Загрузка...
Смерть Валленштейна — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Смерть Валленштейна

Автор Фридрих Шиллер
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
ВаленштейнТридцатилетняя войнагеройтрилогияисторияполководецГабсбургВенашведыБавария

Описание

«Смерть Валленштейна» завершает трилогию Фридриха Шиллера, в которой полководец Альбрехт Валленштейн сталкивается с предательством, политическими интригами и внутренним конфликтом, пытаясь сохранить власть и защитить войска в условиях Тридцатилетней войны.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личной лояльностью и государственным долгом, а также предательство союзников, ставя под угрозу власть и судьбу войск

Ключевые идеи

  • Постановка завершает трилогию и отличается необычным языком и визуальными сценами.
  • Главный конфликт связан с политическим интригой и возможной предательством вокруг Валленштейна.
  • Астрологические символы используются для предвосхищения событий.
  • Внутренний конфликт герцога между чувством вины и стремлением к власти.
  • Политические и военные союзы как средство достижения целей.
  • Тема верности и предательства в контексте личных и государственных интересов.
  • Конфликт между долгом и личной лояльностью
  • Политические интриги и предательство в войне
  • Внутренний кризис и поиск истины у молодого офицера
  • Внутренний конфликт Тэклы между любовью и обязанностью
  • Политические интриги и вопросы верности в военной среде
  • Роль женщины как связующего звена между личными и политическими интересами

Вывод

Книга приводит к выводу, что даже самые близкие могут стать врагами, если их интересы расходятся, и что война требует жертв и сложных моральных решений

Кому полезна

  • Любители исторических драм
  • Студенты истории и политологии
  • Читатели, интересующиеся военной тактикой

Главные темы

  • Политические интриги и предательство
  • Война и стратегические союзы
  • Личная борьба и моральные дилеммы

Персонажи

  • Альбрехт Валленштейн — Главный герой, Альбрехт Валленштейн, полководец Тридцатилетней войны, сомневается в своей вине, ищет пути к власти и защите родины, опасаясь обвинений в измене. Он укрепляет связь с императором, планирует войну с другом, удерживает порядок и верность среди войск, несмотря на предательство, и обеспечивает информацию о шведской угрозе, поддерживая оборону города.
  • Графиня Терцки — Графиня Терцки, представительница, обнаруживает и сообщает о предательстве, связанном с Галласом, и выражает недовольство действиями Валенштейна, обвиняя его в измене. Она напоминает о прошлой лояльности к императору, пытается убедить Тэклу в важности её участия в отношениях с Максом, но скрывает детали, чтобы не тревожить дочь.
  • Илло — Илло предупреждает Валленштейна о возможных изменах, выражает сомнения в его решениях и критикует шведский союз. Он информирует о военных событиях, обвиняет Пикколомини в предательстве, сообщает о бунте и шведской победе, и поддерживает Валленштейна в принятии решений.
  • Бутлер — Бутлер сомневается в праведности и отказывается от участия в измене, но позже соглашается при условии уважения чести. Он предает Валленштейна, но пытается восстановить связь, и ведет действия, вызывающие недовольство Валленштейна. Решительный и преданный императору, готов к жестким мерам, чтобы защитить империю.
  • Макс Пикколомини — Макс Пикколомини сомневается в предательстве Валленштейна, пытается удержать генерала от войны и ищет правду. Лояльный, но внутренне разорванный, он пытается сохранить любовь к Тэкле и выполнить долг, видя в ней средство укрепления своих позиций, но его действия вызывают сомнения у Тэклы.
  • Тэкла — Тэкла чувствует себя потерянной и недоверчивой к своему отцу, пытается понять, почему она важна в его жизни, но отказывается участвовать в его планах. Любовный интерес Макса, переживающая внутренний конфликт между долгом и чувствами, и горит от утраты, ищет правду о смерти отца.
  • Октавио Пикколомини — Октавио Пикколомини стремится к честности и праведности, но сталкивается с изменой и разногласиями с сыном.
  • Врангель — Врангель предлагает военную поддержку, требует гарантии и готов к переговорам о захвате Праги.
  • Сэни — Сэни помогает Валленштейну интерпретировать планетарные влияния.
  • Изолани — Изолани обсуждает приказы и возможную измену, остаётся в раздумьях.
  • Гордон — Гордон скептически относится к жестким мерам, стремится к справедливости.
  • Гонец из Праги — Гонец из Праги сообщает о падении городов и поражениях.

Цитаты

  • Счастливое стечение планет, Великая триада роковая!
  • Какой злосчастный случай!
  • "Здесь ждет борьба не силы против силы, я не страшусь её."
  • "Я не могу с беспечностью кичливой сказать вслед ускользающему счастью: «Что ж, уходи, не нужно мне тебя!»
  • Я Фердинанду больше не слуга.
  • Ни шагу дальше! Это клеветою могло бы стать.
  • "Тэкла, ты не ребенок. Сердцем ты созрела в тот час, когда в нем родилась любовь, — она в тебе отвагу пробудила."
  • "Валенштейн: Я не дочь, но дружбу заслужил мою."
  • "Он оставил войску скрепленный императором указ."
  • "Горит во тьме, звезда моя, алмазом!"

Сводка по автору из Wikidata

1759–1805. Johann Christoph Friedrich von Schiller. немецкий поэт, философ, теоретик искусства, драматург, профессор истории и военный врач

Читать онлайн

Страница 2 из 30

Явление третье

Те же. Входит Илло[11].

Илло

(обращаясь к Терцки)

Он знает?

Терцки

Знает.

Илло

(Валленштейну)

Думаешь ли ты, Что примиренье все еще возможно И двор тебе вновь станет доверять? Допустим, ты свои оставишь планы… Там знают всё. Теперь твой путь — вперед, Отрезаны пути для отступленья.

Терцки

У них в руках бумаги против нас, Свидетельства намерений столь явных…

Валленштейн

Не я писал. Неправду говоришь.

Илло

Как? Твой свояк ведет переговоры От твоего лица, и ты считаешь, Что это не вменят тебе в вину? Его слова сочтут твоими шведы, А в Вене их твоими не сочтут?

Терцки

Своей рукой ты не писал… Но вспомни, Как много слышал от тебя Сезин. И будет он молчать? И тайн твоих, Себя спасая, не откроет он?

Илло

И ты об этом даже не подумал! Там знают, как ты далеко зашел. Скажи! Чего ты ждешь? Ведь ты не в силах Командованье войском удержать, А сложишь сан — тебе спасенья нет.

Валленштейн

Да, вся моя надежда на войска. Войска со мной. Пусть много знает Вена, — Проглотят всё, когда за мною — власть… А если я дам верности залог, То при дворе еще и рады будут.

Илло

Войска твои. Пока еще твои. Но бойся власти времени безмолвной, Медлительной; и если от насилья Открытого — войска тебя сегодня, А может быть, и завтра защитят, То их любовь к вождю там подрывать Начнут, и не приметишь, как растают Ряды твоих сторонников. Когда же Удар подземный грянет, — рухнет зданье, Подточенное исподволь коварством.

Валленштейн

Какой злосчастный случай!

Илло

О, я его счастливым бы назвал, Когда б тебя он действовать заставил Без промедленья… Там полковник шведский…

Валленштейн

Он здесь? А ты не знаешь, с чем он прибыл?

Илло

Он лишь тебе доверить это вправе.

Валленштейн

Злосчастный… Да! Какой злосчастный случай! Немало может рассказать Сезин.

Терцки

Неужто он, мятежник, беглый чех, Когда ему расправой пригрозят, Захочет выгораживать тебя? И если пытке там его подвергнут, То, слабый духом, как он устоит?..

Валленштейн

(в глубоком раздумье)

Вернуть к себе доверье нет надежды. А действовать начну, как замышлял, — Они меня изменником объявят. Я честно мог бы выполнить свой долг, Но мне теперь все это не поможет…

Илло

Скажи, погубит. Все припишет Вена Не чувству долга — слабости твоей.

Валленштейн

(взволнованно расхаживает взад и вперед)

Как? Предстоит всерьез исполнить то, Чем тешился я в мыслях слишком вольных? Будь проклята игра с огнем!..

Илло

О, если ты шутил, то будь уверен, — Нешуточная ждет тебя расплата.

Валленштейн

И это надо совершить теперь, Теперь, пока еще за мною сила…

Илло

Удар последний их ошеломил, Опомнятся они — и будет поздно…

Валленштейн

(просматривая подписи)

Все командиры подписались… Нет Лишь Макса Пикколомини. В чем дело?

Терцки

Он… полагал…

Илло

Пустое самомненье! Он счел, что это лишнее меж вами.

Валленштейн

Да, лишнее, и он, конечно, прав… Полки мне рапорт подали, чтоб их Не посылать во Фландрию с инфантом;[12] Они сопротивляются приказу, Вот вам уже к восстанью первый шаг.

Илло

Они с тобой к врагу примкнут охотней, Чем без тебя к Испанцу перейдут.

Валленштейн

Что ж, так и быть, я выслушаю шведа.

Илло

(поспешно)

Угодно, Терцки, вам его позвать? Он ждет приема.

Валленштейн

Погоди немного. Он поспешил… застиг меня врасплох… Я случаю слепому не вверяюсь, Его угрюмой власти не приму.

Илло

Ты выслушай сперва. А после — взвесь.

Илло и Терцки уходят.

Явление четвертое

Валленштейн

(один)

Возможно ль? Захотеть — и быть не в силах?[ 13] Что ж, я не властен возвратиться вспять? И потому я совершить обязан Деяние, задуманное мною, Что от себя не отстранял соблазна, Но тешил сердце тайною мечтой, Обдумывая средства к смутной цели И оставляя к ней открытый путь?.. Свидетель бог! То не было всерьез, Я твердого не принимал решенья. Лишь в думах я испытывал отраду; Меня влекли возможность и свобода. Иль осуждать меня за то, что я Химерой праздной тешился о троне? Иль не был я в душе своей свободен, И разве я не видел в стороне Надежного пути для отступленья? Но вдруг смотрю: да где же это я? Тропы назад не видно, и стена Из собственных моих деяний встала, Стезю к возврату преградив!..

(Останавливается в глубокой задумчивости.)

Преступным я кажусь, и никогда Я не смогу сложить с себя вину! Жизнь двойственна — и это мне во вред… Ведь даже чистых дел благой источник Недобрые отравят подозренья. Когда б я в самом деле был изменник, То, сохраняя безупречный вид, Личину бы я наглухо надел, И возбуждать не стал бы недовольства. Но, невиновный и несовращенный, Порывам страсти волю я давал… И дерзок был, но только на словах. А ныне все, что с уст порой срывалось, Обдуманным намереньем представят; Что́ в гневе иль в веселую минуту Я от избытка сердца говорил, Враги одно с другим так ловко свяжут, Такую вдруг припишут мне вину, Что я от удивленья онемею. Я сам попался в собственные сети, И разорвать их может только сила.

(Снова останавливается.)

Какая перемена! Я недавно Любую цель себе свободно ставил; Но крайность нас жестоко подгоняет. Суров неотвратимости закон! Мы не без дрожи опускаем руку В таинственную урну наших судеб. Коль замысел отважный скрыт в груди, Он — мой; но стоит лишь ему покинуть Глубины сердца, где он зародился, Как в вихрях жизни, словно на чужбине, Игрушкою он станет злобных сил, Которых никому не усмирить.

(Быстро ходит по комнате, потом снова останавливается в задумчивости.)

Ну, а твоя затея? Честно ль ты В ней разобрался? Потрясти ты хочешь Власть, что царит уверенно, спокойно, Ту власть, что, освященная веками, Обычаями жизни повседневной И верой простодушного народа, Укоренилась тысячью корней. Здесь ждет борьба не силы против силы, Я не страшусь ее. Врагу любому Готов я смело посмотреть в глаза, — Отважный враг во мне отвагу будит. Я недруга незримого боюсь, Что мне противоборствует в сердцах И малодушьем повседневным страшен… Не то внушает ужас, что опасно И что, живое, борется с живым, — В обыденном весь ужас, в вековечном Возврате неизбывного «вчера», Того «вчера», что ныне всем значеньем Обязано отжившему былому! Обыденность — вот имя человеку, Привычка же — кормилица его. Беда тому, кто посягнул на скарб, Завещанный веками! Старина Седая, обомшелая священна, И если ты обязан ей правами, Благоговеть пред ними будет чернь.

(Входящему пажу.)

Полковник шведский здесь? Так пусть войдет.

Паж уходит.

(Валленштейн устремляет взор на дверь и задумывается.)

Она еще чиста!.. Через порог Не заносило ногу преступленье… Узка межа двух жизненных путей!

Страница 2 из 30

Вам также может понравиться

Страница 1 из 72

Назад1272Далее