Загрузка...
Братья Гордеевы — обложка книги
Дата написания1896-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

В романе «Братья Гордеевы» автор описывает столкновение традиционного руководства и новых, иностранно-образованных идей, а также семейные и рабочие разногласия, которые приводят к психологическому кризису главного героя.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между традиционным руководством и иностранными новыми идеями, а также семейные разногласия, приводящие к внутреннему кризису главного героя.

Ключевые идеи

  • Конфликт между традиционным руководством и иностранными новыми идеями
  • Социальное неравенство и напряжённость между рабочими и руководством
  • Семейные традиции и их влияние на повседневную жизнь
  • Конфликт между старой верой и современными влияниями
  • Роль немки как символа чуждости и перемен
  • Внутренние напряжения в семье из-за различий в мировоззрении
  • Семейные обязанности и ожидания против личных желаний и страданий.
  • Проблемы психического здоровья и их влияние на рабочую среду.
  • Влияние внешних персонажей (поп, поповская гостья, немка) на внутренние конфликты семьи.

Вывод

Книга приводит к выводу, что перемены, даже если они кажутся благородными, могут обернуться разрушительными последствиями, если они не учитывают глубинные традиции и личные переживания.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся русской литературой XIX века
  • Историки и социологи
  • Психологи

Главные темы

  • Традиции и модернизация
  • Семейные конфликты
  • Психологический кризис

Персонажи

  • Федот Якимыч — Старый руководитель заводского дома, строгий, придерживается традиционных правил, чувствует вину перед женой, балансирует работу и семейные обязанности, проявляет психическое истощение, видения, умирает от удара.
  • Амфея Парфеновна — Строгая, придерживающаяся раскольничьей веры, контролирует домашний порядок, беспокоится о дочери и муже, вмешивается в семейные дела, приходит из скитов, чтобы утешить Наташу, гордая и неприступная.
  • Наташа — Замужняя за недалеким купцом, уезжает в Новый завод, чувствует себя чужой, разочарована, одиночна, потеряла радость после смерти Никона, предана семье, пытается спасти Леонида.
  • Карпушка — Простой рабочий, выполняет работу, получает признание от Федота, работает над механизмами завода, часто пьёт, проявляет странное поведение.
  • Никон — Брат Федота, старший брат Гордеевых, обладает европейским образованием, но не понимает местных порядков, работает в шахте, часто опаздывает, вызывает недовольство Федота.
  • Леонид — Младший брат Гордеевых, молодой, неуверенный, следует указаниям Федота, проявляет признаки болезни, в итоге умирает от паралича.
  • Пелагея — Молчаливая немка, следит за порядком, помогает жителям, живёт в доме, влияние на других неясно.
  • Брукс — Грубо, гордый, умный, играет в преферанс с Федотом и немкой, пришёл вместо Никона, работает механиком.
  • Поп Евстигней — Прибывает в дом, чтобы помочь разобраться в семейных проблемах, но остаётся молчаливым.
  • Амалия Карловна — Немка, приходит в дом, вызывает смех и недоумение, символизирует чуждость.

Цитаты

  • Шесть часов отбило на пожарной?
  • Я вас в бараний рог согну, нехристи!
  • «Ничего, для первого разу достаточно, Феюшка… Носи – не потеряй. Разнес я этих прохвостов во как… Нарродец!»
  • «Тебе-то какая печаль? – успокаивала мужа Амфея Парфеновна. – Ежели он не хочет покориться, так и пеняй на себя…"
  • «Пока особенного еще ничего не случилось, но ее беспокоило поведение Наташи. С бабой творилось что-то неладное…»
  • «Пробовал было сопротивляться, но из этого ничего не вышло, – старуха была непреклонна.»

Сводка по автору из Wikidata

1852–1912. Дми́трий Нарки́сович Ма́мин-Сибиря́к. сибирский и русский писатель

Читать онлайн

Страница 20 из 23

Раз летом все отправились в поле. Поп с попадьей, Никон, Леонид с Карпушкой – все поехали. Верстах в трех от завода был казенный поповский покос с медовым ключиком и рыбною горною речкою. Поп захватил с собой бредень, чтобы устроить уху из живых харюзов. День был отличный, светлый, жаркий. А в лесу стояла настоящая благодать. Карпушка первым делом соорудил костер, чтобы дымом отогнать лесной овод. Попадья занялась устройством соответствующей закуски и выпивки. Леонид лежал на траве, закинув руки за голову. Когда поп с Карпушкой скрылись в кустах с бреднем, попадья совсем развеселилась и, забыв всякую осторожность, проговорила:

– Никон Зотыч, пойдемте землянику брать.

– Что же, пойдемте, – равнодушно согласился Никон.

Леонид остался у костра, а Никон с попадьей пошли в лес. Она сейчас же спохватилась, что как будто неладно сделала, но из непонятного упрямства не хотела вернуться. Да и было очень смешно, как близорукий Никон ползал на коленях, отыскивая в траве спелую ягоду. Попадья так и заливалась неудержимым хохотом, помыкая своим спутником, точно ручным медведем. Она была одета в летнее ситцевое платье и в простой платочек на голове. От жары лицо попадьи раскраснелось, и она сняла даже платок.

– Вон там ягоды, – указывала она ползавшему Никону. – Эх, ничего вы не видите у себя под носом. Слепой курице все – пшеница.

Расшалившись, попадья наклонилась к Никону, показывая ягоды, но в это время ее схватили две сильных руки, так что она не успела даже вскрикнуть.

– Никон, ради бога, отпусти… – шептала попадья, изнемогая в неравной борьбе. – Голубчик… Никон…

Прежнего Никона не было, – он потерял свою голову, а попадья свои песни и беззаботное веселье. Когда поп с Карпушкой вернулись с добычи, попадья и Никон сидели у костра и смотрели в разные стороны. Лов был удачный, и хохлатый поп торжествовал. Леонид попрежнему лежал, уткнув лицо в траву, точно раздавленный.

– Эх, жисть! – ругался Карпушка, недовольный общим невеселым настроением. – Не ко времю мы с тобой, поп, харюзов-то наловили. Омморошные какие-то…

С горя Карпушка напился влоск, так что его увезли домой пластом.

На другой день попадья не показывалась совсем: она лежала на своей двуспальной кровати и горько плакала. На третий день она вышла, когда Никон был один, и сказала:

– Никон Зотыч, грешно вам… да, грешно. Што вы со мною сделали? Я была честная жена попу, а теперь как я ему в глаза-то буду глядеть? Грешно вам, Никон Зотыч.

– Я вас люблю, Капитолина Егоровна, – ответил Никон. – С первого раза полюбил.

– А я не люблю вас.

Никон выпрямился, взглянул на попадью испуганными глазами и пробормотал:

– Зачем же вы… мне казалось…

– Нет, не люблю! – повторила настойчивая попадья. – Вот пойду и повинюсь во всем попу, а вы уезжайте, куда глаза глядят. Мой грех, мой и ответ…

– Куда же я пойду? – беспомощно спросил Никон.

– Ах, господи! – взмолилась попадья, ломая руки. – Да уйдите вы от меня: тошно мне глядеть.

Никон помолчал, пожевал губами и спросил в последний раз:

– И только, Капитолина Егоровна?

– И только, Никон Зотыч.

Он круто повернулся, нахлобучил шапку на глаза и вышел. Больше Капитолина Егоровна так его и не видала. Как на грех вечером пригнала Наташа и по лицу попадьи сразу догадалась, что случилось что-то важное. Она повела дело политично и не заговорила сразу о главном, а целый вечер болтала разные пустяки. Только уже в конце она спросила:

– А где Никон Зотыч?

– Кто его знает, куда он ушел: взял шапку и пошел, – ответила попадья, пряча виновато глаза, – меня он не спрашивается… Я ему сегодня от квартиры отказала. Надоели мне эти басурманы хуже горькой редьки.

Наташа только сжала губы, как делала мамынька Амфея Парфеновна в трудных случаях. За последнее время она сильно изменилась – похудела, осунулась, присмирела. Очень уж тошно ей жилось: дома – на свет белый не смотрела бы, а приехала в Новый завод – того хуже. Ни свету, ни радости, когда бунтует каждая жилка и молодое сердце обливается горячею кровью.

А Никон ушел на фабрику и там ходил из корпуса в другой. Работы по перестройке и ремонту приходили к концу, и он осмотрел все, как делал каждый день. Только обедать он домой не пошел, а закусил тут же, в меховом корпусе, вместе с рабочими. К вечеру и работа вся была кончена, а Никон все не уходил из фабрики. Он ушел в кричный корпус, присел на лавочку к уставщику и смотрел, как работают новозаводские мастера, вытягивая железные полосы. А работали новозаводские мастера ловко. Кричное производство было поставлено искони, как построена фабрика. Никон сидел и смотрел на ярко пылавшие горна, на добела накаленные полосы железа, на суетившихся рабочих, а в голове стучали свои молота, выковывая одну роковую мысль:

«Не люблю, не люблю, не люблю!»

Огнем горело сердце Никона, и чувствовал он, как сделался самому себе чужим человеком.

Из кричного корпуса Никон несколько раз уходил в меховой, – придет, остановится против мехов и смотрит, как машина набирает с подавленным шипеньем воздух. Два громадных цилиндра, положенных горизонтально, работали отлично. Поршень, приводимый в движение водяным колесом, вдвигался и выдвигался с эластическою легкостью; заслонки раскрывались и закрывались без малейшего шума, хотя от этой работы дрожали стены нового корпуса. Все было пригнано с математическою точностью, и Никон любовался новою машиной глазом знатока. Мальчик-машинист вертелся около него с паклей в руках, ожидая приказаний.

– Ты что тут суешься? – спросил Никон, заметив его, наконец.

– А так, Никон Зотыч… Я при машине. Машинист вышел, так я за него.

– Молодец!

В это время в меховой корпус, пошатываясь, ворвался Карпушка. Он еле держался на ногах.

– Никон Зотыч… родимый… она там, – бормотал Карпушка, указывая рукою на плотину. – Она ждет.

Никон весь вздрогнул и дикими глазами посмотрел на пьяного Карпушку.

– Кто она? – тихо спросил он, чувствуя, как у него сводит губы.

– Да все она же, Наталья Федотовна… Наказала вас вызвать туды на плотину. Словечко, грит, надо сказать.

– А… хорошо, – протянул Никон, щупая свою голову. – Скажи, что я сейчас.

– Так и сказать, Никон Зотыч?

– Так и скажи.

– Так я тово…

– Убирайся, болван!

Карпушку вынесло из мехового корпуса точно ветром.

Пока он расслабленною, пьяною походкой переходил фабричный двор и поднимался по крутой деревянной лестнице на плотину, где его ждала Наташа, Никон успел еще раз пережить всю свою неудачную жизнь. Да, он все пережил – и свои гордые мечты, и окружавшую его тьму, и пустоту, наполнявшую его душу. Потом он выпрямился, застегнул на все пуговицы рабочую куртку и выслал мальчика-машиниста в слесарную. Когда мальчик вернулся, то увидел ужасную картину: Никон на коленях стоял у мехового цилиндра, а голова была раздавлена работавшим поршнем.

Как это случилось – осталось неизвестным. Никон мог попасть головой в цилиндр нечаянно, поправляя какую-нибудь гайку, а могло быть и не так… Знали о последнем только новозаводская попадья да Наташа – и больше никто.

Страница 20 из 23

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее