Читать бесплатно онлайн

Русский мир

Автор Лев Николаевич Толстой

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

всемирная история публицистика

Темы

русский миртолстойпублицистикапатриотизмвластьнациональная идентичностьисториясоциальная критикарелигиянациональная безопасность

Описание

Сборник произведений Л.Н. Толстого, в котором он критикует власть, религию и патриотизм, исследует смысл жизни через христианство и призывает к внутренней свободе и критическому осмыслению общественных институтов.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личной свободой и властью, а также между религиозным учением и государственными институтами

Ключевые идеи

Насилие власти и патриотизм служат инструментами подавления народа, а истинный патриотизм должен вызывать стыд, а не гордость.
Вера, соединённая с властью, является ложной; истинная вера должна быть свободной от государственного влияния.
Толстой призывает к жизни без насилия и лжи, к внутреннему освобождению и отказу от государственной власти.
Церковная власть использует насилие и внушение для контроля веры.
Никейский символ веры считается единой истиной, но его применение приводит к искажению и суевериям.
Внушение формирует у детей и необразованных взрослых непоколебимое убеждение, препятствующее развитию разума.
Постановление синода незаконно и клеветническое.
Толстой отвергает церковь после критического изучения её догматов.
Кризис смысла жизни приводит к мысли о самоубийстве и поиску ответов в науке и вере.
Разрыв между интеллектуальной философией и практической верой.
Простое народное верование даёт более глубокий смысл, чем сложные теории.
Вера – это не только слова, но и действия, подтверждающие её смысл.

Вывод

Книга приводит к выводу, что истинная свобода и мир достигаются через внутреннее освобождение, критическое осмысление власти и религии, а также через практическое применение христианских принципов в повседневной жизни.

Кому полезна

Люди, интересующиеся историей России и критикой власти
Читатели, ищущие духовные и философские размышления
Студенты и исследователи русской литературы и общественных наук

Главные темы

Критика власти и насилия
Критика церковной власти и внушения
Поиск смысла жизни через христианство
Критика патриотизма и его роли в обществе
Роль общественного мнения и внутренней свободы

Персонажи

Лев Николаевич Толстой — Писатель и публицист, выступающий против насилия власти, патриотизма и ложной веры. Писатель и философ, выступающий против догматизма и насилия в религиозной практике. Рассуждает о постановлении синода, отречении от церкви, внутреннем кризисе и поиске смысла жизни. Критически относится к церковным учениям, особенно к заповеди непротивления злу, и анализирует реакцию критиков.
Царь Николай II — Получатель критических писем от Толстого, символизирующий авторитарную власть.
П.А. Столыпин — Получатель письма от Толстого, обсуждающего земельные реформы.
Духовенство — Объект критики автора, обвиняемый в использовании насилия и внушения.
Русский народ — Целевая аудитория, которую, по мнению автора, обманывают и контролируют церковные методы.
Простые люди и монахи — Принимают страдания, трудятся, видят смысл в жизни.
Еврейский раввин — Показывает сомнения в применимости христианского закона о непротивлении злу.
Гранатом — Показывает внутренний конфликт между службой и учением Христа.
Церковные учителя — Они проповедуют учение, которое, по мнению Толстого, отклоняется от истинного учения Христа.
Религиозные критики — Представляют различные аргументы, включая оправдание насилия и ограничение заповеди.
Светские критики — Фокусируются на несовместимости учения Христа с современным обществом.
Рабочий — Трудящийся, живущий в постоянном лишении и страдании.

Цитаты

Не верьте, что народ вас любит…
Ничего не может быть хуже насилия власти…
Вся ваша жизнь посвящена тому, чтобы проповедывать, поддерживать и распространять среди людей учение, по вашим словам открыто вам самим Богом и потому единое истинное и спасительное.
Но я знаю, что доводы, обращенные к уму, не убеждают, – убеждает только чувство, и потому, оставляя доводы, обращаюсь к вам, кто бы вы ни были: папы, епископы, архиереи, священники и др., – к вашему чувству, к вашей совести.
Постановление синода вообще имеет много недостатков. Оно незаконно или умышленно двусмысленно.
Я действительно не верю в то, во что они говорят, что верят.
«Я готов был принять теперь всякую веру, только бы она не требовала от меня прямого отрицания разума, которое было бы ложью.»
«Я понял, что вера этих людей – не та вера, которой я искал, что их вера не есть вера, а только одно из эпикурейских утешений в жизни.»
Ни один цивилизованный передовой человек теперь не в состоянии дать ответ на прямой вопрос: зачем ты живёшь тою жизнью, которой ты живёшь?
«В книге моей я обвиняю церковных учителей в том, что они учат противно заповедям Христа…»

Сводка по автору из Wikidata

1828–1910. Лев Никола́евич Толсто́й. русский писатель (1828—1910)

Читать онлайн

Страница 4 из 109

* * *

Вас, вероятно, приводит в заблуждение о любви народа к самодержавию и его представителю – царю то, что везде при встречах вас в Москве и других городах толпы народа с криками «ура» бегут за вами. Не верьте тому, чтобы это было выражением преданности вам, – это толпа любопытных, которая побежит точно так же за всяким непривычным зрелищем. Часто же эти люди, которых вы принимаете за выразителей народной любви к вам, суть не что иное, как полицией собранная и подстроенная толпа, долженствующая изображать преданный вам народ, как это, например, было с вашим дедом в Харькове, когда собор был полон народа, но весь народ состоял из переодетых городовых.

Если бы вы могли, так же как я, походить во время царского проезда по линии крестьян, расставленных позади войск, вдоль всей железной дороги, и послушать, что говорят эти крестьяне: старосты, сотские, десятские, сгоняемые с соседних деревень и на холоду и в слякоти без вознаграждения со своим хлебом по нескольку дней дожидающиеся проезда, вы бы услыхали от самых настоящих представителей народа, простых крестьян, сплошь по всей линии речи, совершенно несогласные с любовью к самодержавию и его представителю. Если лет 50 тому назад еще стоял высоко престиж царской власти, то за последние 30 лет он, не переставая, падал и упал в последнее время так, что во всех сословиях никто уже не стесняется смело осуждать не только распоряжения правительства, но самого царя и даже бранить его и смеяться над ним.

Самодержавие есть форма правления отжившая, могущая соответствовать требованиям народа где-нибудь в центральной Африке, отделенной от всего мира, но не требованиям русского народа, который все более и более просвещается общим всему миру просвещением. И потому поддерживать эту форму правления и связанное с нею православие можно только, как это и делается теперь, посредством всякого насилия: усиленной охраны, административных ссылок, казней, религиозных гонений, запрещения книг, газет, извращения воспитания и вообще всякого рода дурных и жестоких дел.

* * *

Мерами насилия можно угнетать народ, но нельзя управлять им. Единственное средство в наше время, чтобы действительно управлять народом, только в том, чтобы, став во главе движения народа от зла к добру, от мрака к свету, вести его к достижению ближайших к этому движению целей. Для того же, чтобы быть в состоянии сделать это, нужно прежде всего дать народу возможность высказать свои желания и нужды и, выслушав эти желания и нужды, исполнить те из них, которые будут отвечать требованиям не одного класса или сословия, а большинству его, массе рабочего народа.

И те желания, которые выскажет теперь русский народ, если ему будет дана возможность это сделать, по моему мнению, будут следующие.

Прежде всего рабочий народ скажет, что желает избавиться от тех исключительных законов, которые ставят его в положение пария, не пользующегося правами всех остальных граждан; потом скажет, что он хочет свободы передвижения, свободы обучения и свободы исповедания веры, свойственной его духовным потребностям; и, главное, весь 100-миллионный народ в один голос скажет, что он желает свободы пользования землей, то есть уничтожения права земельной собственности.

И вот это-то уничтожение права земельной собственности и есть, по моему мнению, та ближайшая цель, достижение которой должно сделать в наше время своей задачей русское правительство.

В каждый период жизни человечества есть соответствующая времени ближайшая ступень осуществления лучших форм жизни, к которой оно стремится. Пятьдесят лет тому назад такой ближайшей ступенью было для России уничтожение рабства. В наше время такая ступень есть освобождение рабочих масс от того меньшинства, которое властвует над ними, – то, что называется рабочим вопросом…

Советники ваши скажут вам, что освобождение земли от права собственности есть фантазия и неисполнимое дело. По их мнению, заставить 130-миллионный живой народ перестать жить или проявлять признаки жизни и втиснуть его назад в ту скорлупу, из которой он давно вырос, – это не фантазия и не только не неисполнимо, но самое мудрое и практическое дело. Но ведь стоит только серьезно подумать для того, чтобы понять, что действительно неисполнимо, хотя оно и делается, и что, напротив, не только исполнимо, но своевременно и необходимо, хотя оно и не начиналось.

Я лично думаю, что в наше время земельная собственность есть столь же вопиющая и очевидная несправедливость, какою было крепостное право. Думаю, что уничтожение ее поставит русский народ на высокую степень независимости, благоденствия и довольства. Думаю тоже, что эта мера, несомненно, уничтожит все то социалистическое и революционное раздражение, которое теперь разгорается среди рабочих и грозит величайшей опасностью и народу и правительству.

Но я могу ошибаться, и решение этого вопроса в ту или другую сторону может быть дано опять-таки только самим народом, если он будет иметь возможность высказаться.

Так что, во всяком случае, первое дело, которое теперь предстоит правительству, это уничтожение того гнета, который мешает народу высказать свои желания и нужды. Нельзя делать добро человеку, которому мы завяжем рот, чтобы не слыхать того, чего он желает для своего блага. Только узнав желания и нужды всего народа или большинства его, можно управлять народом и сделать ему добро.

Страница 4 из 109

Назад 1…3 4 5…109 Далее