Загрузка...
Избранное — обложка книги
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга представляет собой собрание разнообразных рассказов, объединённых темами человеческих стремлений, моральных дилемм, внутреннего конфликта и влияния искусства и войны на психику. В ней сочетаются сказки, военные хроники, психологические истории и художественные размышления, создавая многослойный портрет человеческой природы.

Главный конфликт / проблема

Соперничающие идеалы и реальность, внутренний конфликт героя, борьба за свободу и смирение

Ключевые идеи

  • Любопытство может привести к неожиданным приключениям.
  • Гордость и непокорность приводят к падению и необходимости смирения.
  • Свобода и стремление к ней часто сталкиваются с ограничениями природы и общества.
  • Моральные уроки передаются через простые образы животных и растений.
  • Конфликт между идеалами учителя и реальностью жизни.
  • Моральный конфликт о честности и использовании «нечестных» средств.
  • Важность финансовой стабильности для реализации личных и профессиональных целей.
  • Трудности и психологические испытания военного похода.
  • Влияние лидера на мораль и дисциплину войск.
  • Сила товарищеской поддержки и решимости в бою.
  • Борьба человека с внутренним злом и безумием
  • Традиции и современность в городском празднике

Вывод

Книга приводит к выводу, что человеческие стремления, гордыня и смирение, свобода и судьба переплетаются, формируя глубокое понимание себя и мира.

Кому полезна

  • Любители литературы и художественных произведений
  • Психологи и психиатры
  • Военные историки и специалисты по военной психологии
  • Художники и критики

Главные темы

  • Сказки и мифы
  • Моральные дилеммы и внутренний конфликт
  • Военные испытания и лидерство
  • Психология и психиатрия
  • Искусство и критика
  • Языковые заметки

Персонажи

  • Лягушка‑квакушка — Любопытная и смелая, стремится к приключениям, но не умеет оценивать опасность.
  • Утки — Сначала опасаются, но соглашаются нести лягушку.
  • Аггей — Покорный, но после наказания становится смиренным.
  • Василий Петрович — Молодой, мечтательный, стремится к честной работе и семейной жизни, но сталкивается с реальностью и финансовыми трудностями.
  • Николай Константиныч Кудряшов — Обладает большим опытом в строительстве, готов использовать любые средства для достижения цели.
  • Иван Павлыч — Помогает Василию с чертежами и организацией ужина.
  • Владимир Михайлыч — Опытный солдат, описывающий события с точки зрения личного опыта, демонстрирует выдержку и наблюдательность.
  • Федоров — Скептически относится к генералу, но поддерживает товарищей.
  • Генерал — Громкий, авторитетный, демонстрирует пример перехода через лужу, влияет на мораль солдат.
  • Венцель — Жестокий, но справедливый, проявляет дисциплину и заботу о солдатах.
  • Житков — Твердый, но заботливый, поддерживает товарищей.
  • Пациент (Иван Сергеевич) — Безумный человек, который видит в красном маке символ зла и пытается его уничтожить, но в итоге погибает.

Цитаты

  • "Ах, какая сегодня прекрасная мокрая погода!"
  • "Смотрите, смотрите! – кричали дети в одной деревне, – утки лягушку несут!"
  • «Вот она, моя будущая нива, на которой я, как скромный пахарь, буду работать».
  • «Постель каменную, из огромных булыжников, не меньше одного кубического фута объёма».
  • «Вперед, ребята! По‑суворовски!».
  • «Мы готовы умереть».
  • Святой великомученик Георгий! В руки твои предаю тело мое. А дух – нет, о нет!…
  • И я, как художник, ищу в искусстве отражение своего внутреннего мира.
  • Позвольте
  • Боже мой!

Сводка по автору из Wikidata

1855–1888. Всеволод Гаршин. русский писатель, поэт, художественный критик

Читать онлайн

Страница 5 из 52

А внизу, между корнями куста, на сырой земле, как будто прилипнув к ней плоским брюхом, сидела довольно жирная старая жаба, которая проохотилась целую ночь за червяками и мошками и под утро уселась отдыхать от трудов, выбрав местечко потенистее и посырее. Она сидела, закрыв перепонками свои жабьи глаза, и едва заметно дышала, раздувая грязно-серые бородавчатые и липкие бока и отставив одну безобразную лапу в сторону: ей было лень подвинуть ее к брюху. Она не радовалась ни утру, ни солнцу, ни хорошей погоде; она уже наелась и собралась отдыхать.

Но когда ветерок на минуту стихал и запах розы не уносился в сторону, жаба чувствовала его, и это причиняло ей смутное беспокойство; однако она долго ленилась посмотреть, откуда несется этот запах.

В цветник, где росла роза и где сидела жаба, уже давно никто не ходил. Еще в прошлом году осенью, в тот самый день, когда жаба, отыскав себе хорошую щель под одним из камней фундамента дома, собиралась залезть туда на зимнюю спячку, в цветник в последний раз зашел маленький мальчик, который целое лето сидел в нем каждый ясный день под окном дома. Взрослая девушка, его сестра, сидела у окна; она читала книгу или шила что-нибудь и изредка поглядывала на брата. Он был маленький мальчик лет семи, с большими глазами и большой головой на худеньком теле. Он очень любил свой цветник (это был его цветник, потому что, кроме него, почти никто не ходил в это заброшенное местечко) и, придя в него, садился на солнышке, на старую деревянную скамейку, стоявшую на сухой песчаной дорожке, уцелевшей около самого дома, потому что по ней ходили закрывать ставни, и начинал читать принесенную с собой книжку.

– Вася, хочешь, я тебе брошу мячик? – спрашивает из окна сестра. – Может быть, ты с ним побегаешь?

– Нет, Маша, я лучше так, с книжкой.

И он сидел долго и читал. А когда ему надоедало читать о Робинзонах, и диких странах, и морских разбойниках, он оставлял раскрытую книжку и забирался в чащу цветника. Тут ему был знаком каждый куст и чуть ли не каждый стебель. Он садился на корточки перед толстым, окруженным мохнатыми беловатыми листьями стеблем коровьяка, который был втрое выше его, и подолгу смотрел, как муравьиный народ бегает вверх к своим коровам – травяным тлям, как муравей деликатно трогает тонкие трубочки, торчащие у тлей на спине, и подбирает чистые капельки сладкой жидкости, показывавшиеся на кончиках трубочек. Он смотрел, как навозный жук хлопотливо и усердно тащит куда-то свой шар, как паук, раскинув хитрую радужную сеть, сторожит мух, как ящерица, раскрыв тупую мордочку, сидит на солнце, блестя зелеными щитиками своей спины; а один раз, под вечер, он увидел живого ежа! Тут и он не мог удержаться от радости и чуть было не закричал и не захлопал руками, но, боясь спугнуть колючего зверька, притаил дыхание и, широко раскрыв счастливые глаза, в восторге смотрел, как тот, фыркая, обнюхивал своим свиным рыльцем корни розового куста, ища между ними червей, и смешно перебирал толстенькими лапами, похожими на медвежьи.

– Вася, милый, иди домой, сыро становится, – громко сказала сестра.

И ежик, испугавшись человеческого голоса, живо надвинул себе на лоб и на задние лапы колючую шубу и превратился в шар. Мальчик тихонько коснулся его колючек; зверек еще больше съежился и глухо и торопливо запыхтел, как маленькая паровая машина.

Потом он немного познакомился с этим ежиком. Он был такой слабый, тихий и кроткий мальчик, что даже разная звериная мелкота как будто понимала это и скоро привыкала к нему. Какая была радость, когда еж попробовал молока из принесенного хозяином цветника блюдечка!

В эту весну мальчик не мог выйти в свой любимый уголок. По-прежнему около него сидела сестра, но уже не у окна, а у его постели; она читала книгу, но не для себя, а вслух ему, потому что ему было трудно поднять свою исхудалую голову с белых подушек и трудно держать в тощих руках даже самый маленький томик, да и глаза его скоро утомлялись от чтения. Должно быть, он уже больше никогда не выйдет в свой любимый уголок.

– Маша! – вдруг шепчет он сестре.

– Что, милый?

– Что, в садике теперь хорошо? Розы расцвели?

Сестра наклоняется, целует его в бледную щеку и при этом незаметно стирает слезинку.

– Хорошо, голубчик, очень хорошо. И розы расцвели. Вот в понедельник мы пойдем туда вместе. Доктор позволит тебе выйти.

Мальчик не отвечает и глубоко вздыхает. Сестра начинает снова читать.

– Уже будет. Я устал. Я лучше посплю.

Сестра поправила ему подушки и белое одеяльце, он с трудом повернулся к стенке и замолчал. Солнце светило сквозь окно, выходившее на цветник, и кидало яркие лучи на постель и на лежавшее на ней маленькое тельце, освещая подушки и одеяло и золотя коротко остриженные волосы и худенькую шею ребенка.

Роза ничего этого не знала; она росла и красовалась; на другой день она должна была распуститься полным цветом, а на третий начать вянуть и осыпаться. Вот и вся розовая жизнь! Но и в эту короткую жизнь ей довелось испытать немало страха и горя.

Ее заметила жаба.

Когда она в первый раз увидела цветок своими злыми и безобразными глазами, что-то странное зашевелилось в жабьем сердце. Она не могла оторваться от нежных розовых лепестков и все смотрела и смотрела. Ей очень понравилась роза, она чувствовала желание быть поближе к такому душистому и прекрасному созданию. И чтобы выразить свои нежные чувства, она не придумала ничего лучше таких слов:

– Постой, – прохрипела она, – я тебя слопаю!

Роза содрогнулась. Зачем она была прикреплена к своему стебельку? Вольные птички, щебетавшие вокруг нее, перепрыгивали и перелетали с ветки на ветку; иногда они уносились куда-то далеко, куда – не знала роза. Бабочки тоже были свободны. Как она завидовала им! Будь она такою, как они, она вспорхнула бы и улетела от злых глаз, преследовавших ее своим пристальным взглядом. Роза не знала, что жабы подстерегают иногда и бабочек.

– Я тебя слопаю! – повторила жаба, стараясь говорить как можно нежнее, что выходило еще ужаснее, и переползла поближе к розе.

– Я тебя слопаю! – повторила она, все глядя на цветок.

И бедное создание с ужасом увидело, как скверные липкие лапы цепляются за ветви куста, на котором она росла. Однако жабе лезть было трудно: ее плоское тело могло свободно ползать и прыгать только по ровному месту. После каждого усилия она глядела вверх, где качался цветок, и роза замирала.

– Господи! – молилась она, – хоть бы умереть другою смертью!

А жаба все карабкалась выше. Но там, где кончались старые стволы и начинались молодые ветви, ей пришлось немного пострадать. Темно-зеленая гладкая кора розового куста была вся усажена острыми и крепкими шипами. Жаба переколола себе о них лапы и брюхо и, окровавленная, свалилась на землю. Она с ненавистью посмотрела на цветок…

– Я сказала, что я тебя слопаю! – повторила она.

Наступил вечер; нужно было подумать об ужине, и раненая жаба поплелась подстерегать неосторожных насекомых. Злость не помешала ей набить себе живот, как всегда; ее царапины были не очень опасны, и она решилась, отдохнув, снова добираться до привлекавшего ее и ненавистного ей цветка.

Страница 5 из 52

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее