Загрузка...
Терпеливая Россия. Записки о достоинствах и пороках русской нации — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Терпеливая Россия. Записки о достоинствах и пороках русской нации

Автор Николай Гаврилович Чернышевский
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
русская нациядолготерпениепубличные выступлениясоциальные реформыистория Россиипубличная критиканациональная идентичностьполитические идеисоциальная справедливостьэкономические условия

Описание

Книга представляет критический анализ русской национальной идентичности, подчеркивая пассивность, историческую забывчивость и коррупцию, и предлагает реформы, ограниченное государственное вмешательство и свободную торговлю как путь к активному развитию.

Главный конфликт / проблема

Столкновение пассивного национального характера с необходимостью активных реформ, устранения коррупции и внедрения сбалансированного государственного вмешательства для развития России.

Ключевые идеи

  • Пассивные добродетели, как терпение, не способствуют активной деятельности.
  • Нарушение нравственных патологий возможно только через изменение условий жизни.
  • Русская нация исторически воспринимается как «нация рабов» и лишена глубокого исторического сознания.
  • Петр Великий привнес западные обычаи, но не создал устойчивого культурного наследия.
  • Чаадаев критикует русскую пассивность и призывает к активному развитию национального сознания.
  • Чаадаев ошибочно считает русскую историю бессмысленной из‑за неполных источников.
  • Реформы Петра Великого направлены на создание сильного военного аппарата, а не на полную европеизацию.
  • Мифы о «азиатском» характере русской нации опираются на неверные обобщения; реальные проблемы связаны с крепостным правом, слабой администрацией и низкой грамотностью.
  • Откуп – форма коррупции, при которой частные лица получают от граждан деньги, превышающие государственные нужды, что приводит к обогащению откупщиков и разрушению общественных ценностей.
  • Кабаки, управляемые откупщиками, усиливают пьянство и преступность, создавая центры разврата.
  • Общинное владение – исторический этап, не уникальный для России, и его отмена необходима для развития.
  • Коррупция и общинное владение подрывают честный труд и экономическое благополучие общества.

Вывод

Книга приходит к выводу, что Россия должна осознать свою историческую роль, устранить коррупцию и общинное владение, применить ограниченное государственное регулирование и поддерживать свободную торговлю, чтобы превратить пассивную нацию в активную и процветающую.

Кому полезна

  • Студенты и исследователи русской истории и политической науки
  • Читатели, интересующиеся социально‑экономическими реформами
  • Экономисты, изучающие теории laissez‑faire и протекционизма
  • Общая аудитория, желающая критического взгляда на русскую национальную идентичность

Главные темы

  • Русская национальная идентичность и её пассивность
  • Критика исторических нарративов и необходимость реформ
  • Коррупция, откуп и общинное владение
  • Критика laissez‑faire и протекционизма
  • Роль государства в экономике и свободной торговле

Персонажи

  • Николай Гаврилович Чернышевский — Писатель и публицист, выступающий за изменение условий жизни для устранения нравственных патологий. Писатель и публицист, выступающий против национальных стереотипов и за реальный анализ исторических и социальных факторов.
  • Петр Яковлевич Чаадаев — Философ, критик русской пассивности, призыв к активному развитию национального сознания. Считает, что русская история бессмысленна, что приводит к отрицательному восприятию русской нации.
  • Владимир Ильич Ленин — Ленин цитирует Чернышевского, подчеркивая идею «нации рабов» как проявление любви к родине.
  • Петр Великий — Ввел военные и административные реформы, но не стремился к полной европеизации.
  • Петр — Петр иллюстрирует, как монополия повышает доходы одного, но снижает возможности других.
  • Автор — Аналитически рассматривает литературные и экономические изменения, критикует Карри.
  • Карри — Позиционирует себя как защитник протекционизма, утверждает, что низкие тарифы являются причиной проблем США.
  • Молодой человек — Становится пьяницей из‑за давления кабака и откупщиков, демонстрируя, как коррупция и алкоголь влияют на личную жизнь.
  • Старик — Служил в государстве, не принимал взятки, но был уволен, и в итоге стал клиентом кабака.
  • Иван — Иван демонстрирует, как отсутствие свободного рынка приводит к его экономическому неуспеху.
  • Акакий Акакиевич — Акакий символизирует простую, но ошибочную реакцию на проблемы.

Цитаты

  • «Исторические обстоятельства развили в нас добродетели чисто пассивные, как, например, долготерпение, переносливость к лишениям и всяким невзгодам…»
  • «Жалкая нация, нация рабов, сверху донизу – все рабы».
  • Петр Великий нашел свою страну листом белой бумаги, на котором можно написать что угодно.
  • Мы сказали, что длинное развитие наших мыслей было бы здесь неуместно.
  • Самый простой, самый неразвитый человек понимает разницу между моральным значением правительства и откупа.
  • Потому-то на откуп отдавались всегда только доходы, точную величину которых нельзя вперед определить с достоверностью, – цифры, подверженные риску; и чем более этот риск, тем скорее подпадал источник дохода откупу.
  • Экономической деятельности отдельного лица должна быть предоставлена совершенная свобода.
  • Государство существует только для ограждения безопасности частных лиц и для отвращения стеснений, которые могли бы мешать полнейшему развитию частной деятельности.
  • «Тарифы не являются корнем проблем США; свободная торговля приносит более широкие выгоды.»
  • «Государственное вмешательство неизбежно, но должно быть сознательным и ограниченным.»

Сводка по автору из Wikidata

1828–1889. Николай Гаврилович Чернышевский. русский философ-утопист, революционер-демократ, меритократ, учёный, литературный критик, публицист и писатель (1828-1889)

Читать онлайн

Страница 63 из 63

* * *

Были люди, которые не смущались не только какими-нибудь пустяками, которые не жалели даже своей репутации, обрекали свое имя на позор в устах всех так называемых благородных людей, когда того требовала общая польза. «Да что же это за люди такие?» – спросите вы. А вот можно рассказать вам, что я вчера видел.

Живет молодая вдова, красавица, какой другой не видывали люди. Она страстно любила своего мужа, все мысли ее – печаль о нем. Нет в обществе ни одного человека, который не преклонялся бы перед ее непорочной чистотой. Эта женщина исчезает. Где она? А вот где: среди шумной толпы беспутных пьяниц и погибших женщин, она сидит подле какого-то господина, который, как видно, богаче и знатнее всех; она ласкается к нему и так успешно завлекает его в свои сети, что прежняя любовница этого господина уже брошена: она уже занимает место этой погибшей девушки.

Хорошую репутацию составила себе скромная вдова! Она не может себя обманывать насчет того, как думают о ней не только честные люди, но и несчастные существа, презираемые всеми: прямо в глаза ей высказывается это в самых резких и к несчастью правдивых словах жалкой девушкой, карьеру которой перебила она: «меня довела до унижения судьба, я опозорена без моей воли», говорит эта девушка своей счастливой сопернице: – «а ты сама добровольно предпочла позор честной жизни; ты добровольно предалась разврату, – он приятен тебе; ты презреннее меня».

Вот входит старик, знавший нашу вдову, когда она являлась для всех образцом безукоризненной чистоты, он видит ее в руках пьяного, грубого богача, которому она расточает свои нежности, – этот старик, который так уважал ее и слова которого всегда принимала она с благоговением, проклинает ее. Что ж такое? Конечно, не легко переносить ей этот позор, но, действительно, она добровольно подверглась ему; она вперед знала, что запятнает свою честь, – и не пожалела запятнать ее…

– Какою новостью вздумали вы занять нас! Вы рассказываете драму «Юдифь», в которой весь Петербург видел игру Ристори.

– Разумеется. Я хотел только заметить, что Юдифь поступила не дурно. Не очень часто встречаются обстоятельства, требующие таких же страшных пожертвований от человека, желающего быть полезным обществу; но постоянно через всю гражданскую жизнь каждого человека тянутся исторические комбинации, в которых обязан гражданин отказываться от известной доли своих стремлений для того, чтобы содействовать осуществлению других своих стремлений, более высоких и более важных для общества.

Исторический путь – не тротуар Невского проспекта; он идет целиком через поля, то пыльные, то грязные, то через болота, то через дебри. Кто боится быть покрыт пылью и выпачкать сапоги, тот не принимайся за общественную деятельность. Она – занятие благотворительное для людей, когда вы думаете действительно о пользе людей, но занятие не совсем опрятное. Правда, впрочем, что нравственную чистоту можно понимать различно: иному, может быть, кажется, что, например, Юдифь не запятнала себя.

* * *

А впрочем, мы отвлеклись от предмета. Мы хотели сказать, что в Соединенных Штатах можно, без вреда для своей гражданской и ученой репутации, быть защитником высокого тарифа, – и не только можно, но даже следует. Но чтобы иметь это право, надобно смотреть на тарифный вопрос не с теоретической стороны, а брать его в отношении к другим, более важным общественным вопросам.

Расширьте сферу ваших соображений, и у вас по многим частным вопросам явятся обязанности, различные от тех, какие следовали бы из изолированного поставления тех же вопросов. Но Кэри поступает не так. Он отвергает свободную торговлю и проповедует протекционизм не по соображению обстоятельств, более важных, чем экономическая выгодность свободной торговли, – он выводит свое мнение из политико-экономических оснований, которые никак не могут быть примирены с протекционизмом.

Это все равно, что вопрос о войне. Бывают обстоятельства, в которых сами Адам Смит и Рикардо стали бы требовать энергического ведения войны, – например, если бы иностранная армия хотела вторгнуться в Англию, но из этого вовсе еще не следует, что война сообразна с принципами политической экономии.

Мы нимало не претендуем на Кэри за то, что он считает высокий тариф надобностью для Соединенных Штатов; мы только видим слабость его логики в том, что надобность эту выводит он не из особенных обстоятельств, не имеющих ничего общего с политико-экономическою теорией, а из самой экономической теории. Но главную занимательность письмам Кэри дает забавная мономания его ставить тарифный вопрос средоточием всей общественной жизни, главным регулятором всех ее явлений; эту мономанию навели на него экономисты, перестроившие всю науку в таком духе, что вопросы о торговле стали главным предметом ее.

Пусть они посмотрят на письма Кэри к президенту и полюбуются верным, хотя и обратным отражением своих воззрений: тарифный вопрос – источник всех «многоразличных недугов» Соединенных Штатов и лекарство против них – это восхитительно!

Страница 63 из 63

Назад16263Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 148

Назад12148Далее