Загрузка...
Некрасивая — обложка книги
Дата написания1910-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Лиза, 14‑летняя ученица, переезжает в закрытый институт, сталкивается с издевательствами и конфликтами, но находит поддержку в одноклассниках, спасает друга и решает провести праздник в уютной квартире, а в конце получает разъяснения о традициях и терминологии института.

Главный конфликт / проблема

Главный конфликт книги – борьба Лизы за своё место в строгом институте и противостояние с издевательствами одноклассников и требованиями учителей.

Ключевые идеи

  • Переход из привычной среды в новую, требующую адаптации.
  • Внутренний конфликт Лизы, связанный с её внешностью и самовосприятием.
  • Студенческий протест против строгого учителя и чрезмерного объёма материала.
  • Внутренняя борьба за статус и дружбу внутри класса.
  • Проблемы доверия и обвинений, которые усиливают конфликт.
  • Проблема «привидения» как символа неизвестности и страха.
  • Учитель как символ авторитета, который пытается удержать контроль.
  • Дружба и взаимная поддержка в институте
  • Важность выбора и самопожертвования
  • Благодарность за спасение и признание
  • Термины «филе» и «клока» уточняются как техника вязания и тип женской одежды.
  • Диалоги показывают структуру воспитательной среды и дисциплину в учебном заведении.

Вывод

Книга приводит к выводу, что истинная сила кроется в смирении, поддержке друзей и способности сохранять свою индивидуальность даже в условиях давления.

Кому полезна

  • Подростки и молодые люди, сталкивающиеся с буллингом
  • Студенты, переходящие в новые учебные заведения
  • Педагоги и родители, интересующиеся психологической поддержкой

Главные темы

  • Переезд и адаптация в новой среде
  • Буллинг и школьные конфликты
  • Дружба и взаимопомощь
  • Культурные традиции и терминология

Персонажи

  • Лиза — Скромная, некрасивая, честная, боится чужих взглядов. Молодая студентка, которая спасла Незабудку и теперь ищет место для празднования Рождества.
  • Аннибал — Сильный характер, часто выступает в роли лидера. Предлагает Лизе провести праздник в своей компании.
  • Дина Колынцева — Поддерживает Лизу, зовёт её «Фея».
  • Александра Антоновна Вязьмина — Тёплая и поддерживающая, помогает Лизе адаптироваться.
  • Спичка — Строгий и требовательный, пытается удержать контроль над классом.
  • Лидия Павловна — Попытка вмешаться в конфликт, но не успевает остановить вспышку гнева.
  • Мурка — Приглашает Лизу провести праздник у себя.
  • Наташа — Предлагает Лизе провести праздник в своей компании.
  • Ляля Грибова — Определённая и решительная, часто инициирует разговоры.
  • Бабушка — Строгая, холодная, но заботящаяся о Лизе.
  • Nidal — Проводит урок, оценивает Лизу.
  • Госпожа начальница — Обращается к ученикам и персоналу с формальностью и строгостью.

Цитаты

  • «Милая Ло, вас ожидает в самом недалеком будущем крупная перемена.»
  • «Институт!»
  • «Не смей обижать Диночку, или я выцарапаю вам всем за нее глаза!»
  • «Поставить за него двенадцать с плюсом и повесить на стене в нашем классе, чтобы класс мог гордиться им»
  • — Мурка, милая, дорогая Мурка, с тобой… У тебя… В твоих скромных двух комнатках… Весь праздник у тебя проведу я…
  • — Я не могу предложить тебе всех этих заманчивых удовольствий. Я ведь лишена всего этого!
  • Госпожа начальница!
  • В Греции был обычай изгонять провинившегося гражданина судом сограждан, причем имя провинившегося писалось на черепках и по этим черепкам подсчитывались голоса в пользу изгнания.

Сводка по автору из Wikidata

1875–1937. Лидия Алексеевна Чурилова. русская детская писательница, актриса

Читать онлайн

Страница 2 из 34

Так вот оно что! Так вот о чем понадобилось беседовать со мной бабушке! Институт! Новая непредвиденная мной жизнь, новые люди, новые места! Прощай, милая знакомая обстановка пансиона, прощайте славные, добрые товарки-девочки! Мало кто понимал меня там, но те немногие, успевшие узнать сложную, угрюмую, одинокую душу дурнушки Ло, те все-таки любили меня хоть самую малость. А те незнакомые, чужие мне девочки-институтки, будут ли они также добры и снисходительны ко мне! И что ждет меня там, в новой обстановке, в серых, угрюмых стенах закрытого, строгого учебного заведения, Бог знает.

Вся охваченная моими мыслями, я, как сквозь сон слышала продолжение плавной речи бабушки, все еще относившейся к моей особе.

— Я уже подала прошение, Ло, о зачислении вас в N-ский институт. Там есть свободная вакансия в третьем классе. И лишь только придет бумага, я отвезу вас туда. Вы так недурно учились в пансионе, что наверное выдержите экзамены и по институтской программе. Во всяком случае, я не уеду заграницу до тех пор, пока вы не привыкнете немного к новой для вас обстановке. Умейте ценить это, дорогая моя.

— О, я ценю это, бабушка! — нашла я в себе силы ответить и смущенно покраснела до корней волос.

— Наш разговор окончен. Вы можете идти, Ло, приготовлять ваши уроки, — милостиво кивнув мне головой, произнесла бабушка.

Я поспешно встала со своего места, поцеловала ее руку и направилась уже было к двери, как неожиданно ее голос остановил меня снова.

— Я надеюсь, Ло, — проговорил этот голос, отчеканивая по своему обыкновению каждый слог каждого слова, — я надеюсь, что вами останутся довольны и в институте, как были довольны в пансионе madame Рабе, — вы позаботитесь об этом, не правда ли? И потом ни на минуту вы не должны забывать вашего происхождения, Ло, вы — графиня Елизавета Гродская, дочь вашего отца и моя внучка! Помните это!

Голос бабушки звучал так торжественно, заканчивая эту фразу. Я, красная, смущенная, пролепетала что-то, чего не помню сейчас и поспешила скрыться за тяжелой плюшевой портьерой синей гостиной…

Глава II Ло делается институткой

— Позвольте мне, chère madame, представить вам мою внучку. Надеюсь, девочка привыкнет скоро к вашему уважаемому учебному заведению и вы не найдете повода быть недовольной ею.

Всю эту маленькую тираду бабушка произнесла в то время пока рука ее пожимала худенькую бледную руку маленькой, тоненькой и чрезвычайно изящной дамы, пожилых лет, с заметной проседью в гладко причесанных волосах, с усталым, бледным, продолговатым лицом и умными, зоркими глазами.

— Я надеюсь, дорогая графиня, что ваша внучка будет чувствовать себя прекрасно в нашем муравейнике. Ведь она уже почти взрослая барышня. Сколько вам лет, дитя мое? — обратилась ко мне худенькая дама, оказавшаяся Александрой Антоновной Вязьминой, начальницей N-ского института.

— Четырнадцать! — отвечала я тихо, мучительно краснея по привычке под взором пристально обращенной на меня пары глаз.

— Только-то! А мне казалось, что вы несколько старше, — мягко произнесла она, протягивая руку и проводя ею по моим густым, тщательно причесанным волосам.

Увы! Это было так обычно для меня, что всем я казалась много старше моих четырнадцати лет! Ведь я была высока, как вешалка, старообразна и дурна при этом! Боже мой, как дурна и безобразна была бедная Ло!

Должно быть, мысли бродившие у меня в голове, отражались на лице моем черной тенью, потому что начальнице как будто сделалось жаль меня и положив мне на плечи свои маленькие аристократические руки с тонкими, длинными пальцами усыпанными перстнями, она проговорила еще мягче и ласковее, нежно наклоняясь ко мне:

— О, мы будем хорошо учиться! Я не сомневаюсь в этом! — И крепко поцеловала меня в лоб своими добрыми розовыми губами, прежде нежели я могла ответить ей на ее слова.

— Ну, графиня, проститесь с вашей внучкой. Я отведу ее в класс. А вас попрошу приехать в ближайший приемный день навестить девочку! Проститесь и вы с вашей бабушкой, дитя мое.

И Александра Антоновна слегка толкнула меня по направлению той, перед кем я беспричинно трепетала все долгие годы моего детства.

— До свидания, Ло. Учитесь хорошо, будьте прилежны, и помните каждую минуту, что ваши покойные родители наблюдают за вами оттуда, с небес, — проговорила торжественно бабушка, поднимая указательный палец и глаза к расписному потолку комнаты, в которой госпожа Вязьмина принимала нас.

Потом она перекрестила меня, поцеловала в голову и, еще раз пожав руку начальнице, шурша длинным треном шелкового платья, скрылась за дверью.

С того самого дня, в который мне суждено было узнать неожиданную новость о моем поступлении в N-ский институт прошло уже два месяца слишком.

Много было перипетий и сутолоки в эти два последние месяца моей обычно однообразной и небогатой событиями жизни. Получение ответной бумаги из канцелярии института с заявлением о моем приеме, сборы и прощание с пансионом Рабе, где все-таки были у меня, если не друзья и подруги, то умевшие привязаться ко мне за четыре года, совместного учения милые товарки-девочки… Мой альбом наполнился их карточками, моя тетрадка-дневник стихами моих бывших одноклассниц, а в моих ушах до самого дня выхода из пансиона то и дело звенели ласковые фразы бывших соучениц:

— Смотри же, Ло, не забывай нас в новой обстановке!

— Не мудрено и забыть среди новых друзей. Ведь теперь она уже не пансионерка больше, а «белая пелеринка», институтка, затворница!

— Слушай, Ло, старый друг куда лучше двух новых, говорит русская пословица! — между двумя поцелуями, шептала мне Катя Зварина, моя соседка по классу. — А мы будем тебя помнить! — прибавляла она — ты такая честная, правдивая, добрая!

Милая Катя! Она сама была всегда правдивая, честная, добрая и поэтому все казались ей таковыми.

Мне еще долго-долго будет грезиться наяву ее миловидное личико, утонувшее в ореоле белокурых кудрей и веселые ласковые глазки!

Милая Катя! Она была права, однако, говоря так обо мне. Единственным моим достоинством является мое полное незнание лжи, полное неуменье лгать, говорить неправду… За то меня и любили в пансионе, не смотря на мое безобразное лицо и наружность негритянки.

Что-то будет теперь? Найду ли я здесь то, что оставила там в моем недалеком прошлом?

Эта мысль и сейчас неотлучно теснилась в моей голове, пока я поднималась обок с моей новой начальницей по широкой каменной лестнице во второй этаж.

Еще далеко не достигнув ее верхних ступенек, я услышала разом залившийся оглушительным резким звоном колокольчик. За ним хлопнула где-то дверь в отдалении… Другая, третья, и в один миг все здание института наполнилось необычайным шумом, гамом и каким-то словно пчелиным жужжаньем или веселым пением шмелей.

— Урок кончился. Началась перемена, — пояснила мне моя спутница на ходу, — это очень хорошо, что началась перемена, потому что вы успеете до следующего урока познакомиться с вашими новыми подругами, — с ободряющей улыбкой присовокупила она.

Страница 2 из 34

Вам также может понравиться

Страница 1 из 17

Назад1217Далее