Загрузка...
Назад в библиотеку
Критика способности суждения — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Критика способности суждения

Автор Иммануил Кант
16+202098 читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Дата написания1789-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаde
СерияЭксклюзивная классика (АСТ)
Возрастное ограничение16+
Жанры
литература 18 векакниги по философииэстетика
Темы
философские концепциивеликие философытеория познания

Описание

Критика способности суждения Иммануила Канта исследует, как суждение соединяет теоретическую и практическую философию, анализируя эстетические и телеологические суждения, антиномию вкуса, а также моральные основания для веры и существования Бога.

Главный конфликт / проблема

Как способность суждения соединяет теоретическую и практическую философию, и как решить противоречия между эстетическими, телеологическими и моральными суждениями, включая антиноми вкуса.

Ключевые идеи

  • Способность суждения как априорный закон, связывающий теоретическую и практическую философию.
  • Разделение философии на теоретическую (природа) и практическую (свобода) части.
  • Трансцендентальный принцип целесообразности природы как основа эстетических и телеологических суждений.
  • Эстетическое суждение основано на удовольствии и субъективной необходимости, не зависит от понятия совершенства.
  • Телеологическое суждение оценивает природу как цель, используя понятие цели и законов природы.
  • Эстетическое суждение основано на субъективном чувстве удовольствия, а не на понятиях.
  • Вкус требует полной безразличности к интересу к предмету.
  • Красота – это форма целесообразности, воспринимаемая без представления о цели.
  • Эстетическое суждение претендует на универсальность через субъективную необходимость.
  • Идеал красоты существует как идеальная норма, формируемая воображением.
  • Различие между прекрасным и возвышенным в форме и чувстве
  • Благоволение к возвышенному как негативное удовольствие, выражающее восхищение

Вывод

Критика способности суждения приводит к выводу, что суждение является мостом между рассудком и разумом, связывая теоретическую и практическую философию, и что эстетика, телеология и мораль, хотя и субъективны, обладают универсальной значимостью, связывая красоту с моральным добром и подтверждая необходимость практического разума в познании.

Кому полезна

  • студенты и преподаватели философии
  • исследователи эстетики и теории искусства
  • теологи и философы религии
  • практикующие этики и моральной философии

Главные темы

  • структура критики и роль суждения
  • эстетическое суждение и понятие красоты
  • возвышенное и его виды
  • антиномия вкуса и её разрешение
  • объективная целесообразность и телеология
  • моральный закон и доказательство Бога
  • объекты познания и вера

Цитаты

  • Критика способности суждения – третья великая Критика, наряду с Критикой чистого разума и Критикой практического разума.
  • Способность суждения вообще есть способность мыслить особенное как подчиненное общему.
  • Суждение вкуса есть эстетическое суждение, под которым понимают то суждение, определяющее основание которого может быть только субъективным.
  • Красота есть форма целесообразности предмета, воспринимаемая в нем без представления о цели.
  • Благоволение к возвышенному – это удовольствие, которое возникает лишь опосредствованно, порождается чувством мгновенного торможения жизненных сил и следующего за этим их прилива.
  • Возвышенное в природе не может быть названо возвышенным; его вид ужасен, и душа должна быть уже полна многими идеями, чтобы в подобном созерцании проникнуться чувством, которое само возвышенно.
  • Для того чтобы быть диалектической, способность суждения должна быть прежде всего умствующей, другими словами, ее суждения должны притязать на всеобщность, притом априорно.
  • Тезис. Суждение вкуса не основано на понятиях, либо в противном случае о нем можно было бы диспутировать.
  • Суждение вкуса должно относиться к какому-либо понятию, ибо иначе оно просто не могло бы притязать на необходимую значимость для каждого.
  • Именно так и получается, что суждение вкуса основано на понятии, которое не может быть определено созерцанием и посредством которого ничего не познается, т. е. понятие, которое не ведет к какому-либо доказательству суждения вкуса.

Сводка по автору из Wikidata

1724–1804. Immanuel Kant. родоначальник немецкой классической философии (1724—1804)

Читать онлайн

Страница 3 из 106

Поскольку исследование способности вкуса как эстетической способности суждения преследует здесь не рассмотрение вопроса формирования и культуры вкуса (этот процесс шел и впредь будет идти без каких бы то ни было исследований), а ведется лишь в трансцендентальном аспекте, я льщу себя надеждой, что неполнота поставленной здесь цели повлияет на снисходительность суждений о данной работе. Что же касается трансцендентального аспекта, то здесь автор должен быть готов к тому, что его исследование будет подвергнуто самой строгой проверке. Однако и в этом отношении трудность, связанная с решением проблемы, столь запутанной самой природой, послужит, как я надеюсь, извинением некоторой неясности в ее решении, полностью избежать которой оказалось невозможным, – при условии, что достаточно ясно показано правильное определение принципа, даже если допустить, что феномен способности суждения не выведен из него с той отчетливостью, которая с полным правом требуется в других случаях, а именно там, где речь идет о познании в понятиях, чего, надеюсь, я достиг во второй части данного труда.

Этим я заканчиваю все мое критическое исследование. Я незамедлительно перейду к доктринальной части, чтобы по возможности использовать еще отведенное мне в моем преклонном возрасте время. Само собой разумеется, что для способности суждения там не окажется места, ибо ей теорию заменяет критика; в соответствии с делением философии на теоретическую и практическую и чистой философии на такие же части, эта задача будет решена в метафизике природы и метафизике нравов.

Введение

I. О делении философии

Если философию, поскольку она содержит принципы познания вещей разумом посредством понятий (а не только, как логика, – принципы форм мышления вообще, независимо от различия объектов), обычно делят на теоретическую и практическую, то поступают совершенно правильно. Но тогда и понятия, которые указывают принципам этого познания разумом их объект, должны обладать специфическим различием, так как в противном случае они не дают права на деление, всегда предполагающее противоположность принципов познания разумом, относящегося к различным частям науки.

Существуют лишь два рода понятий, которые допускают столько же различных принципов возможности их предметов: понятия природы и понятие свободы. Поскольку первые делают возможным теоретическое познание их предметов по априорным принципам, а второе уже в своем понятии содержит по отношению к ним лишь негативный принцип (простого противоположения), для определения же воли вводит расширяющие основоположения, которые поэтому называются практическими, то философию с полным основанием делят на совершенно различные по своим принципам части – на теоретическую в качестве философии природы и практическую в качестве философии морали (ибо так именуется практическое законодательство разума в соответствии с понятием свободы). Однако до сих пор в применении этих выражений для деления различных принципов, а вместе с ними и философии, господствовало злоупотребление; практическое в соответствии с понятиями природы отождествлялось с практическим в соответствии с понятием свободы; таким образом, при сохранении тех же названий – теоретической и практической философии – совершалось деление, посредством которого (ибо обе части могли иметь одинаковые принципы) по существу никакое деление не производилось.

Дело в том, что воля в качестве способности желания есть одна из природных причин в мире, а именно та, которая действует в соответствии с понятиями; и все то, что представляется возможным (или необходимым) посредством воли, называется практически возможным (или практически необходимым), в отличие от физической возможности или необходимости действия, причина которого определяется к действованию не посредством понятий (а как в неодушевленной материи – посредством механизма или как у животных – посредством инстинкта). Здесь в отношении практического остается неопределенным, есть ли понятие, которое дает правило каузальности воли, понятие природы или понятие свободы.

Между тем это различие существенно. Ибо если понятие, определяющее каузальность, есть понятие природы, то принципы его суть технически практические; если же оно – понятие свободы, то принципы – морально практические; а поскольку в делении науки разума все дело в различии предметов, познание которых нуждается в различных принципах, то первые должны быть отнесены к теоретической философии (учению о природе), а вторые составят вторую часть философии, а именно практическую философию (учение о нравах).

Все технически практические правила (т. е. правила искусности и умения вообще или ума как умения влиять на людей и их волю), поскольку их принципы основаны на понятиях, должны быть отнесены к теоретической философии только как королларии. Ибо они касаются лишь возможности вещей в соответствии с понятиями природы, для чего необходимы не только средства, встречающиеся в природе, но и воля (в качестве способности желания, а тем самым и природной способности), поскольку она может быть определена в соответствии с этими правилами движущими силами природы. Подобные практические правила называются не законами (как физические правила), а лишь предписаниями, причем именно потому, что воля подчинена не только понятию природы, но и понятию свободы, по отношению к которому ее принципы называются законами и вместе со своими следствиями составляют вторую часть философии, практическую философию.

Следовательно, так же, как решение проблем чистой геометрии не составляет ее особой части или топография не заслуживает наименования практической геометрии в отличие от чистой в качестве второй части геометрии вообще, так же, и еще более того, невозможно считать механическое или химическое искусство в области экспериментирования или наблюдений практической частью учения о природе; и, наконец, невозможно относить домоводство, сельское хозяйство, государственную экономику, искусство общения, предписания диететики, даже учение о всеобщем блаженстве, или сдерживание склонностей и обуздание аффектов для достижения этого блаженства, к практической философии, а также полагать, что они составляют вторую часть философии вообще. Все они содержат лишь правила умения, лишь технически практические правила, направленные на то, чтобы вызвать действие, возможное в соответствии с понятиями причин и действий в природе, которые, поскольку они относятся к теоретической философии, подчинены этим предписаниям просто как королларии из нее (из науки о природе) и поэтому не могут притязать на место в особой философии, именуемой практической. Напротив, морально практические предписания, которые полностью основываются на понятии свободы при полном исключении определяющих оснований воли из природы, составляют особый вид предписаний: подобно тем правилам, которым подчиняется природа, они называются законами, но покоятся не на чувственных основаниях, как они, а на сверхчувственном принципе и наряду с теоретической философией составляют совершенно особую часть под названием практической философии.

Страница 3 из 106

Назад1234…106Далее