Загрузка...
История русской революции. Том I — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

История русской революции. Том I

Автор Лев Давидович Троцкий
12+70 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга Льва Троцкого «История русской революции. Том I» представляет последовательный анализ причин, ходов и ключевых событий Февральской и Октябрьской революций 1917 года, подчёркивая роль масс, партий, армии и аграрного вопроса в формировании революционного процесса.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между монархией, буржуазией, рабочими и крестьянством, приводящий к революции и гражданской войне

Ключевые идеи

  • Февральская революция – демократическая оболочка, скрывающая ядро Октябрьской.
  • Российское развитие характеризуется отсталостью, феодализмом и слабой промышленностью.
  • Война выявила слабости армии и экономики, усилив недовольство масс.
  • 1905‑годовая революция и рост стачек подготовили почву для массового восстания.
  • Пролетариат и крестьянство стали ключевыми участниками революции.
  • Сочетание аграрного и пролетарского движений как основа революции.
  • Николай II – эмоционально апатичный и слабый правитель.
  • Влияние царицы Александры Федоровны и мистической «камарильи».
  • Распутин как центр власти и мистического влияния.
  • Проблемы и неудачи дворцового переворота.
  • Монархия не смогла эффективно подавить революционные волнения в Петрограде.
  • Между царём, царицей, генералами и министрами возникло недоверие и разногласия, что ускорило падение власти.

Вывод

Революция возникла из сочетания экономических, социальных и политических кризисов, а её развитие было обусловлено борьбой между классами и внутренними разногласиями, что привело к гражданской войне.

Кому полезна

  • Историки и студенты истории России
  • Политологи и социологи
  • Общие читатели, интересующиеся революционными движениями

Главные темы

  • Причины и ход русской революции 1917 года
  • Роль масс, партий и армии в революции
  • Двоевластие и переход к гражданской войне
  • Аграрный вопрос и роль крестьян
  • Внутренние разногласия и коалиционные правительства

Персонажи

  • Николай II — Эмоционально апатичный, слабый воли, не способен управлять страной. Попытки подавить революцию, отречение от престола, формальный арест.
  • Александра Федоровна — Владеет значительным влиянием, активно вмешивается в политику. Пытается удержать порядок, отправляет телеграммы о необходимости уступок.
  • Григорий Распутин — Влияние на царя и царицу, участие в назначениях министров.
  • Лев Троцкий — Троцкий анализирует события, критикует демократические партии, подчёркивает роль масс в революции, рассматривает перевооружение партии и апрельские тезисы.
  • Ленин — Ленин формулирует апрельские тезисы, отвергает демократическую диктатуру и вводит идею немедленной диктатуры пролетариата.
  • Керенский — Керенский – ключевая фигура Временного правительства, выступал за участие рабочих, стремился к сотрудничеству с советами, но уступил влияние большевикам. Старался удержать власть, но не смог организовать эффективную армию и отступал от военных планов, игнорируя крестьянские требования.
  • Милюков — Обвиняет демократические партии в неэффективности и отстранённости от масс. Ставил условия для передачи власти буржуазии, стремясь сохранить порядок. Был отстранён в результате давления со стороны Антанты и коалиционного правительства. Выступал против демонстрации и обвинял большевиков в заговоре.
  • Суханов — Убедил массы, что власть должна перейти к буржуазии, чтобы избежать хаоса. Старался сохранить власть Временного правительства, но уступал влияние советов. Критик форсирования аграрных вопросов, выступает против ускорения земельных реформ.
  • Родзянко — Родзянко – министр, отправлял телеграммы о кризисе, стремился сохранить монархию, но в итоге согласился передать власть либеральным кадетам.
  • Чернов — Теоретик и оратор, представлял эсеров в советах, но его влияние было ограничено. Сохранял влияние в сельском хозяйстве, но его позиции были ограничены в коалиционном правительстве.
  • Церетели — Сопротивлялся коалиции, опасался, что социалисты будут использовать её для контроля масс. Аргументировал союз с капиталистами как способ противостоять большевикам.
  • Шингарев — Инициатор создания земельных комитетов, пытается регулировать аграрную реформу.

Цитаты

  • Февральская революция была только оболочкой, в которой скрывалось ядро Октябрьской революции.
  • История Февральской революции есть история того, как Октябрьское ядро освобождалось от своих соглашательских покровов.
  • "14 апреля. Гулял в тонкой рубашке и обновил катанье в байдарках. Пил чай на балконе. Стана обедала и каталась с нами. Читал"
  • "7 июля. Пятница. Очень занятое утро. Опоздали на полчаса на завтрак офицерам… Была гроза и большая духота. Гуляли вместе. Принял Горемыкина; подписал указ о роспуске Думы!"
  • Тихая жизнь началась здесь. Все будет по-старому. От него (от царя) ничего не будет.
  • Все признают, что этот ночной поворот в Вишере есть историческая ночь…
  • Скрепя сердце, пошли на это большевики, за которыми потянулись рабочие – меньшевики и эсеры.
  • Казаки обещают не стрелять.
  • «Власть должна перейти к буржуазии, чтобы избежать хаоса».
  • «Парадокс заключается в том, что революционные массы, не доверяя буржуазии, но не обладая реальной властью, передали её ей».

Сводка по автору из Wikidata

1879–1940. Лев Давидович Троцкий. российский и советский революционер, государственный и военный деятель

Читать онлайн

Страница 3 из 138

Исторические особенности России и их удельный вес охарактеризованы нами в первых главах книги, заключающих краткий очерк развития русского общества и его внутренних сил. Мы хотели бы надеяться, что неизбежная схематичность этих глав не отпугнет читателя. На дальнейшем протяжении книги он встретит те же социальные силы в живом действии.

Этот труд ни в какой мере не опирается на личные воспоминания. То обстоятельство, что автор был участником событий, не освобождало его от обязанности строить свое изложение на строго проверенных документах. Автор книги говорит о себе, поскольку он вынуждается к тому ходом событий, в третьем лице. И это не простая литературная форма: субъективный тон, неизбежный в автобиографии или мемуарах, был бы недопустим в историческом труде.

Однако то обстоятельство, что автор был участником борьбы, естественно облегчает ему понимание не только психологии действующих лиц, индивидуальных и коллективных, но и внутренней связи событий. Это преимущество может дать положительные результаты при соблюдении одного условия: не полагаться на показания своей памяти не только в мелочах, но и в крупном, не только в отношении фактов, но и в отношении мотивов или настроений. Автор считает, что, насколько от него зависело, он это условие соблюдал.

Остается вопрос о политической позиции автора, который, в качестве историка, стоит на той же точке зрения, на которой стоял в качестве участника событий. Читатель, конечно, не обязан разделять политические взгляды автора, которые этот последний не имеет никаких оснований скрывать. Но читатель вправе требовать, чтобы исторический труд представлял собою не апологию политической позиции, а внутренне обоснованное изображение реального процесса революции. Исторический труд только тогда полностью отвечает своему назначению, когда события развертываются на его страницах во всей своей естественной принудительности.

Необходимо ли для этого так называемое историческое «беспристрастие»? Никто еще ясно не объяснил, в чем оно должно состоять. Часто цитировавшиеся слова Клемансо о том, что революцию надо принимать en bloc, целиком, – представляют собою в лучшем случае остроумную увертку: как можно объявлять себя сторонником целого, сущность которого состоит в расколе? Афоризм Клемансо продиктован отчасти сконфуженностью за слишком решительных предков, отчасти – неловкостью потомка перед их тенями.

Один из реакционных и потому модных историков современной Франции, Л. Мадлен, столь салонно оклеветавший Великую революцию, т. е. рождение французской нации, утверждает, что «историк должен стать на стену угрожаемого города и одновременно видеть как осаждающих, так и осаждаемых»: только так можно будто бы добиться «примиряющей справедливости». Однако работы самого Мадлена свидетельствуют, что если он и взбирается на стену, отделяющую два лагеря, то только в качестве лазутчика реакции. Хорошо, что дело идет в данном случае о лагерях прошлого: во время революции пребывание на стене сопряжено с большими опасностями. Впрочем, в тревожные минуты жрецы «примиряющей справедливости» сидят обычно в четырех стенах, выжидая, на чьей стороне окажется победа.

Серьезному и критическому читателю нужно не вероломное беспристрастие, которое преподносит ему кубок примирения с хорошо отстоявшимся ядом реакционной ненависти на дне, а научная добросовестность, которая для своих симпатий и антипатий, открытых, незамаскированных, ищет опоры в честном изучении фактов, в установлении их действительной связи, в обнаружении закономерности их движения. Это есть единственно возможный исторический объективизм, и притом вполне достаточный, ибо он проверяется и удостоверяется не добрыми намерениями историка, за которые к тому же тот сам и ручается, а обнаруженной им закономерностью самого исторического процесса.

* * *

Источниками этой книги являются многочисленные периодические издания, газеты и журналы, мемуары, протоколы и иные материалы, отчасти рукописные, а главным образом изданные Институтом по истории революции в Москве и Ленинграде. Мы считали излишним делать в тексте ссылки на отдельные издания, так как это только затруднило бы читателя. Из книг, которые имеют характер сводных исторических трудов, мы использовали, в частности, двухтомные «Очерки по истории Октябрьской революции» (Москва-Ленинград, 1927). Написанные разными авторами, составные части этих «Очерков» имеют неодинаковую ценность, но заключают в себе, во всяком случае, обильный фактический материал.

Хронологические даты нашей книги везде указаны по старому стилю, т. е. отстают от мирового, в том числе и нынешнего советского, календаря на 13 дней. Автор вынужден был пользоваться тем календарем, который был в силе во время революции. Не представляло бы, правда, никакого труда перевести даты на новый стиль. Но такая операция, устраняя одни трудности, породила бы другие, более существенные. Низвержение монархии вошло в историю под именем Февральской революции. По западному календарю оно произошло, однако, в марте. Вооруженная демонстрация против империалистической политики Временного правительства вошла в историю под именем «апрельских дней», между тем, по западному календарю, она происходила в мае. Не останавливаясь на других промежуточных событиях и датах, отметим еще, что Октябрьский переворот произошел, по европейскому исчислению, в ноябре. Сам календарь, как видим, окрашен событиями, и историк не может расправиться с революционным летосчислением при помощи простых арифметических действий. Читатель благоволит лишь помнить, что, прежде чем опрокинуть византийский календарь, революция должна была опрокинуть державшиеся за него учреждения.

Принкипо, 14 ноября 1930 г.

Л. Троцкий

Страница 3 из 138

Вам также может понравиться

Страница 1 из 148

Назад12148Далее