Загрузка...
Взгляд в зеркало моей жизни — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Взгляд в зеркало моей жизни

Автор Стефан Цвейг
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
автобиографияпутешествияпервая мировая войнаавстриявенароссияпольшазверглитератураистория

Описание

Книга представляет собой автобиографию Стефана Цвейга, в которой он описывает свою жизнь до, во время и после Первой мировой войны, а также влияние политических событий на его творчество и личность. В дополнение к повествованию автор приводит обширный перечень источников, включающий музыкантов, писателей и политических деятелей, которые оказали влияние на его мировоззрение.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личной свободой и цензурой, а также влияние политических изменений на творчество и жизнь автора.

Ключевые идеи

  • Война создаёт ощущение двойственности и разрушает прежний мир
  • Поствоенные годы требуют самопроверки и планомерной работы
  • Идея духовного единения Европы как ответ на хаос
  • Политические преследования и цензура угрожают свободе творчества
  • Биография С. Цвейга основана на его собственных автобиографических материалах и разнообразных внешних источниках.
  • Список демонстрирует междисциплинарный характер исследования, охватывая музыку, литературу, искусство и политику.

Вывод

Книга приводит к выводу о необходимости сохранения духовной свободы и единства в условиях политической нестабильности, подчёркивая, что личный опыт и культурный обмен могут служить оплотом против угнетения.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся биографиями и автобиографиями
  • Историки и политологи, изучающие влияние Первой мировой войны и межвоенного периода
  • Любители литературы и музыки, желающие понять контекст творчества Стефана Цвейга
  • Студенты и преподаватели, изучающие культурные и политические аспекты XX‑века

Главные темы

  • Влияние войны на личность и творчество
  • Политические преследования и цензура
  • Культурный обмен и духовное единство Европы
  • Список авторов и источников, влияющих на автора

Персонажи

  • Стефан Цвейг — Бывший юноша, путешественник, писатель, переживший войну и поствоенные изменения, стремится к духовному единению Европы. Писатель, чья автобиография «Мимолетный взгляд в зеркало моей жизни» служит основой для главы.
  • Ромен Роллан — Автор, с которым Цвейг делил идеи и путешествия, поддерживал его в трудные времена.
  • Максим Горький — Стал другом Цвейга во время поездки в Советскую Россию, оказал влияние на его мировоззрение.
  • Герман Геббельс — Взаимодействовал с Цвейгом в контексте цензуры и преследования писателей.
  • Рихард Штраус — Сотрудничал с Цвейгом над операми, стал объектом политического давления.
  • Густав Мальер — Австрийский композитор, известный как выдающийся интерпретатор опер Р. Вагнера, Моцарта и Бетховена.
  • Райнер Мария Рильке — Австрийский поэт, чья работа посвящена преодолению одиночества через любовь к людям и слияние с природой.
  • Жюль Ромен — Французский автор многотомной эпопеи «Люди доброй воли».
  • Франц Верфель — Австрийский писатель, автор экспрессионистской лирики и драмы.
  • Бернхард фон Бюлов — Германский государственный деятель, имперский статс‑секретарь иностранных дел и премьер-министр Пруссии.
  • Вильгельм II — Резиденция в Доорне, где мечтали о реставрации монархии.
  • Альфред Гугенберг — Германский политический деятель и крупный промышленник.

Цитаты

  • «Война настигла нас в решающей период нашей жизни, в годы перелома, перехода к зрелости, и с тех пор все мы различаем два строго отличных друг от друга периода нашей жизни: период довоенный, «то, что было до этого», и период послевоенный, «то, что было после этого».
  • Публикуемая биография С. Цвейга составлена из автобиографии «Мимолетный взгляд в зеркало моей жизни», написанной для журнала «Огонек» (1928 г.)
  • …Сегодня неохотно вспоминают об этой встрече, на которой Чемберлен и Даладье оказались вынужденными капитулировать перед Гитлером и Муссолини.

Сводка по автору из Wikidata

1881–1942. Stefan Zweig. австрийский писатель

Читать онлайн

Страница 1 из 20

Annotation

Публикуемая биография С. Цвейга составлена из автобиографии «Мимолетный взгляд в зеркало моей жизни», написанной для журнала «Огонек» (1928 г.), и отрывков из воспоминаний писателя «Вчерашний мир». Завершающая часть — «Декларация» — печатается на русском языке впервые.

Стефан Цвейг

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

Стефан Цвейг Взгляд в зеркало моей жизни[1]

Мы все — те люди, которым к началу [первой] мировой войны было около тридцати лет, — до конца наших дней будем испытывать некое необъяснимое, странное ощущение раздвоенности. Война настигла нас в решающей период нашей жизни, в годы перелома, перехода к зрелости, и с тех пор все мы различаем два строго отличных друг от друга периода нашей жизни: период довоенный, «то, что было до этого», и период послевоенный, «то, что было после этого».

Моё «до этого» было как-то особенно легко и беззаботно, и тем тяжелее было мне переживать переход к новому.

Юность моя протекала в атмосфере совершённой беззаботности и легкости, о которых теперь просто даже стыдно вспоминать, настолько все это кажется нереальным. Родившись в зажиточной буржуазной семье в Вене в 1881. году, я с нетерпением учился в средней школе, с радостью — в университете. В эти годы: я начал писать стихи, выпустил одну, а за ней и вторую книжки. Однако теперь я с трудом могу вспомнить, каким образом эти две книги возникли; поэтическое вдохновение, навеянное теми музыкальными ветрами, которые проносились над тогдашней Веной, было для меня неожиданным даром. Густав Малер[2], Бузони[3], Гофмансталь[4] и Рильке[5] способствовали его пробуждению. Моё личное честолюбие не было направлено в сторону литературы; со всей силой юношеского темперамента оно устремлялось на окружавшую меня многоликую жизнь. Какое-то таинственное любопытство в течении многих лет манило меня к странствиям; все новые и новые границы, как географические, так и духовные, переходил я в те годы, углубляясь в экзотику, грозившую различными опасностями. Где я только не перебывал в те далекие годы! В Париже, в Лондоне, во Флоренции, в Берлине и в Риме я жил в среде своих однокашников. Я ездил в Испанию, Шотландию, Индию, несколько раз пересекал границы Китая, путешествовал по Африке, Северной Америке, Канаде, был на Кубе, проезжал по Панамскому каналу. Все это я делал отнюдь не из литературных побуждений и не из желания писать книги. Это равнодушие к собственному творчеству дало возможность отдаться изучению произведений других, авторов. Несколько лет отдал я поэзия Верхарна[6], переводам, изучению и ознакомлению немецких читателей с произведениями новейшей европейской литературы, принося в жертву собственное творчество, которым я совершенно пренебрегал тогда. Теперь, когда я вспоминаю тот период моей жизни, годы странствований в путешествий кажутся мне не лишенными смысла. По-видимому, организм нашей культуры находит биологическое применение даже и для подобного рода беззаботных путешественников: они являются духовными послами наций, и годы странствий заменяют им годы учения.

Потом началась война. Страшно подействовала на меня эта беспримерная катастрофа. Все мое сущее до основания было потрясено этим событием, и у меня было чувство, что я упал в пропасть. Лучшие люди, которым я безгранично доверил, внезапно стали колебаться, в своих убеждениях, стали от них отходить, а немногие друзья, которые не изменили себе, вроде Ромен Роллана и еще некоторых других, оказались отрезанными от меня фронтом. Впервые за всю мою жизнь я заглянул себе глубоко в душу. Драматическая поэма «Иеремия», написанная в 1918 году, была моим протестом против кровавых событий; она была первым трагическим протестом против неизбежного. Вместе с тем это — единственная из моих книг, к которой, отнеслись с некоторой несправедливостью, которой не повезло. Из-за цензуры, свирепствовавшей во время войны, эта драма нигде, за исключенном нейтрального Цюриха, не могла быть напечатана. и не могли прозвучать ее предостерегающие слова; после крушения сама действительность более яркими красками продемонстрировала все то, у чем говорилось в «Иеремии». Так же осталось книгой то, что должно было быть предостерегающим воплем. Зато если не своим современникам, то хоть самому себе помог я этой поэмой. Впервые громко зазвучали все струны моего существа; слабые звуки случайных мотивов окрепли, вылились в страстную мелодию.

Когда война закончилась или когда показалось, что она закончилась (ведь все еще есть искры под пеплом тлеющих угольев!), надо было осмотреться, привести в порядок свои внутренние переживания. Мой мир был разрушен, надо было строить новый. А для этого требовалась самопроверка, подведение жизненного баланса. Что было утеряно? Что осталось? Утеряны — легкость прежних времен, шутливая легкость, с которой давалось творчество, с которой без устали и напряжения делались путешествия из одной части света в другую; утеряны были еще и некоторые внешние вещи — деньги, материальная беззаботность. Осталось, напротив: несколько ценных друзей, хороший жизненный опыт, старая страстная любовь к знаниям, новая, стойкая смелость, чувство ответственности после стольких потерянных лет — это уже был достаточный багаж для того, чтобы начинать жизнь сначала. Принятые мной решительные меры радикально изменили мою жизнь. Я покинул столицу, отучил себя от своих венских привычек, переехал в Зальцбург, женился и, бросив якорь, принялся за планомерную работу, взвесив взвесив предварительно все свои силы и возможности. Я подчеркиваю планомерный характер своей работы, так как в наше время, по моему мнению, надо особенно ясно отдавать севе отчет в своих целях и устремлениях. Главной задачей, Которую я себе поставил, задачей на много дет вперед, являются два больших цикла, каждый заключающий в себе несколько томов. Одна цикл — беллетристический, под общим названием «Цепь», из которого вышли в свет следующие тома: «Жгучая тайна» («Первые переживания»), «Амок» и «Смятение чувств». В этом цикле я хочу дать законченные рисунки отдельных разновидностей чувства: страсти, времени, возраста в их взаимоотношениях к окружающему миру.

Второй цикл — «Строители мира» — ставит себе целью параллельно с первым воссоздать и проследить в форме этюдов и портретов зарождение и развитие отдельных представителей человеческого гения.

До сих пор вышло три тома — «Три мастера» (Бальзак, Диккенс, Достоевский), «Борьба с демоном» (Гёльдерлин, Ницше, Клейст) и «Три певца своей жизни» (Казанова, Стендаль, Толстой). Оба эти цикла задуманы одновременно в виде двух параллельно идущих лестниц, которые, зарождаясь в подземелье, подымаются до пределов духовного бытия и, встречаясь на последнем пороге, соединяются в единое целое. Вышедшие до сих пор шесть томов являются лишь началом дуги, оба конца которой, сойдясь когда-нибудь вместе, подведут одновременно итоги и моему собственному жизненному пути.

Я знаю, что столь широкие планы требуют для проведения их в жизнь многих лет терпения; но не является ли терпение тем уроком, который нам преподала мировая война?

Страница 1 из 20

Назад1220Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 3

Назад123Далее