Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Двое молодых немцев отправляются в путешествие через Богемию и получают приглашение в замок графа фон К. Путешествие превращается в приключение, когда они начинают думать, что находятся среди персонажей Шиллера «Разбойники». Их шутка запускает цепочку событий, приводящих к опасным столкновениям с разбойниками. В книге сочетается юмор, дружба и элементы мистики, создавая яркую и запоминающуюся историю.

Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
путешествиеразбойникиШиллерБогемияприключениезамокгеройдружбамистикатрагедия

Читать онлайн

Страница 9 из 12

Даниэль дрожал как в лихорадке, бормоча дрожащими губами: «За-кон-ная часть на-след-ства…» Когда же граф подошел ближе, Даниэль поднял с пола лом и стал грозить им графу. «Прочь с дороги, змея, которую я пригрел на своей груди! Прочь, подлый негодяй», — вскричал граф, воспламеняясь гневом, схватил мощными и сильными, несмотря на его старческий возраст, руками старика за шиворот и протащил через все комнаты до сеней, где позвонил в дворцовый колокол. Прислуга, перепуганная, пробужденная от сна, сбежалась отовсюду и увидела зрелище, перепугавшее всех. «Заковать его в цепи и заключить в башню!» — крикнул граф служителям.

Но когда они хотели схватить старика, который, не говоря ни слова, скорее висел на руке графе, чем стоял, граф остановил их. Несколько мгновений он обдумывал свое решение, и, наконец, сказал спокойным и серьезным голосом: «Выбросите старого злодея за пределы замка, и если он вернется, травите его собаками!»

Приказание графа было исполнено в точности.

Следы того, что случилось в замке, избавили графа от труда рассказывать, в чем дело. Из двух слов его слуги поняли все.

В то же мгновение хватились двух самых верных егерей графа — Пауля и Андреаса. Граф начал уже подозревать, что они тоже были замешаны в преступлении и были участниками злодейского замысла Даниэля. Но оба они явились на двор замка на следующее утро, в пыли и в поту.

Оказалось что пока слуги графа допрашивали пойманного преступника, эти егеря вышли на двор, потому что им послышался там топот всадников. В самом деле, в темноте они различили карету, сопровождаемую двумя всадниками, которая успела отъехать сравнительно недалеко и, повидимому, ехала не скоро. Проворно оседлали егеря лошадей, захватили ружья и охотничьи ножи и бросились вслед за каретой. Но едва всадники, сопровождавшие карету, заметили погоню, они пришпорили коней и помчались быстрым галопом. Уже забрезжилось утро, когда близ ущелья карета и всадники внезапно исчезли из глаз егерей, а из чащи стали стрелять. Выстрелы побудили охотников поспешно отступить, так как они боялись быть окруженными разбойничьей шайкой.

Теперь стало несомненным, что старый Даниэль вступил в сношение с разбойниками, задумавшими ограбить графа. Для последнего, однако, оставалось неразрешимой загадкой, как могло случиться, чтобы такой старый и с виду преданный семье слуга, как Даниэль, мог склониться на это преступление. Впрочем, священник припомнил, что часто ему случалось заставать Даниэля расстроенным, недовольным всем светом, и что недавно старик в горячем споре с одним из своих товарищей высказал, будто его господин не сдержал ни одного из своих обещаний, данных за то время, пока Даниэль здесь служил, и будто граф был слишком строг и суров, а потому сам виноват в несчастии старшего из своих сыновей.

— Неблагодарный, — сказал в ответ на это сообщение священника старый граф, — о, неблагодарный! Не удвоил ли я его содержания, не держал ли его в доме скорее как друга, чем как слугу? Но никакими благодеяниями не облагородишь низкой натуры; благодеяния только отталкивают таких людей, вместо того чтобы привлекать. Теперь мне ясно, что все, что я приписывал его добродушной простоте, наклонности к шуткам и проказам, было лишь признаком извращенного чувства. Злодей питал чисто собачью преданность к моему отверженному сыну. Старик помогал ему во всех проказах, которыми он отличался здесь, в замке, еще в ребяческие годы; но, как сказано, я приписывал все это его глупому простодушию, которым злоупотреблял мальчик, уже тогда действующий на окружавших своим непонятным обаянием, возбуждавшим во мне ужас. Часто старик не умел скрывать своего осуждения мер, которые я принял для прекращения расточительности моего сына, и, очевидно, что глубокое почтение и выражения преданности, которые он удвоил в последнее время, были только ложью и лицемерием.

Священник заметил, с своей стороны, что теперь является весьма правдоподобным предположение, что Даниэль устроил бегство Амалии. Даниэль легко мог подделать ключи входной двери и других дверей замка; ему было нетрудно удалить прислугу, которая могла бы заметить Амалию на пути от ее комнаты до входной двери, ведшей в сени; бегство было устроено так искусно, что не могло быть совершено без помощи преданного слуги. Священник вспомнил также о свидании Даниэля с незнакомым господином в парке в необычно раннее время и о странном предчувствии, охватившем его тогда. В конце концов священник находил, что всего лучше заключить злодея в тюрьму и допросить его в видах полного выяснения дела.

— Но я боюсь именно этой ясности, — ответил граф с решительным видом. — Я молю Всевышнего, чтобы, напротив, все оставалось окутанным покровом ночи. Внутренний голос говорит мне, что свет, который озарит это дело, будет молнией, которая поразит мою голову и разрушит мой дом.

Из рассказа егерей, пустившихся в погоню за каретой, вероятно, посланной увезти награбленные в замке фамильные сокровища, было ясно, что в лесу укрывалась разбойничья шайка. Кроме того, в деревнях постоянно показывались незнакомые люди; их видели даже вблизи самого замка. Хотя, судя по паспортам, это были отставные солдаты, рабочие, мелочные торговцы и тому подобный народ, но их наружность была настолько подозрительна, что их считали принадлежащими к числу людей совсем другого рода.

Тем не менее долгое время все было спокойно, пока не пронесся слух о грабежах близ местечка Початек и не пришло известие о том, что, несмотря на бдительность пограничной стражи, большая шайка цыган перешла через границу и проникла в страну.

Андреас, один из егерей, пустившихся преследовать разбойников в ту памятную ночь, принес подтверждение этому известию. Он заметил в ущелье, в котором тогда исчезла карета с ее всадниками, небольшой цыганский табор, мужчин, женщин и детей, к которым присоединилось еще несколько посторонних человек.

Стало известно, что здесь набиралась новая шайка разбойников; признали благоразумным уничтожить ее в самом ее притоне. Пригласили на помощь егерей из соседнего владения, и уже на следующую ночь граф Франц, увлекаемый каким-то внутренним чувством, ехал во главе отряда, высланного для нападения и истребления шайки.

Уже издали был виден разведенный на краю ущелья большой яркий костер.

Граф Франц с егерями незаметно проскользнул в ущелье, и они увидели табор, состоявший из двенадцати или пятнадцати женщин и девушек и множества детей. Они занимались приготовлением пищи, пели и танцевали. Шесть мужчин, вооруженные ружьями, охраняли табор. Внезапно, с громким криком, бросились на них егеря; тогда женщины и девушки тоже схватили заряженные ружья и стали стрелять вместе с мужчинами в егерей. Последним, благодаря тому, что они могли прятаться в кустах, было удобнее стрелять, и вскоре без всякой потери со стороны егерей четверо разбойников и несколько женщин были убиты. Остальные скрылись в ущелье.

Страница 9 из 12

Вам также может понравиться

Страница 1 из 3

Назад123Далее