Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Сергей Николаевич Трубецкой (1862–1905) – философ и политический деятель, профессор философии Московского университета. «Курс истории древней философии» Трубецкого до сих пор является одним из лучших российских учебников по истории древнегреческой философии.

Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Читать онлайн

Страница 1 из 168

Annotation

Сергей Николаевич Трубецкой (1862–1905) – философ и политический деятель, профессор философии Московского университета.

«Курс истории древней философии» Трубецкого до сих пор является одним из лучших российских учебников по истории древнегреческой философии.

Сергей Николаевич Трубецкой

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ВВЕДЕНИЕ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

12

ГЛАВА I. ИЗУЧЕНИЕ ДРЕВНЕЙ ФИЛОСОФИИ

Значение древней философии в историческом изучении европейской мысли

Источники

Три периода истории древней философии

ГЛАВА II. РЕЛИГИЯ ДРЕВНИХ ГРЕКОВ

Общие замечания

Греческие боги

2

3

4

5

6

7

8

Культ героев и мертвых и религиозная психология[5]

Древнейшие представления о происхождении богов, о промысле и мировом порядке

Мистерии и мистицизм. Орфики[9]

ГЛАВА III. РАННЯЯ ИОНИЙСКАЯ ФИЗИКА ФАЛЕС, АНАКСИМАНДР, АНАКСИМЕН

ГЛАВА IV. ПИФАГОР И ПИФАГОРЕЙЦЫ

Источники

Пифагор и его союз

Философские начала пифагорейцев

Космология пифагорейцев

Общие выводы

ГЛАВА V. ГЕРАКЛИТ

Философия мирового процесса.

Физика Гераклита.

Судьба учения Гераклита и его оценка.

ГЛАВА VI. ЭЛЕЙСКАЯ ШКОЛА

Ксенофан

Парменид

Зенон

Мелисс

ГЛАВА VII. ЭМПЕДОКЛ

ГЛАВА VIII. АТОМИСТЫ

ГЛАВА IX. АНАКСАГОР И ПОСЛЕДНИЕ НАТУРФИЛОСОФЫ V ВЕКА

ГЛАВА X. СОФИСТЫ

ГЛАВА XI. СОКРАТ

ГЛАВА XII. СОКРАТИЧЕСКИЕ ШКОЛЫ

Мегарская школа

Киническая школа

Киренская школа

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Платон

Аристотель

Третий период развития греческой философии

ПРИЛОЖЕНИЯ

Эпикур[104]

Статьи кн. С.Н. Трубецкого из «Творений Платона»[105]

Рассуждение о «Евтидеме»

1

2

3

4

5

6

Рассуждение об «Апологии Сократа»

2

3

4

Рассуждение о «Критоне»

Рассуждение о «Евтифроне»

1

2

3

4

К объяснению «Лахеса»[148]

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

141

142

143

144

145

146

147

148

149

Сергей Николаевич Трубецкой Курс истории древней философии

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ВВЕДЕНИЕ

1

Co времени Сократа одним из самых сильных и наглядных возражений против возможности философии служило указание на всеобщее разногласие философом между собой. Каждое оригинальное философское учение отличается от прочих, расходится с ними, противоречит им и само таит в себе внутренние противоречия и несовершенства; ни одно не может удовлетворить требованиям человеческого разума, потому что требования его безусловны.

Средства для реформы философии и философской деятельности предлагались не раз и не раз уже вели к действительным переворотам в области мысли. Но они не изменяли положения философии по отношению к ее конечному предмету, той Истине, которую она ищет: по-прежнему философия стремится ее постичь, и по-прежнему это стремление осуществляется в различных расходящихся между собою философских учениях, которые дают удовлетворение отдельным умам, но не могут дать полного и точного удовлетворения человеческой мысли в ее целом. А кажется, все возможные способы решения были ею изведаны.

Сократ думал, что философия станет на правый путь, если она откажется от умозрения «о делах божественных», о природе вещей, о первых началах сущего; чтобы сделать ее достоверною, мы должны отказаться от попытки познать то, что превышает наш разум, и ограничиться познанием «дел человеческих», т. е. нравственной областью. Однако и такое средство не помогло: в области нравственной философии все оказалось столь же спорным, как и в области умозрения о природе вещей. Уже среди учеников Сократа мы находим самое решительное разногласие по вопросам о целях человеческого поведения, о благе, о добре, о добродетелях, об обязанностях человека по отношению к ближним и к обществу.

До сих пор разногласие это не прекращается, и философы не могут столковаться не только относительно общих оснований и принципов, но и относительно самих определений права и нравственности: астрономические явления, которые Сократ причислял к «делам божественным», давно стали предметом научного знания, а спор о том, что такое право, что такое нравственность, – ведется и до сих пор.

2

Чтобы положить конец бесплодным спорам, предлагалось и более радикальное средство, равносильное отречению от самой философии: предлагалось безусловное отречение от умозрения в пользу точного знания. Неоднократно стремились показать, что человеческому разуму доступны лишь частные знания, достигаемые путем опыта, что разум наш достоверен лишь в области математики и что он теряет всякую почву, как только он выходит за пределы опыта или за пределы математических отношений. В самом деле, мы познаем лишь то, что нам дано во времени и пространстве, то, что нам является; а все, что является нам, преломляется в нашем сознающем, чувствующем субъекте; мы видим все через призму наших чувств и нашего рассудка, а следовательно, и не можем познавать сущее, как оно есть, независимо от нас, от нашей относительной точки зрения.

Далее, в нашем опыте нам дано лишь частное; и если мы путем разумного, правильного обобщения и познаем некоторые общие законы тех частных явлений, которые мы наблюдаем, то все же самые широкие научные обобщения дают нам лишь частное знание. А философия, как бы мы ее ни определяли, стремится к универсальному, целостному миропониманию; умозрение ищет конечной истины знания, объяснения начала и конечной причины нашего бытия. И отсюда-то доказывается невозможность философии вообще и, в частности – умозрительной философии: в каждом философском учении мы находим лишь определенное человеческое миропонимание, носящее на себе отпечаток своего века, той среды, в которой оно возникло, того индивидуального гения, который его выработал; и это человеческое определение ставится на место целой всеединой истины, выдается за сущую истину.

Страница 1 из 168

Назад12168Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 40

Назад1240Далее