

– Да ну его к ляду! – лениво протянул мельник. – Охота вам с ним разговаривать… Чаю до смерти охота…

Писарь сделал Вахрушке выразительный знак, и неизвестный человек исчез в дверях волости. Мужики все время стояли без шапок, даже когда дроги исчезли, подняв облако пыли. Они постояли еще несколько времени, погалдели и разбрелись по домам, благо уже солнце закатилось и с реки потянуло сыростью. Кое-где в избах мелькали огоньки. С ревом и блеяньем прошло стадо, возвращавшееся с поля. Трудовой крестьянский день кончался.

Страница 1 из 123

Назад12123Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее