Загрузка...
Философия истории — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Философия истории

Автор Георг Вильгельм Фридрих Гегель
16+38 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригиналаde
Возрастное ограничение16+

Описание

Гегель в этой работе рассматривает историю как процесс, в котором разум, свобода и дух проявляются через развитие государств, религий и культурных традиций от древних цивилизаций Востока до европейских государств и их перехода к современности.

Главный конфликт / проблема

Как разум, свобода и дух проявляются в историческом процессе и в формировании государств

Ключевые идеи

  • Существуют три вида историографии: первоначальная, рефлективная и философская.
  • Философская история – это мышление о истории, требующее разума.
  • Разум управляет миром, а свобода – сущность духа.
  • Государство является реализацией свободы и проявлением духа.
  • Государство – духовная идея, проявляющаяся в человеческой воле и свободе.
  • Свобода достигается через субъективную волю и объективную структуру государства.
  • Религия соединяет объективный и субъективный дух народа и служит основанием единства.
  • Искусство и философия являются конкретными проявлениями духа.
  • История – развитие духа от естественности к сознанию свободы.
  • Формализм как попытка разложить содержание, но без глубины
  • Образование как средство облекания содержания в форму всеобщности
  • Дух народа проявляется через культуру, законы и государственное устройство

Вывод

Книга приводит к выводу, что история – это развитие духа от естественности к сознанию свободы, и что государство и религия являются ключевыми механизмами реализации свободы.

Кому полезна

  • Студенты философии и истории
  • Учёные и преподаватели
  • Общественные деятели и политики
  • Любители истории

Главные темы

  • История как проявление духа
  • Роль государства и свободы
  • Культурные и религиозные традиции Востока и Запада
  • Развитие политических систем и религиозных движений

Персонажи

  • Александр Македонский — Его завоевания демонстрируют проявление волевой силы духа, символизируя кульминацию греческой военной и культурной экспансии, объединяя восток и запад, и ставя первый внешний контакт между Индией и западным миром.
  • Гай Юлий Цезарь — Показывает переход от республики к империи, объединяя власть в одном человеке, и служит иллюстрацией того, как исторический материал может быть переосмыслен.
  • Конфуций — Ключевая фигура в формировании китайской морали и государственного устройства, чьи учения подчёркивают связь закона и морали.
  • Марко Поло — Первый европейский, который описал Китай, его рассказы были признаны баснословными, но позже подтвердились.
  • Ши Хуан‑ди — Построил Великую стену, разделил страну на 36 провинций, сжег исторические книги.
  • Кир — Объединил Персию и Мидию, завоевал Лидию, Вавилон, освободил евреев.
  • Дариюй — Установил систему сатрапов, расширил контроль над Египтом и Палестиной.
  • Иисус Христос — Представляет внутреннюю свободу и спасение, противопоставляя римский дух.
  • Константин Великий — Сделал христианство господствующей религией и создал Константинополь.
  • Феодосий Великий — Разделил империю между сыновьями, что привело к ослаблению государства.
  • Карл Великий — Объединил германские племена, создал Каролингскую империю.
  • Мартин Лютер — Лютер критиковал практики Церкви и инициировал Реформацию, что привело к разделению христианского мира.

Цитаты

  • Тема этих лекций является философская всемирная история.
  • Разум господствует в мире.
  • Государство есть духовная идея, проявляющаяся в форме человеческой воли и ее свободы.
  • Свобода состоит лишь в том, чтобы знать и иметь в виду такие общие субстанциальные предметы, как право и закон, и создавать соответствующую им действительность – государство.
  • Формализм проявляется в неопределённых рассуждениях о гении, поэзии и философии и равным образом находит их повсюду.
  • Всемирная история есть проявление духа во времени, подобно тому как идея, как природа, проявляется в пространстве.
  • «Полная организованность населения и разработанное до мельчайших деталей государственное управление вызывало удивление европейцев».
  • «Небо имеет лишь значение природы. Если император поступает хорошо, то не может быть ничего кроме хорошего».
  • Индия всегда была страной, являвшейся предметом стремлений, и теперь еще она кажется нам чудесным царством, очарованным миром.
  • В Персии, впервые появляется свет, который светит и освещает иное, так как свет, впервые возвещенный Зороастром, принадлежит миру познания, духу как отношению к иному.

Сводка по автору из Wikidata

1770–1831. Georg Wilhelm Friedrich Hegel. немецкий философ (1770–1831)

Читать онлайн

Страница 2 из 132

аа) Требуется написать обзор всей истории какого-нибудь народа или какой-нибудь страны или всего мира, одним словом, то, что мы называем всеобщей историей. При этом главной задачей является обработка исторического материала, к которому историк подходит со своим духом, отличающимся от духа содержания этого материала. В этом случае особенно важны те принципы, которые автор вырабатывает для себя отчасти относительно содержания и цели самих описываемых им действий и событий, отчасти относительно того способа, каким он хочет писать историю. У нас, немцев, проявляющиеся при этом рефлексия и рассудительность чрезвычайно разнообразны: каждый историк усвоил себе в этом отношении свою собственную манеру. Англичане и французы знают в общем, как следует писать историю: они более сообразуются с общим и национальным уровнем культуры; у нас же всякий стремится придумать что-нибудь особенное, и, вместо того чтобы писать историю, мы всегда стараемся определить, как следовало бы писать историю. Если этот первый подвид рефлективной истории ставит своей единственной целью изложить всю историю какой-нибудь страны, то он приближается к первому виду историографии. Такие компиляции (например история Ливия, Диодора Сицилийского, история Швейцарии Иоганна фон Мюллера) заслуживают большой похвалы, если они хорошо составлены. Конечно всего лучше, если историки приближаются к историкам первого рода и пишут столь наглядно, что у читателя может получиться впечатление, как будто современники и очевидцы излагают события. Но тот тон, который должен быть свойственен индивидууму, принадлежавшему к определенной культуре, часто модифицируется так, что он не соответствует описываемым эпохам, и тот дух, которым проникнут историк, оказывается иным, чем дух этих эпох. Например Ливий заставляет древних римских царей, консулов и полководцев произносить речи, которые были бы уместны лишь в устах искусного адвоката его эпохи, причем обнаруживается самый резкий контраст между этими речами и такими сохранившимися подлинными старинными сказаниями, как например басня Менения Агриппы. Тот же Ливий дает описания сражений, составленные так, как будто бы он был их очевидцем, хотя изображаемыми им чертами можно пользоваться для описания сражений всех эпох, причем опять-таки обнаруживается контраст между этою определенностью и теми бессвязностью и непоследовательностью, которыми часто страдает изложение важнейших обстоятельств других событий. Различие между таким компилятором и первоначальным историком можно лучше всего выяснить, сравнив сохранившиеся отделы исторического труда Полибия с тем, как его использует Ливий, делая из него выписки и сокращения. Иоганн фон Мюллер, стремясь дать верное изображение описываемой эпохи, придал своей истории деревянный, напыщенный, педантический характер. Читать старого Чуди (Tschudy) гораздо приятней: у него все наивнее и естественнее, чем в истории, написанной таким искусственным, напыщенным, архаическим стилем.

Такая история, которая задается целью дать обзор продолжительных периодов или всей всемирной истории, должна в самом деле отказаться от индивидуального изображения действительности и прибегать к сокращенному изложению путем применения абстракций, – это сокращение производится не только в том смысле, что пропускаются события и действия, но и в том смысле, что мысль резюмирует богатое содержание. Сражение, великая победа, осада перестают быть самими собой, но резюмируются в простых определениях. Когда Ливий повествует о войнах с вольсками, он иногда говорит очень кратко: в этом году была война с вольсками.

bb) Затем вторым подвидом рефлективной истории является прагматическая история. Когда мы имеем дело с прошлым и занимаемся далеким от нас миром, духу открывается такое настоящее, которое, являясь собственною деятельностью духа, вознаграждает его за усилия. События различны, но общее и внутреннее в них, их связь едины. Это снимает прошлое и делает события современными. Таким образом прагматические рефлексии при всей их абстрактности в самом деле являются современностью, и благодаря им повествования о прошлом наполняются жизнью сегодняшнего дня. От духа самого автора зависит, будут ли такие рефлексии в самом деле интересны и жизненны. Здесь следует в особенности упомянуть о моральных рефлексиях и о моральном поучении, которое следует извлекать из истории и для которого история часто излагалась. Хотя можно сказать, что примеры хорошего возвышают душу и что их следует приводить при нравственном воспитании детей, чтобы внушить им превосходные правила, однако судьбы народов и государств, их интересы, состояние и переживаемые ими осложнения являются иною областью. Правителям, государственным людям и народам с важностью советуют извлекать поучения из опыта истории. Но опыт и история учат, что народы и правительства никогда ничему не научились из истории и не действовали согласно поучениям, которые можно было бы извлечь из нее. В каждую эпоху оказываются такие особые обстоятельства, каждая эпоха является настолько индивидуальным состоянием, что в эту эпоху необходимо и возможно принимать лишь такие решения, которые вытекают из самого этого состояния. В сутолоке мировых событий не помогает общий принцип или воспоминание о сходных обстоятельствах, потому что бледное воспоминание прошлого не имеет никакой силы по сравнению с жизненностью и свободой настоящего. В этом отношении нет ничего более нелепого, как столь часто повторяемые ссылки на греческие и римские примеры в эпоху французской революции. Нет ничего более различного, как природа этих народов и природа нашего времени. Ставя себе такие моральные цели, Иоганн фон Мюллер имел в виду преподнести в своей «Всеобщей истории» и в своей «Истории Швейцарии» такие поучения для государей, правительств и народов, в особенности для швейцарского народа (он составил особый сборник поучений и размышлений, и в своей переписке он указывает точное число размышлений, формулированных им в течение недели), но эти поучения нельзя считать лучшим из того, что им сделано. Лишь основательный, свободный и всеохватывающий взгляд на положение дел и понимание глубокого смысла идеи (например в «Духе законов» у Монтескье) могут сделать размышления истинными и интересными. Поэтому одна рефлективная история сменяет другую: материалы доступны каждому писателю; каждый легко может считать себя способным привести их в порядок, обработать их и выдать свой дух за дух времени, в них проявляющийся. Когда такие рефлективные истории приедались, часто возвращались к такому описанию какого-нибудь события, при котором исходили из всех точек зрения. Такие описания конечно имеют некоторую ценность, но в большинстве случаев они представляют лишь материал. Мы, немцы, довольствуемся этим, французы, наоборот, остроумно создают для себя настоящее и относят прошлое к современному состоянию.

Страница 2 из 132

Вам также может понравиться

Страница 1 из 11

Назад1211Далее