Удобнее читать в приложении
Дата написания1862-12-31
Язык книгиru
СерияРусская классика
Возрастное ограничение12+
Описание
Книга представляет собой серию описаний суровой жизни в учебном заведении, где власть, насилие и социальные роли формируют жесткую иерархию, а студенты вынуждены бороться за выживание и самоопределение.
Главный конфликт / проблема
Столкновение учеников с жесткой системой власти и наказаний, стремление к выживанию и сохранению собственного достоинства в условиях подавления и насилия.
Ключевые идеи
- Жёсткая иерархия и контроль в училище через роли второкурсных.
- Фискал как инструмент слежки и наказания.
- Игры и издевательства как способ поддержания власти и социальной структуры.
- Семенов как чужак, испытывающий страх и отчаяние.
- Бурсаки живут в атмосфере постоянных шалостей, краж и скандалов.
- Мораль бурсаков разделена на три сферы: товарищество, общество и начальство.
- Баня – центральное место для отдыха, общения и демонстрации креативности.
- Учителя и охрана играют роль в поддержании порядка, но сами часто нарушают правила.
- Кража и шалости воспринимаются как часть культуры, но с жесткими границами.
- Стремление к бурсе и разочарование
- Проблемы адаптации новичка в суровой среде
- Бурсацкая религиозность как форма атеизма
Вывод
Книга приводит к выводу о том, что суровая дисциплина и насилие в институтах создают атмосферу страха и подавления, заставляя учеников искать способы выживания и самоопределения, но часто вынуждая их оставаться в системе, несмотря на внутренний конфликт.
Кому полезна
- Сотрудники пенитенциарных учреждений
- Студенты и преподаватели социологии и психологии
- Историки и исследователи социальной справедливости
- Люди, интересующиеся реальными условиями жизни в институтах
Главные темы
- Иерархия и власть в учебном заведении
- Насилие и наказания
- Кража и культура шалостей
- Внутренний конфликт и поиск идентичности
Персонажи
- Семенов — Сын городского священника, аккуратный и приличный, но ощущает себя чужим и отвергается товарищами.
- Тавля — Часто применяет «щипки» к другим, особенно к Гороблагодатскому, и становится объектом наказания.
- Гороблагодатский — Использует свою силу, чтобы подавлять Тавлю и других, и часто получает наказания от начальства.
- Фискал — Воспринимается как предатель, и его присутствие усиливает страх среди учеников.
- Аксютка — Талантливый вор, который вечно ищет возможности украсть, но при этом сохраняет дружелюбие к товарищам.
- Захаренко — Ответственный за дисциплину, но часто использует громкие крики.
- Еловый — Служит начальству, но сам не выдерживает дисциплины.
- Карась — Молодой рыбак, стремится стать бурсаком, сталкивается с насмешками, наказаниями и внутренним конфликтом, наблюдает попытки бегства и решает остаться.
- Жирбас — Саркастичный и обидчивый, часто шутит и смазует Караса.
- Силыч — Добрый товарищ, пытается защитить Караса от насмешек.
- Сатана (Ipse) — Сатана часто помогает Аксютке в кражах и участвует в шалостях.
- Фортунка — Его попытка бегства заканчивается поимкой, но он остаётся жив.
Цитаты
- Так и надо, так и надо!
- Гороблагодатский, как отпетый, часто доставалось от начальства;
- В баню! в баню!
- Грешные тела мыть!
- "Ай да новичок!"
- "Пусть кормят!"
- "Бурсацкая религиозность своеобычна. В бурсе вы всегда встретите смесь дикого фанатизма с полной личной апатией к делу веры."
- "Бурсацкая религиозность, знаете ли, чем окажется в большинстве случаев? – она окажется полным, абсолютным атеизмом."
Сводка по автору из Wikidata
1835–1863. Nikołaj Pomiałowski. русский писатель, прозаик
Читать онлайн
Страница 1 из 43Николай Герасимович Помяловский Очерки бурсы
ЗИМНИЙ ВЕЧЕР В БУРСЕ. ОЧЕРК ПЕРВЫЙ
Класс кончился. Дети играют.
Огромная комната, вмещающая в себе второуездный класс училища, носит характер казенщины, выражающей полное отсутствие домовитости и приюта. Стены с промерзшими насквозь углами грязны – в чернобурых полосах и пятнах, в плесени и ржавчине; потолок подперт деревянными столбами, потому что он давно погнулся и без подпорок грозил падением; пол в зимнее время посыпался песком либо опилками: иначе на нем была бы постоянная грязь и слякоть от снегу, приносимого учениками на сапогах с улицы. От задней стены идут парты (учебные столы); у передней стены, между окнами, стол и стул для учителя; вправо от него – черная учебная доска; влево, в углу у дверей, на табурете – ведро воды для жаждущих; в противоположном углу – печка; между печкой и дверями вешалка, на спицах которой висит целый ряд тряпичный: шинели, шубы, халаты, накидки разного рода, все перешитое из матерних капотов и отцовских подрясников, – нагольное, крытое сукном, шерстяное и тиковое; на всем этом виднеются клочья ваты и дыры, и много в том месте злачнем и прохладном паразитов, поедающих, тело плохо кормленного бурсака. В пять окон, с пузырчатыми и зеленоватыми стеклами, пробивается мало свету. Вонь и копоть в классе; воздух мозглый, какой-то прогорклый, сырой и холодный.
Мы берем училище в то время, когда кончался период насильственного образования и начинал действовать закон великовозрастия. Были года – давно они прошли, – когда не только малолетних, но и бородатых детей по приказанию начальства насильно гнали из деревень, часто с дьяческих и пономарских мест, для научения их в бурсе письму, чтению, счету и церковному уставу. Некоторые были обручены своим невестам и сладостно мечтали о медовом месяце, как нагрянула гроза и повенчала их с Пожарским, Меморским, псалтырем и обиходом церковного пения, познакомила с майскими (розгами), проморила голодом и холодом. В те времена и в приходском классе большинство было взрослых, а о других классах, особенно семинарских, и говорить нечего. Достаточно пожилых долго не держали, а поучив грамоте года три-четыре, отпускали дьячить; а ученики помоложе и поусерднее к науке лет под тридцать, часто с лишком, достигали богословского курса (старшего класса семинарии). Родные с плачем, воем и причитаньями отправляли своих птенцов в науку; птенцы с глубокой ненавистью и отвращением к месту образования возвращались домой. Но это было очень давно.
Время перешло. В общество мало-помалу проникло сознание – не пользы науки, а неизбежности ее. Надо было пройти хоть приходское ученье, чтобы иметь право даже на пономарское место в деревне. Отцы сами везли детей в школу, парты замещались быстро, число учеников увеличивалось и наконец доросло до того, что не помещалось в училище. Тогда изобрели знаменитый закон великовозрастия. Отцы не все еще оставили привычку отдавать в науку своих детей взрослыми и нередко привозили шестнадцатилетних парней. Проучившись в четырех классах училища по два года, такие делались великовозрастными; эту причину отмечали в титулке ученика (в аттестате) и отправляли за ворота (исключали). В училище было до пятисот учеников; из них ежегодно получали титулку человек сто и более; на смену прибывала новая масса из деревень (большинство) и городов, а через год отправлялась за ворота новая сотня. Получившие титулку делались послушниками, дьячками, сторожами церковными и консисторскими писцами; но наполовину шатались без определенных занятий по епархии, не зная, куда деться со своими титулками, и не раз проносилась грозная весть, что всех безместных будут верстать в солдаты. Теперь понятно, каким образом поддерживался училищный комплект, и понятно, отчего это в темном и грязном классе мы встречаем наполовину сильно взрослых.
На дворе слякоть и резкий ветер. Ученики и не думают идти на двор; с первого взгляда заметно, что их в огромном классе более ста человек. Какое разнохарактерное население класса, какая смесь одежд и лиц!.. Есть двадцатичетырехгодовалые, есть и двенадцати лет. Ученики раздробились на множество кучек; идут игры – оригинальные, как и все оригинально в бурсе; некоторые ходят в одиночку, некоторые спят, несмотря на шум, не только на полу, но и по партам, над головами товарищей. Стон стоит в классе от голосов.
Большая часть лиц, которые встретятся в нашем очерке, будут носить те клички, которыми нарекли их в товариществе, например, Митаха, Элпаха, Тавля, Шестиухая Чабря, Хорь, Плюнь, Омега, Ерра-Кокста, Катька и т.п., но этого не можем сделать с Семеновым: бурсаки дали ему прозвище, какого не пропустит никакая цензура – крайне неприличное.
Семенов был мальчик хорошенький, лет шестнадцати. Сын городского священника, он держит себя прилично, одет чистенько; сразу видно, что училище не успело стереть с него окончательно следов домашней жизни. Семенов чувствует, что он городской, а на городских товарищество смотрело презрительно, называло бабами; они любят маменек да маменькины булочки и пряники, не умеют драться, трусят розги, народ бессильный и состоящий под покровительством начальства. Для товарищества редкий городской составлял исключение из этого правила. Странно было лицо у Семенова – никак не разгадать его: грустно и в то же время хитро; боязнь к товарищам смешана с затаенной ненавистью. Ему теперь скучно, и он, шатаясь из угла в угол, не знает, чем развлечься. Он усиливается удержать себя вдали от товарищей, в одиночку; но все составили партии, играют в разные игры, поют песни, разговаривают; и ему захотелось разделить с кем-нибудь досуг свой. Он подошел к играющим в камешки и робко проговорил:
– Гусь свинье не товарищ, – отвечали ему.
– Этого не хочешь ли? – проговорил другой, подставив под самый нос его сытый свой кукиш с большим грязным ногтем на большом пальце...
– Пока по шее не попало, убирайся! – прибавил третий.
Семенов отошел уныло в сторону; но на него не произвели особенного впечатления слова товарищей. Он точно давно привык и стерпелся с грубым обращением.
– Господа, с пылу горячих!
– Кому, Тавля? – отозвались голоса.
Семенов вместе с другими направился к столу, около которого тоже шла игра в камешки между двумя великовозрастными, и притом Гороблагодатский был второй силач в классе, а Тавля – четвертый. Лица, окружившие игроков, приятно осклаблялись, ожидая увеселительного зрелища.
Гороблагодатский положил на стол руку, растопырив на ней пальцы. Тавля разместил на руке его пять небольших камней самым неудобным образом.
Тот вскинул кверху камни и поймал из них только три.
– За два! – подхватили окружающие.
– Пиши, брат, к родителям письма, – прибавил Тавля с своей стороны.
Гороблагодатский, ничего не отвечая, положил левую руку на стол. Тавля кинул камень в воздух, во время его полета успел со страшной силой щипнуть руку Гороблагодатского и опять поймал камень.
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV","pageTitle":"Очерки бурсы (Николай Герасимович Помяловский) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Очерки бурсы». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Очерки бурсы». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Николай Герасимович Помяловский","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"литература 19 века","item":"https://bookra.app/genre/5305"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Очерки бурсы","item":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV","url":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV","name":"«Очерки бурсы». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Очерки бурсы». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/19f25cb4-043a-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV#work","name":"Очерки бурсы","url":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV","description":"Книга представляет собой серию описаний суровой жизни в учебном заведении, где власть, насилие и социальные роли формируют жесткую иерархию, а студенты вынуждены бороться за выживание и самоопределение.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/19f25cb4-043a-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["литература 19 века","русская классика"],"sameAs":["https://litres.ru/book/nikolay-pomyalovskiy/ocherki-bursy-172925/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/af111b6e-2a93-102a-9ac3-800cba805322#person","name":"Николай Герасимович Помяловский","url":"https://bookra.app/author/af111b6e-2a93-102a-9ac3-800cba805322","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D0%BC%D1%8F%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%2C_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B9_%D0%93%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q2707548"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"литература 19 века"},{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV#edition","url":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/nikolay-pomyalovskiy/ocherki-bursy-172925/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Очерки бурсы»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/4A5ymcGV","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":786009,"shortId":"4A5ymcGV","title":"Очерки бурсы","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/19f25cb4-043a-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","annotationText":"Николай Герасимович Помяловский (1835—1863) провел детство в духовном училище и в своем самом известном произведении – «Очерках бурсы» – описал жизнь таких же школяров-бурсаков, каким был сам: шалости и хулиганские выходки, ссоры и веселье, невыполненные уроки и строгих учителей. Прочитав эту книгу, вы убедитесь: школьная жизнь с XIX в. почти не изменилась.","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Николай Герасимович Помяловский","authors":[{"id":"af111b6e-2a93-102a-9ac3-800cba805322","displayName":"Николай Герасимович Помяловский","protectedUrl":"/author/af111b6e-2a93-102a-9ac3-800cba805322","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D0%BC%D1%8F%D0%BB%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9%2C_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B9_%D0%93%D0%B5%D1%80%D0%B0%D1%81%D0%B8%D0%BC%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q2707548"}],"genres":[{"id":5305,"title":"литература 19 века","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5305"},{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1862-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"series","label":"Серия","value":"Русская классика"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Книга представляет собой серию описаний суровой жизни в учебном заведении, где власть, насилие и социальные роли формируют жесткую иерархию, а студенты вынуждены бороться за выживание и самоопределение."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Столкновение учеников с жесткой системой власти и наказаний, стремление к выживанию и сохранению собственного достоинства в условиях подавления и насилия."},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Жёсткая иерархия и контроль в училище через роли второкурсных.","Фискал как инструмент слежки и наказания.","Игры и издевательства как способ поддержания власти и социальной структуры.","Семенов как чужак, испытывающий страх и отчаяние.","Бурсаки живут в атмосфере постоянных шалостей, краж и скандалов.","Мораль бурсаков разделена на три сферы: товарищество, общество и начальство.","Баня – центральное место для отдыха, общения и демонстрации креативности.","Учителя и охрана играют роль в поддержании порядка, но сами часто нарушают правила.","Кража и шалости воспринимаются как часть культуры, но с жесткими границами.","Стремление к бурсе и разочарование","Проблемы адаптации новичка в суровой среде","Бурсацкая религиозность как форма атеизма"]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Книга приводит к выводу о том, что суровая дисциплина и насилие в институтах создают атмосферу страха и подавления, заставляя учеников искать способы выживания и самоопределения, но часто вынуждая их оставаться в системе, несмотря на внутренний конфликт."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Сотрудники пенитенциарных учреждений","Студенты и преподаватели социологии и психологии","Историки и исследователи социальной справедливости","Люди, интересующиеся реальными условиями жизни в институтах"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Иерархия и власть в учебном заведении","Насилие и наказания","Кража и культура шалостей","Внутренний конфликт и поиск идентичности"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Семенов — Сын городского священника, аккуратный и приличный, но ощущает себя чужим и отвергается товарищами.","Тавля — Часто применяет «щипки» к другим, особенно к Гороблагодатскому, и становится объектом наказания.","Гороблагодатский — Использует свою силу, чтобы подавлять Тавлю и других, и часто получает наказания от начальства.","Фискал — Воспринимается как предатель, и его присутствие усиливает страх среди учеников.","Аксютка — Талантливый вор, который вечно ищет возможности украсть, но при этом сохраняет дружелюбие к товарищам.","Захаренко — Ответственный за дисциплину, но часто использует громкие крики.","Еловый — Служит начальству, но сам не выдерживает дисциплины.","Карась — Молодой рыбак, стремится стать бурсаком, сталкивается с насмешками, наказаниями и внутренним конфликтом, наблюдает попытки бегства и решает остаться.","Жирбас — Саркастичный и обидчивый, часто шутит и смазует Караса.","Силыч — Добрый товарищ, пытается защитить Караса от насмешек.","Сатана (Ipse) — Сатана часто помогает Аксютке в кражах и участвует в шалостях.","Фортунка — Его попытка бегства заканчивается поимкой, но он остаётся жив."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Так и надо, так и надо!","Гороблагодатский, как отпетый, часто доставалось от начальства;","В баню! в баню!","Грешные тела мыть!","\"Ай да новичок!\"","\"Пусть кормят!\"","\"Бурсацкая религиозность своеобычна. В бурсе вы всегда встретите смесь дикого фанатизма с полной личной апатией к делу веры.\"","\"Бурсацкая религиозность, знаете ли, чем окажется в большинстве случаев? – она окажется полным, абсолютным атеизмом.\""]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1835–1863. Nikołaj Pomiałowski. русский писатель, прозаик"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_786009","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_786009","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_786009","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_786009","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_786009","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_786009"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_786009","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_786009","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_786009","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_786009"},"guestReaderUrl":"/books/4A5ymcGV#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/af111b6e-2a93-102a-9ac3-800cba805322","readersCount":96,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2007","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":1,"totalPages":43,"hasPrev":false,"hasNext":true,"prevPageUrl":null,"nextPageUrl":"/books/4A5ymcGV?page=2#reader-content","progressLabel":"Страница 1 из 43","sections":[{"id":"id17:0","kind":"heading","text":"Николай Герасимович Помяловский Очерки бурсы"},{"id":"id16:0","kind":"heading","text":"ЗИМНИЙ ВЕЧЕР В БУРСЕ. ОЧЕРК ПЕРВЫЙ"},{"id":"id16:1","kind":"paragraph","text":"Класс кончился. Дети играют."},{"id":"id16:2","kind":"paragraph","text":"Огромная комната, вмещающая в себе второуездный класс училища, носит характер казенщины, выражающей полное отсутствие домовитости и приюта. Стены с промерзшими насквозь углами грязны – в чернобурых полосах и пятнах, в плесени и ржавчине; потолок подперт деревянными столбами, потому что он давно погнулся и без подпорок грозил падением; пол в зимнее время посыпался песком либо опилками: иначе на нем была бы постоянная грязь и слякоть от снегу, приносимого учениками на сапогах с улицы. От задней стены идут парты (учебные столы); у передней стены, между окнами, стол и стул для учителя; вправо от него – черная учебная доска; влево, в углу у дверей, на табурете – ведро воды для жаждущих; в противоположном углу – печка; между печкой и дверями вешалка, на спицах которой висит целый ряд тряпичный: шинели, шубы, халаты, накидки разного рода, все перешитое из матерних капотов и отцовских подрясников, – нагольное, крытое сукном, шерстяное и тиковое; на всем этом виднеются клочья ваты и дыры, и много в том месте злачнем и прохладном паразитов, поедающих, тело плохо кормленного бурсака. В пять окон, с пузырчатыми и зеленоватыми стеклами, пробивается мало свету. Вонь и копоть в классе; воздух мозглый, какой-то прогорклый, сырой и холодный."},{"id":"id16:3","kind":"paragraph","text":"Мы берем училище в то время, когда кончался период насильственного образования и начинал действовать закон великовозрастия. Были года – давно они прошли, – когда не только малолетних, но и бородатых детей по приказанию начальства насильно гнали из деревень, часто с дьяческих и пономарских мест, для научения их в бурсе письму, чтению, счету и церковному уставу. Некоторые были обручены своим невестам и сладостно мечтали о медовом месяце, как нагрянула гроза и повенчала их с Пожарским, Меморским, псалтырем и обиходом церковного пения, познакомила с майскими (розгами), проморила голодом и холодом. В те времена и в приходском классе большинство было взрослых, а о других классах, особенно семинарских, и говорить нечего. Достаточно пожилых долго не держали, а поучив грамоте года три-четыре, отпускали дьячить; а ученики помоложе и поусерднее к науке лет под тридцать, часто с лишком, достигали богословского курса (старшего класса семинарии). Родные с плачем, воем и причитаньями отправляли своих птенцов в науку; птенцы с глубокой ненавистью и отвращением к месту образования возвращались домой. Но это было очень давно."},{"id":"id16:4","kind":"paragraph","text":"Время перешло. В общество мало-помалу проникло сознание – не пользы науки, а неизбежности ее. Надо было пройти хоть приходское ученье, чтобы иметь право даже на пономарское место в деревне. Отцы сами везли детей в школу, парты замещались быстро, число учеников увеличивалось и наконец доросло до того, что не помещалось в училище. Тогда изобрели знаменитый закон великовозрастия. Отцы не все еще оставили привычку отдавать в науку своих детей взрослыми и нередко привозили шестнадцатилетних парней. Проучившись в четырех классах училища по два года, такие делались великовозрастными; эту причину отмечали в титулке ученика (в аттестате) и отправляли за ворота (исключали). В училище было до пятисот учеников; из них ежегодно получали титулку человек сто и более; на смену прибывала новая масса из деревень (большинство) и городов, а через год отправлялась за ворота новая сотня. Получившие титулку делались послушниками, дьячками, сторожами церковными и консисторскими писцами; но наполовину шатались без определенных занятий по епархии, не зная, куда деться со своими титулками, и не раз проносилась грозная весть, что всех безместных будут верстать в солдаты. Теперь понятно, каким образом поддерживался училищный комплект, и понятно, отчего это в темном и грязном классе мы встречаем наполовину сильно взрослых."},{"id":"id16:5","kind":"paragraph","text":"На дворе слякоть и резкий ветер. Ученики и не думают идти на двор; с первого взгляда заметно, что их в огромном классе более ста человек. Какое разнохарактерное население класса, какая смесь одежд и лиц!.. Есть двадцатичетырехгодовалые, есть и двенадцати лет. Ученики раздробились на множество кучек; идут игры – оригинальные, как и все оригинально в бурсе; некоторые ходят в одиночку, некоторые спят, несмотря на шум, не только на полу, но и по партам, над головами товарищей. Стон стоит в классе от голосов."},{"id":"id16:6","kind":"paragraph","text":"Большая часть лиц, которые встретятся в нашем очерке, будут носить те клички, которыми нарекли их в товариществе, например, Митаха, Элпаха, Тавля, Шестиухая Чабря, Хорь, Плюнь, Омега, Ерра-Кокста, Катька и т.п., но этого не можем сделать с Семеновым: бурсаки дали ему прозвище, какого не пропустит никакая цензура – крайне неприличное."},{"id":"id16:7","kind":"paragraph","text":"Семенов был мальчик хорошенький, лет шестнадцати. Сын городского священника, он держит себя прилично, одет чистенько; сразу видно, что училище не успело стереть с него окончательно следов домашней жизни. Семенов чувствует, что он городской, а на городских товарищество смотрело презрительно, называло бабами; они любят маменек да маменькины булочки и пряники, не умеют драться, трусят розги, народ бессильный и состоящий под покровительством начальства. Для товарищества редкий городской составлял исключение из этого правила. Странно было лицо у Семенова – никак не разгадать его: грустно и в то же время хитро; боязнь к товарищам смешана с затаенной ненавистью. Ему теперь скучно, и он, шатаясь из угла в угол, не знает, чем развлечься. Он усиливается удержать себя вдали от товарищей, в одиночку; но все составили партии, играют в разные игры, поют песни, разговаривают; и ему захотелось разделить с кем-нибудь досуг свой. Он подошел к играющим в камешки и робко проговорил:"},{"id":"id16:8","kind":"paragraph","text":"– Братцы, примите меня."},{"id":"id16:9","kind":"paragraph","text":"– Гусь свинье не товарищ, – отвечали ему."},{"id":"id16:10","kind":"paragraph","text":"– Этого не хочешь ли? – проговорил другой, подставив под самый нос его сытый свой кукиш с большим грязным ногтем на большом пальце..."},{"id":"id16:11","kind":"paragraph","text":"– Пока по шее не попало, убирайся! – прибавил третий."},{"id":"id16:12","kind":"paragraph","text":"Семенов отошел уныло в сторону; но на него не произвели особенного впечатления слова товарищей. Он точно давно привык и стерпелся с грубым обращением."},{"id":"id16:13","kind":"paragraph","text":"– Господа, с пылу горячих!"},{"id":"id16:14","kind":"paragraph","text":"– Кому, Тавля? – отозвались голоса."},{"id":"id16:15","kind":"paragraph","text":"– Гороблагодатскому."},{"id":"id16:16","kind":"paragraph","text":"Семенов вместе с другими направился к столу, около которого тоже шла игра в камешки между двумя великовозрастными, и притом Гороблагодатский был второй силач в классе, а Тавля – четвертый. Лица, окружившие игроков, приятно осклаблялись, ожидая увеселительного зрелища."},{"id":"id16:17","kind":"paragraph","text":"– Ну! – сказал Тавля."},{"id":"id16:18","kind":"paragraph","text":"Гороблагодатский положил на стол руку, растопырив на ней пальцы. Тавля разместил на руке его пять небольших камней самым неудобным образом."},{"id":"id16:19","kind":"paragraph","text":"– Валяй! – сказал он."},{"id":"id16:20","kind":"paragraph","text":"Тот вскинул кверху камни и поймал из них только три."},{"id":"id16:21","kind":"paragraph","text":"– За два! – подхватили окружающие."},{"id":"id16:22","kind":"paragraph","text":"– Пиши, брат, к родителям письма, – прибавил Тавля с своей стороны."},{"id":"id16:23","kind":"paragraph","text":"Гороблагодатский, ничего не отвечая, положил левую руку на стол. Тавля кинул камень в воздух, во время его полета успел со страшной силой щипнуть руку Гороблагодатского и опять поймал камень."},{"id":"id16:24","kind":"paragraph","text":"Толпа захохотала."}],"toc":[{"id":"id17:0:1","label":"Николай Герасимович Помяловский Очерки бурсы","page":1,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV#reader-content"},{"id":"id16:0:1","label":"ЗИМНИЙ ВЕЧЕР В БУРСЕ. ОЧЕРК ПЕРВЫЙ","page":1,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV#reader-content"},{"id":"id15:0:11","label":"БУРСАЦКИЕ ТИПЫ. ОЧЕРК ВТОРОЙ","page":11,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV?page=11#reader-content"},{"id":"id14:0:19","label":"ЖЕНИХИ БУРСЫ. ОЧЕРК ТРЕТИЙ","page":19,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV?page=19#reader-content"},{"id":"id13:0:27","label":"БЕГУНЫ И СПАСЕННЫЕ БУРСЫ. ОЧЕРК ЧЕТВЕРТЫЙ","page":27,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV?page=27#reader-content"},{"id":"id12:0:42","label":"ПЕРЕХОДНОЕ ВРЕМЯ БУРСЫ. ОЧЕРК ПЯТЫЙ","page":42,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV?page=42#reader-content"},{"id":"id11:0:43","label":"ПРИМЕЧАНИЯ АВТОРА","page":43,"pageUrl":"/books/4A5ymcGV?page=43#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":763518,"shortId":"3LvRJB52","title":"Братья Карамазовы","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/7a76e4b8-faea-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3LvRJB52"},{"idCatalog":766082,"shortId":"0M91uPgi","title":"Идиот","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/eb0c06f8-fa5a-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0M91uPgi"},{"idCatalog":762359,"shortId":"1lOPpIC9","title":"Преступление и наказание","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/4a1dc61b-4a51-11e5-87ef-0025905a06ea/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1lOPpIC9"},{"idCatalog":761045,"shortId":"0AKnEwPv","title":"Евгений Онегин","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/2141842d-6af7-11e7-a56b-0cc47a520474/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0AKnEwPv"},{"idCatalog":764764,"shortId":"2McXoho6","title":"Герой нашего времени","authorLine":"Михаил Юрьевич Лермонтов","primaryAuthorId":"41b1c20d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/bc790be1-fc0b-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2McXoho6"},{"idCatalog":766274,"shortId":"3cmoY1yG","title":"Бесы","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/f7222e47-fac9-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3cmoY1yG"},{"idCatalog":787874,"shortId":"1PfL6r40","title":"Отцы и дети","authorLine":"Иван Сергеевич Тургенев","primaryAuthorId":"75de63a0-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/50ec3991-fc0d-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1PfL6r40"},{"idCatalog":177111,"shortId":"167M8mLN","title":"Обыкновенная история","authorLine":"Иван Александрович Гончаров, Алиса Каретина","primaryAuthorId":"de591a07-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/82ccf8c9-7555-11e7-a9a5-0cc47a5453d6/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/167M8mLN"},{"idCatalog":789596,"shortId":"2YxjX10E","title":"Капитанская дочка","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/83dd5e53-fb4c-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2YxjX10E"},{"idCatalog":671393,"shortId":"0NWHuoAt","title":"Горе от ума","authorLine":"Александр Сергеевич Грибоедов, Иван Александрович Гончаров, Литрес Классика","primaryAuthorId":"cebc5dce-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/6aa91805-530f-11f0-8ce3-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0NWHuoAt"},{"idCatalog":761829,"shortId":"2hBLjWAp","title":"Униженные и оскорбленные","authorLine":"Федор Михайлович Достоевский","primaryAuthorId":"d85aaac3-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/311e3dd9-16c5-102c-96f3-af3a14b75ca4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2hBLjWAp"},{"idCatalog":792820,"shortId":"0Jki4h4k","title":"Дворянское гнездо","authorLine":"Иван Сергеевич Тургенев","primaryAuthorId":"75de63a0-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/e6d0c512-fc0b-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0Jki4h4k"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":2054,"totalPages":172,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}