Загрузка...
Сон — обложка книги
Дата написания1876-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+
Темы
рассказы

Описание

В небольшом приморском городе семнадцатилетний герой, живущий с матерью в состоянии траура, переживает внутренний конфликт, связанный с утратой отца. Он часто погружается в сновидения, где видит отца, и в реальной жизни встречает мужчину, напоминающего его образ. Появляется барон, чья встреча с героем и последующие мистические события усиливают атмосферу неопределённости. Герой пытается найти отца, но сталкивается с исчезновением барона и находкой его трупа на берегу. В конце повествование переходит к реальным событиям, связанным с публикацией рассказа, показывая, как личные переживания автора влияют на творчество.

Главный конфликт / проблема

Главный конфликт – внутренний конфликт героя, связанный с утратой отца, и его попытки найти его в реальности, сталкиваясь с мистическими и реальными препятствиями.

Ключевые идеи

  • Постоянный траур матери и его влияние на внутренний мир героя.
  • Непрерывные сновидения как способ обработки утраты и поиска отца.
  • Размытая граница между сном и реальностью, проявляющаяся в встрече с реальным человеком, напоминающим образ из сна.
  • Встреча с незнакомцем, вызывающая ощущение «ночного отца»
  • Тайна барона и его исчезновение
  • Ночные видения матери, связанные с таинственным человеком
  • Идентификация отца как барона и его реальная смерть
  • Сон как источник реальных событий
  • Буря как символ внутреннего хаоса и перемен
  • Потеря отца и невозможность найти его
  • Психологический кошмар, возникающий из воспоминаний и сна
  • Сложный процесс создания, редактирования и публикации рассказа

Вывод

Книга приводит к пониманию того, что реальность и сон переплетаются, а поиск истины может быть разрушительным, но также открывает путь к принятию и осмыслению памяти.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся психологией и семейными отношениями
  • Читатели, любящие мистическую и психологическую литературу
  • Те, кто интересуется русской литературой и её историей

Главные темы

  • Утрата и поиск отца
  • Границы сна и реальности
  • Мистические события и страх
  • Влияние памяти и судьбы

Персонажи

  • Герой — Живёт с матерью, избегает общества, любит читать и мечтать, часто спит и видит сны о отце. Молодой человек, наблюдающий за незнакомцем и сталкивающийся с мистическими событиями в доме, переживает тревогу за мать и собственные воспоминания о отце. Он испытывает сильное желание найти отца, чтобы понять его судьбу, и сталкивается с реальностью, которая не совпадает с его ожиданиями.
  • Мать — Молодая, белокурая женщина, постоянно носит черное, погружена в траур и печаль. Падает в обморок после крика, затем начинает говорить о страшной истории и видениях, рассказывает о человеке из сна, скрывает детали, реагирует на кольцо и решает идти куда-то. Постоянно страдает от лихорадки и столбняка, её состояние ухудшается.
  • Барон — Соотечественник рассказчика, недавно вернувшийся из Америки, носит баронскую одежду. Он появляется в кофейной, но исчезает, позже уходит в Америку, и его тело найдено на берегу. Мужчина в длинном черном балахоне, соломенной шляпе, держит трубку; внешность напоминает образ отца из сна.
  • Отец (смертный) — Память о нём живёт в сердце героя, но он не видит его в реальности.
  • Садовник — Свидетельствует о незнакомом человеке, одетом в баронскую одежду.
  • Служанка — Обнаруживает мать в обмороке и сообщает о случившемся. Она сообщает, что барон ушёл в Америку.
  • Доктор — Приходит к матери после обморока и назначает успокоительное.
  • Работник — Он сообщает, что барон ушёл.
  • Араб — Подходит к барону, после чего оба исчезают.
  • Арап — Высокий человек в плаще, появляется лишь на мгновение.

Цитаты

  • Матушка ходила постоянно в черном, точно в трауре.
  • Я подошел к порожному столику, спросил себе кружку пива, газету – и сел в недальнем расстоянии от того загадочного существа.
  • Вы очень вежливы, молодой человек, – заговорил он вдруг сухим и резким, гнусливым голосом.
  • Она была наказана, но разве она не вправе перед самим богом объявить, что наказание, которое ее постигло, несправедливо?
  • Какое потрясающее впечатление произвел на меня рассказ матушки – легко поймет всякий!
  • Он лежал на спине, склонясь немного на бок, закинув левую руку за голову…
  • Я боялся за ее рассудок.
  • И вот он снова переходит в то звериное бормотание – и я просыпаюсь с тоской и ужасом на душе.

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. 伊万·谢尔盖耶维奇·屠格涅夫. русский писатель, поэт, публицист, драматург и переводчик (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 6 из 13

XV

Он лежал на спине, склонясь немного на бок, закинув левую руку за голову… правая была подвернута под его перегнутое тело. Вязкая тина всосала концы ног, обутых в высокие матросские сапоги; короткая синяя куртка, вся пропитанная морскою солью, не расстегнулась; красный шарф обхватывал тугим узлом его шею. Смуглое лицо, обращенное к небу, как будто посмеивалось; из-под вздернутой верхней губы виднелись частые мелкие зубы; тусклые зрачки полузакрытых глаз едва отличались от потемневших белков; покрытые пузырьками пены, засоренные волосы рассыпались по земле и обнажили гладкий лоб с лиловатою чертою шрама; узкий нос вздымался резкой беловатой чертой между впалыми щеками. Буря прошедшей ночи сделала свое дело… Он не увидел Америки! Человек, оскорбивший мою мать, обезобразивший ее жизнь, – мой отец – да! мой отец – в этом я не мог сомневаться, – лежал, бессильно распростертый, в грязи у ног моих. Я испытывал чувство удовлетворенной мести, и жалости, и отвращения, и ужаса, пуще всего… двойного ужаса: и перед тем, что я видел, и перед тем, что свершилось. То злое, то преступное, о котором я уже говорил, те непонятные порывы поднимались во мне… душили меня. «Ага! – думалось мне, – вот отчего я такой… вот когда сказывается кровь!» Я стоял возле трупа, и глядел, и ждал: не шевельнутся ли эти мертвые зрачки, не дрогнут ли эти окоченелые губы? – Нет! всё неподвижно; самая осока, куда забросил его прибой, точно замерла; даже чайки отлетели – ни одного обломка нигде, ни доски, ни разбитой снасти. Пустота всюду… только он – да я – да шумевшее вдали море. Я оглянулся назад: та же пустота и там: цепь безжизненных холмов на небосклоне… вот и всё! Жутко мне было оставить этого несчастного в этом одиночестве, в прибрежной тине, на съедение рыбам и птицам; внутренний голос говорил мне, что я должен был отыскать, позвать людей, если не для помощи – где уж тут! – так хоть для того, чтобы прибрать, отнести его под жилой кров… Но несказанный страх вдруг обнял меня. Мне показалось, что этот мертвый человек знает, что я пришел сюда, что он сам устроил эту последнюю встречу, – мне даже почудилось то знакомое, глухое бормотанье… Я отбежал в сторону… оглянулся еще раз… Что-то блестящее бросилось мне в глаза: оно остановило меня. То был золотой ободок на откинутой руке трупа… Я узнал обручальное кольцо моей матери. Помню, как я заставил себя вернуться, подойти, нагнуться… помню клейкое прикосновение холодных пальцев, помню, как я задыхался, и жмурился, и скрипел зубами, срывая упорное кольцо…

Наконец оно сорвано – и я бегу, бегу прочь сломя голову – и что-то несется за мною, и настигает, и ловит меня.

XVI

Всё, что я испытал и перечувствовал, было, вероятно, написано на моем лице, когда я вернулся домой. Матушка, как только я вошел в ее комнату, внезапно выпрямилась и так настойчиво-вопросительно поглядела на меня, что я, безуспешно попытавшись объясниться, кончил тем, что молча протянул ей кольцо. Она побледнела страшно, глаза ее раскрылись необычайно и помертвели, как у того, – она слабо крикнула, схватила кольцо, пошатнулась, упала ко мне на грудь и так и замерла на ней, закинув голову назад и пожирая меня этими широкими, обезумевшими глазами. Я обнял ее стан обеими руками и, стоя на месте, не шевелясь, не спеша, рассказал ей тихим голосом всё; без малейшей утайки: мой сон и встречу; и всё, всё… Она выслушала меня до конца, не промолвив ни единого слова, только грудь всё сильней и сильней дышала – и глаза внезапно оживились и опустились. Потом она надела кольцо на безымянный палец и, отойдя немного, начала доставать мантилью и шляпу. Я ее спросил, куда она собирается идти. Она подняла на меня удивленный взор и хотела ответить, но голос изменил ей. Она содрогнулась несколько раз, потерла себе руки, как бы стараясь согреться, и наконец проговорила: «Пойдем сейчас туда».

– Куда, матушка?

– Где он лежит… я хочу видеть… я хочу узнать… я узнаю…

Я попытался было уговорить ее не ходить; но с ней чуть не сделалось нервического припадка. Я понял, что противиться ее желанию было невозможно, – и мы отправились.

XVII

И вот я опять иду по песку дюны, но иду уже не один. Я веду под руку матушку. Море отодвинулось, ушло еще дальше; оно утихает – но и ослабевший его шум всё так же грозен и зловещ. Вот, наконец, показался впереди одинокий камень – вот и осока. Я вглядываюсь, я стараюсь различить тот округленный, лежавший на земле предмет – но я ничего не вижу. Мы подходим ближе; я невольно замедляю шаги. Но где же то черное, неподвижное? Одни стебли осоки темнеют над песком, уже засохшим. Мы подходим к самому камню… Трупа нет нигде – и только на том месте, где он лежал, еще осталась впадина, и можно понять, где находились руки, ноги… Кругом осока как будто помята – и заметны следы ступней одного человека; они идут через дюну – потом пропадают, достигнув кремнистого кряжа.

Мы с матушкой переглядываемся и сами пугаемся того, что прочли на своих лицах…

Уж не встал ли он сам и удалился?

– Ведь ты его мертвым видел? – спрашивает она шёпотом.

Я мог только головой кивнуть. Трех часов не прошло с тех пор, как я наткнулся на труп барона… Кто-нибудь открыл и унес его. Надо было отыскать: кто это сделал и что с ним сталось?

Но прежде надо было озаботиться о матушке.

Страница 6 из 13

Вам также может понравиться

Страница 1 из 6

Назад126Далее