Удобнее читать в приложении
Дата написания1908-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
СерияБиблиотека всемирной литературы
Возрастное ограничение12+
Описание
Пьеса «Анатэма» Леонида Николаевича Андреевича, ставшая объектом цензуры в начале 20 века, повествует о поиске богоподобия главной героини и о трагическом падении богатого еврея Давида Лейзера, чьи попытки щедрости приводят к общественному конфликту.
Главный конфликт / проблема
Стремление Анатэмы открыть врата к Великому Разуму и попытка Давида Лейзера выполнить обещания щедрости, что приводит к общественному конфликту и трагическому падению.
Ключевые идеи
- Театральная премьера как культурное событие
- Влияние политической цензуры на искусство
- Врата и страж как символы границы между миром и Великим Разумом
- Желание Анатэма стать богом и поиск смысла в богатстве и щедрости
- Конфликт между материальным богатством и духовной ценностью
- Давид Лейзер пытается помочь бедным, но не имеет средств
- Обвинения в нечестности и требование чудес приводят к его падению
- Трагический конец символизирует разрушение веры и надежды
- Публикация пьесы как отдельного издания и в зарубежном издании
- Премьера и исполнение в Московском Художественном театре
- Запрет постановки со стороны П. А. Столыпина
Вывод
Книга приводит к выводу, что истинная власть и богоподобие заключаются в щедрости, а человеческая слабость приводит к трагическим последствиям.
Кому полезна
- Люди, интересующиеся русской драматургией и историей театра
- Историки и критики, изучающие политическую цензуру начала 20 века
- Общая аудитория, ценящая глубокие моральные и социальные темы
Главные темы
- Богоподобие и щедрость
- Политическая цензура и общественная реакция
Персонажи
- Анатэма — Персонаж, центральный для сюжета пьесы. Серый, задумчивый, стремится открыть врата к Великому Разуму и стать богом, но сталкивается с сомнениями и реальностью щедрости. Показывает Давиду путь к спасению, но его слова часто противоречивы и путают героя.
- Давид Лейзер — Персонаж, возможно, владелец бизнеса. Обладает огромными средствами, решает раздать их бедным, символизирует материальное богатство. Старый еврей, страдающий от финансовых трудностей и внутренней борьбы, стремится выполнить обещания, но не может, что приводит к обвинениям и угрозам.
- Сура — Супруга главного персонажа. Старая еврейка, переживает утраты и заботится о семье. Сообщает о толпе и приносит младенца, чтобы Давид мог выполнить просьбу.
- Наум — Детский персонаж, часть семейной драмы. Болезненный, стремится к жизни, хочет танцевать.
- Роза — Детский персонаж, часть семейной драмы. Красивая, но бедная, ищет признание.
- Абрам Хессин — Персонаж, возможно, бедный. Получил одну копейку от Давида, что вызывает недовольство и обвинения.
- Некто — Персонаж, отвечающий за контроль доступа к сцене, ограниченный камень, молчаливый, символизирует непроницаемую границу между миром и Великим Разумом.
- Иван Бескрайний — Персонаж, занимающийся торговлей.
- Сонка Цитрон — Персонаж, занимающийся торговлей.
- Пурикес — Персонаж, занимающийся торговлей.
- Учитель танцев — Персонаж, проводящий занятия танцами.
- Шарманщик — Персонаж, играющий на шарманке.
Цитаты
- Премьера пьесы состоялась на сцене Московского Художественного театра 2 октября 1909 г.
- Постановка запрещена лично П. А. Столыпиным специальным циркуляром от 9 января 1910 г.
- Ты не смеешь? Но, быть может, разошлись от старости могучие врата, и в узенькую щель, никого не тревожа, сможет заглянуть несчастный, честный Анатэма – укажи ее знаком.
- Всякий, сказавший слово: любовь, – солгал. Всякий, сказавший слово: разум, – солгал. И даже тот, кто произнес имя: бог, – солгал.
- "Я не могу, Нуллюс, у меня нет ничего. Я старый больной человек, и у него нет ничего."
- "Смертный младенец, которого Сура приносит, чтобы Давид мог его воскресить."
- Запрещена к постановке лично П. А. Столыпиным специальным циркуляром от 9 января 1910 г.
Сводка по автору из Wikidata
1871–1919. 列昂尼德·尼古拉耶维奇·安德列耶夫. российский прозаик, драматург, публицист (1871—1919)
Читать онлайн
Страница 3 из 23Вторая картина
На юге, летний знойный полдень. Широкая дорога на выезде из большого людного города. Начинаясь от левого угла сцены, дорога наискось пересекает ее и в глубине круто заворачивает вправо. Два высоких, старинной постройки, каменных столба, оббитых и покосившихся, обозначают границу города. По эту сторону городской черты, у правого столба, заброшенная, старая, когда-то желтая караульня, с обвалившейся штукатуркой и наглухо забитыми окнами; по краям же дороги несколько маленьких, сколоченных из дрянного леса лавчонок, отделенных друг от друга узенькими проходами, – в отчаянной, бессильной борьбе за существование лавчонки бестолково налезают одна на другую.
Торгуют они всякою мелочью: леденцами, семечками, дрянною колбасой, селедками; у каждой небольшой грязный прилавок, сквозь который эффектно проходит труба с двумя кранами – из одного течет содовая вода, стакан стоит копейка, из другого – сельтерская. Одна из лавчонок принадлежит Давиду Лейзеру, остальные – греку Пурикесу, молодой еврейке Сонке Цитрон и русскому Ивану Бескрайнему, который, помимо торговли, чинит также обувь и заливает калоши; он же единственный торгует «настоящим боярским» квасом.
Солнце жжет беспощадно, и несколько небольших деревьев со свернувшимися от жары листьями тоскуют о дожде; и безлюдно на пыльной дороге. За столбами, где дорога сворачивает вправо, высокий обрыв – куда-то вниз сбегают пыльные кроны редких деревьев. И, охватывая весь горизонт, дымно-синею полосою раскинулось море и спит глубоко в зное и солнечном блеске. У своей лавчонки сидит Сура, жена Давида Лейзера, старая еврейка, измученная жизнью. Чинит какие-то лохмотья и скучно переговаривается с другими торговцами.
Сура. Никто не покупает. Никто не пьет содовой воды, никто не покупает семечек и прекрасных леденцов, которые сами тают во рту.
Пурикес (как эхо). Никто не покупает.
Сура. Можно подумать, что все люди умерли только для того, чтобы ничего не покупать. Можно подумать, что во всем мире мы только одни с нашими магазинами – во всем мире только одни.
Пурикес (как эхо). Только одни.
Бескрайний. Солнце сожгло покупателей – одни торговцы остались.
Молчание. Слышен тихий плач Сонки.
Ты, Сонка, купила вчера курицу. Разве ты убила кого-нибудь или ограбила, что можешь покупать кур? И если ты такая богатая и прячешь деньги, то зачем ты торгуешь и мешаешь нам жить? Пурикес (как эхо). Мешаешь нам жить.
Бескрайний. Сонка, я тебя спрашиваю – правда, что ты вчера купила курицу? Не лги, я знаю это от достоверных людей.
Сура. Когда еврей покупает курицу, то или еврей болен, или курица больна. У Сонки Цитрон умирает сын; вчера он начал умирать и сегодня кончит – он живучий мальчик и умирает долго.
Бескрайний. Зачем же она пришла сюда, если у нее умирает сын?
Сура. Затем, что нужно торговать.
Пурикес. Нужно торговать.
Сура. Вчера мы не кушали, ждали сегодняшнего дня, и сегодня мы не будем кушать в ожидании, что наступит завтра и принесет нам покупателей и счастье. Счастье! Кто знает, что такое счастье? Все люди равны перед богом, а один торгует на две копейки, другой же на тридцать. И один всегда на тридцать, а другой всегда на две, и никто не знает, за что дается счастье человеку.
Бескрайний. Прежде я торговал на тридцать, а теперь торгую на две.
Прежде у меня не было боярского кваса, теперь же есть боярский квас, а торгую я на две копейки. Счастье переменчиво.
Пурикес. Счастье переменчиво.
Сура. Вчера пришел сын мой Наум и спрашивает: «Мама, где отец?» И я ему сказала: «Зачем тебе знать, где отец? Давид Лейзер, твой отец, больной и несчастный человек, который скоро должен умереть; и он ходит на берег моря, чтобы в одиночестве беседовать с богом о своей судьбе. Не тревожь отца, он скоро должен умереть, – лучше мне скажи, что хочешь сказать». И так ответил Наум: «Так вот что я говорю тебе, мама, – я начинаю умирать, мама!»
Так ответил Наум. Когда же вернулся Давид Лейзер, мой старый муж, я сказала ему: «Ты все еще тверд в непорочности твоей? Похули бога и умри. Ибо уже начинает умирать сын твой Наум».
Пурикес (вдруг озирается испуганно). А что… А что, если люди совсем перестанут покупать?
Сура (пугаясь). Как совсем?
Пурикес (с возрастающим страхом). Так, вдруг люди совсем перестанут покупать. Что же нам делать тогда?
Бескрайний (тревожно). Как это может быть, чтобы люди совсем перестали покупать? Этого не может быть!
Сура. Этого не может быть.
Пурикес. Нет, может быть! Вдруг все перестанут покупать.
Все охвачены ужасом; даже Сонка перестала плакать и, бледная, озирает испуганными черными глазами пустынную дорогу. Беспощадно жжет солнце.
Вдали, на повороте, показывается Анатэма.
Сонка. Покупатель! (Снова плачет.)
Анатэма подходит ближе. На нем, несмотря на жару, черный сюртук из тонкого сукна, черный цилиндр, черные перчатки; только белеет галстук, придавая всему костюму вид торжественности и крайней благопристойности. Он высок ростом и, при седых волосах, строен и прям. Лицо преданного заклятию серовато-смуглого цвета, очертаний строгих и по-своему красивых; когда Анатэма снимает цилиндр, открывается огромный лоб, изрезанный морщинами, и несоразмерно большая голова с исчерна-седыми вздыбившимися волосами. Столь же уродливой чертою, как и чудовищно большой лоб, является шея Анатэмы:
жилистая и крепкая, она слишком тонка и длинна, и в нервных подергиваниях и изгибах своих носит голову, как тяжесть, делает ее странно-любопытной, беспокойной и опасной.
Сура. Не хотите ли стакан содовой воды, господин? Жара такая, как в аду, и если не пить, то можно умереть от солнечного удара.
Бескрайний. Настоящий боярский квас!
Пурикес. Фиалковая вода! Боже мой, фиалковая вода!
Сура. Содовая, сельтерская!
Бескрайний. Не пейте ее содовой воды, – от ее воды дохнут крысы и тараканы становятся на дыбы.
Сура. Как вам не стыдно, Иван, отбивать покупателя-я же ничего не говорю о вашем боярском квасе, который могут пить только бешеные собаки.
Пурикес (радостно). Покупатель! Покупатель! Пожалуйста, ничего не покупайте у меня, мне даже не нужно, чтобы вы у меня покупали, – мне нужно, чтобы я видел вас. Сонка, ты видишь – покупатель!
Сонка. Я не вижу. Я не могу видеть.
Анатэма снимает цилиндр, любезно кланяясь всем.
Анатэма. Благодарю вас. Я с удовольствием выпью стакан содовой воды и, быть может, даже стакан боярского квасу. Но мне хотелось бы знать, где здесь торговля Давида Лейзера?
Сура (удивленно). Здесь. Вам нужен Давид-а я его жена, Сура.
Анатэма. Да, госпожа Лейзер, мне нужно видеть Давида, Давида Лейзера.
Сура (подозрительно). Вы пришли сказать что-нибудь плохое: у Давида нет друзей, которые носили бы платье из такого тонкого сукна. Тогда уходите лучше – Давида нет, и я не скажу вам, где он.
Анатэма (сердечно). О, нет, не беспокойтесь, сударыня: я ничего не принес дурного. Но как приятно видеть такую любовь – вы очень любите вашего мужа, госпожа Лейзер? Вероятно, он очень сильный и здоровый человек и зарабатывает много денег?
Вам также может понравиться
{"page":{"canonicalUrl":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq","pageTitle":"Анатэма (Леонид Николаевич Андреев) — полный текст, краткое содержание, анализ и герои","metaDescription":"Полный текст книги «Анатэма». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","headingTitle":"«Анатэма». Читать бесплатно онлайн","headingSubtitle":"Леонид Николаевич Андреев","structuredData":[{"@context":"https://schema.org","@type":"BreadcrumbList","@id":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq#breadcrumb","itemListElement":[{"@type":"ListItem","position":1,"name":"BookRa","item":"https://bookra.app/"},{"@type":"ListItem","position":2,"name":"русская классика","item":"https://bookra.app/genre/5297"},{"@type":"ListItem","position":3,"name":"Анатэма","item":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq"}]},{"@context":"https://schema.org","@type":"WebPage","@id":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq","url":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq","name":"«Анатэма». Читать бесплатно онлайн","description":"Полный текст книги «Анатэма». А также краткое содержание, главные мысли, конфликт, темы, персонажи, цитаты и ответы на вопросы.","breadcrumb":{"@id":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq#breadcrumb"},"mainEntity":{"@id":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq#work"},"primaryImageOfPage":{"@type":"ImageObject","url":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/1fdfca0f-ffd3-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp"}},{"@context":"https://schema.org","@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq#work","name":"Анатэма","url":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq","description":"Пьеса «Анатэма» Леонида Николаевича Андреевича, ставшая объектом цензуры в начале 20 века, повествует о поиске богоподобия главной героини и о трагическом падении богатого еврея Давида Лейзера, чьи попытки щедрости приводят к общественному конфликту.","image":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/1fdfca0f-ffd3-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","inLanguage":"ru","genre":["русская классика","пьесы и драматургия"],"sameAs":["https://litres.ru/book/leonid-andreev/anatema-172425/"],"author":[{"@type":"Person","@id":"https://bookra.app/author/baf3118d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7#person","name":"Леонид Николаевич Андреев","url":"https://bookra.app/author/baf3118d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","sameAs":["https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B5%D0%B5%D0%B2%2C_%D0%9B%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%B4_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87","https://www.wikidata.org/wiki/Q310866"]}],"about":[{"@type":"Thing","name":"русская классика"},{"@type":"Thing","name":"пьесы и драматургия"},{"@type":"Thing","name":"чтение онлайн"},{"@type":"Thing","name":"саммари"},{"@type":"Thing","name":"AI-разбор"},{"@type":"Thing","name":"персонажи"},{"@type":"Thing","name":"цитаты"}],"workExample":{"@type":"Book","@id":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq#edition","url":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq","bookFormat":"https://schema.org/EBook","inLanguage":"ru","sameAs":["https://litres.ru/book/leonid-andreev/anatema-172425/"],"isAccessibleForFree":true,"potentialAction":{"@type":"ReadAction","name":"Читать бесплатно онлайн «Анатэма»","target":{"@type":"EntryPoint","urlTemplate":"https://bookra.app/books/4dUB6Rpq","actionPlatform":["https://schema.org/DesktopWebPlatform"]},"expectsAcceptanceOf":{"@type":"Offer","category":"nologinrequired"}}}}],"book":{"idCatalog":786268,"shortId":"4dUB6Rpq","title":"Анатэма","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/1fdfca0f-ffd3-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/1200.webp","annotationText":"Пронзительная, глубокая и ошеломляющая проза Леонида Андреева (1871—1919) – невероятно популярного русского писателя начала XX века – погружает читателя в глубокие омуты вечных вопросов жизни и смерти, добра и зла, истины и заблуждения. Проблемы бытия, морали, соотношения сознательного и бессознательного в человеке освещались писателем остро и неоднозначно. Почти каждое произведение, созданное Леонидом Андреевым, становилось литературным и общественным событием не только в русской, но и в мировой литературе и драматургии.","catalogType":"PUBLIC_DOMAIN","catalogTypeLabel":"Общественное достояние","authorLine":"Леонид Николаевич Андреев","authors":[{"id":"baf3118d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","displayName":"Леонид Николаевич Андреев","protectedUrl":"/author/baf3118d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","wikipediaUrl":"https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BD%D0%B4%D1%80%D0%B5%D0%B5%D0%B2%2C_%D0%9B%D0%B5%D0%BE%D0%BD%D0%B8%D0%B4_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D0%B2%D0%B8%D1%87","wikidataUrl":"https://www.wikidata.org/wiki/Q310866"}],"genres":[{"id":5297,"title":"русская классика","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5297"},{"id":5266,"title":"пьесы и драматургия","token":null,"publicUrl":"https://bookra.app/genre/5266"}],"keywords":[],"facts":[{"key":"dateWritten","label":"Дата написания","value":"1908-12-31"},{"key":"bookLanguage","label":"Язык книги","value":"ru"},{"key":"sourceLanguage","label":"Язык оригинала","value":"0"},{"key":"series","label":"Серия","value":"Библиотека всемирной литературы"},{"key":"adult","label":"Возрастное ограничение","value":"12+"}],"seoSections":[{"key":"summaryShort","title":"Описание","body":"Пьеса «Анатэма» Леонида Николаевича Андреевича, ставшая объектом цензуры в начале 20 века, повествует о поиске богоподобия главной героини и о трагическом падении богатого еврея Давида Лейзера, чьи попытки щедрости приводят к общественному конфликту."},{"key":"conflict","title":"Главный конфликт / проблема","body":"Стремление Анатэмы открыть врата к Великому Разуму и попытка Давида Лейзера выполнить обещания щедрости, что приводит к общественному конфликту и трагическому падению."},{"key":"keyIdeas","title":"Ключевые идеи","body":["Театральная премьера как культурное событие","Влияние политической цензуры на искусство","Врата и страж как символы границы между миром и Великим Разумом","Желание Анатэма стать богом и поиск смысла в богатстве и щедрости","Конфликт между материальным богатством и духовной ценностью","Давид Лейзер пытается помочь бедным, но не имеет средств","Обвинения в нечестности и требование чудес приводят к его падению","Трагический конец символизирует разрушение веры и надежды","Публикация пьесы как отдельного издания и в зарубежном издании","Премьера и исполнение в Московском Художественном театре","Запрет постановки со стороны П. А. Столыпина"]},{"key":"conclusion","title":"Вывод","body":"Книга приводит к выводу, что истинная власть и богоподобие заключаются в щедрости, а человеческая слабость приводит к трагическим последствиям."},{"key":"audience","title":"Кому полезна","body":["Люди, интересующиеся русской драматургией и историей театра","Историки и критики, изучающие политическую цензуру начала 20 века","Общая аудитория, ценящая глубокие моральные и социальные темы"]},{"key":"topics","title":"Главные темы","body":["Богоподобие и щедрость","Политическая цензура и общественная реакция"]},{"key":"characters","title":"Персонажи","body":["Анатэма — Персонаж, центральный для сюжета пьесы. Серый, задумчивый, стремится открыть врата к Великому Разуму и стать богом, но сталкивается с сомнениями и реальностью щедрости. Показывает Давиду путь к спасению, но его слова часто противоречивы и путают героя.","Давид Лейзер — Персонаж, возможно, владелец бизнеса. Обладает огромными средствами, решает раздать их бедным, символизирует материальное богатство. Старый еврей, страдающий от финансовых трудностей и внутренней борьбы, стремится выполнить обещания, но не может, что приводит к обвинениям и угрозам.","Сура — Супруга главного персонажа. Старая еврейка, переживает утраты и заботится о семье. Сообщает о толпе и приносит младенца, чтобы Давид мог выполнить просьбу.","Наум — Детский персонаж, часть семейной драмы. Болезненный, стремится к жизни, хочет танцевать.","Роза — Детский персонаж, часть семейной драмы. Красивая, но бедная, ищет признание.","Абрам Хессин — Персонаж, возможно, бедный. Получил одну копейку от Давида, что вызывает недовольство и обвинения.","Некто — Персонаж, отвечающий за контроль доступа к сцене, ограниченный камень, молчаливый, символизирует непроницаемую границу между миром и Великим Разумом.","Иван Бескрайний — Персонаж, занимающийся торговлей.","Сонка Цитрон — Персонаж, занимающийся торговлей.","Пурикес — Персонаж, занимающийся торговлей.","Учитель танцев — Персонаж, проводящий занятия танцами.","Шарманщик — Персонаж, играющий на шарманке."]},{"key":"quotes","title":"Цитаты","body":["Премьера пьесы состоялась на сцене Московского Художественного театра 2 октября 1909 г.","Постановка запрещена лично П. А. Столыпиным специальным циркуляром от 9 января 1910 г.","Ты не смеешь? Но, быть может, разошлись от старости могучие врата, и в узенькую щель, никого не тревожа, сможет заглянуть несчастный, честный Анатэма – укажи ее знаком.","Всякий, сказавший слово: любовь, – солгал. Всякий, сказавший слово: разум, – солгал. И даже тот, кто произнес имя: бог, – солгал.","\"Я не могу, Нуллюс, у меня нет ничего. Я старый больной человек, и у него нет ничего.\"","\"Смертный младенец, которого Сура приносит, чтобы Давид мог его воскресить.\"","Запрещена к постановке лично П. А. Столыпиным специальным циркуляром от 9 января 1910 г."]}],"authorSummary":{"key":"authorSummary","title":"Сводка по автору из Wikidata","body":"1871–1919. 列昂尼德·尼古拉耶维奇·安德列耶夫. российский прозаик, драматург, публицист (1871—1919)"},"hasArtifacts":true,"canReadInApp":true,"readUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=r_786268","artifactsUrl":"https://web.bookra.app/?startapp=b_786268","readCtaLabel":"Читать бесплатно","artifactsCtaLabel":"AI-разбор","appReadLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=r_786268","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=r_786268","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=r_786268","web":"https://web.bookra.app/?startapp=r_786268"},"appAnalysisLinks":{"tg":"https://t.me/bookra_lib_bot/BookRa?startapp=b_786268","vk":"https://vk.com/app54470698#startapp=b_786268","max":"https://max.ru/id7751370047_bot?startapp=b_786268","web":"https://web.bookra.app/?startapp=b_786268"},"guestReaderUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=3#reader-content","authorCtaLabel":"Все книги автора","authorProtectedUrl":"/author/baf3118d-2a83-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","readersCount":104,"adultLabel":"12+","yearLabel":"2007","datePublished":null,"publisherLabel":null,"isbn":null,"oclc":null,"lccn":null,"partnerUrl":null,"accessNote":"Полный текст книги и AI-разбор откроются на защищенных страницах BookRa после входа."},"reader":{"page":3,"totalPages":23,"hasPrev":true,"hasNext":true,"prevPageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=2#reader-content","nextPageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=4#reader-content","progressLabel":"Страница 3 из 23","sections":[{"id":"id37:0","kind":"heading","text":"Вторая картина"},{"id":"id37:1","kind":"paragraph","text":"На юге, летний знойный полдень. Широкая дорога на выезде из большого людного города. Начинаясь от левого угла сцены, дорога наискось пересекает ее и в глубине круто заворачивает вправо. Два высоких, старинной постройки, каменных столба, оббитых и покосившихся, обозначают границу города. По эту сторону городской черты, у правого столба, заброшенная, старая, когда-то желтая караульня, с обвалившейся штукатуркой и наглухо забитыми окнами; по краям же дороги несколько маленьких, сколоченных из дрянного леса лавчонок, отделенных друг от друга узенькими проходами, – в отчаянной, бессильной борьбе за существование лавчонки бестолково налезают одна на другую."},{"id":"id37:2","kind":"paragraph","text":"Торгуют они всякою мелочью: леденцами, семечками, дрянною колбасой, селедками; у каждой небольшой грязный прилавок, сквозь который эффектно проходит труба с двумя кранами – из одного течет содовая вода, стакан стоит копейка, из другого – сельтерская. Одна из лавчонок принадлежит Давиду Лейзеру, остальные – греку Пурикесу, молодой еврейке Сонке Цитрон и русскому Ивану Бескрайнему, который, помимо торговли, чинит также обувь и заливает калоши; он же единственный торгует «настоящим боярским» квасом."},{"id":"id37:3","kind":"paragraph","text":"Солнце жжет беспощадно, и несколько небольших деревьев со свернувшимися от жары листьями тоскуют о дожде; и безлюдно на пыльной дороге. За столбами, где дорога сворачивает вправо, высокий обрыв – куда-то вниз сбегают пыльные кроны редких деревьев. И, охватывая весь горизонт, дымно-синею полосою раскинулось море и спит глубоко в зное и солнечном блеске. У своей лавчонки сидит Сура, жена Давида Лейзера, старая еврейка, измученная жизнью. Чинит какие-то лохмотья и скучно переговаривается с другими торговцами."},{"id":"id37:4","kind":"paragraph","text":"Сура. Никто не покупает. Никто не пьет содовой воды, никто не покупает семечек и прекрасных леденцов, которые сами тают во рту."},{"id":"id37:5","kind":"paragraph","text":"Пурикес (как эхо). Никто не покупает."},{"id":"id37:6","kind":"paragraph","text":"Сура. Можно подумать, что все люди умерли только для того, чтобы ничего не покупать. Можно подумать, что во всем мире мы только одни с нашими магазинами – во всем мире только одни."},{"id":"id37:7","kind":"paragraph","text":"Пурикес (как эхо). Только одни."},{"id":"id37:8","kind":"paragraph","text":"Бескрайний. Солнце сожгло покупателей – одни торговцы остались."},{"id":"id37:9","kind":"paragraph","text":"Молчание. Слышен тихий плач Сонки."},{"id":"id37:10","kind":"paragraph","text":"Ты, Сонка, купила вчера курицу. Разве ты убила кого-нибудь или ограбила, что можешь покупать кур? И если ты такая богатая и прячешь деньги, то зачем ты торгуешь и мешаешь нам жить? Пурикес (как эхо). Мешаешь нам жить."},{"id":"id37:11","kind":"paragraph","text":"Бескрайний. Сонка, я тебя спрашиваю – правда, что ты вчера купила курицу? Не лги, я знаю это от достоверных людей."},{"id":"id37:12","kind":"paragraph","text":"Сонка молчит и плачет."},{"id":"id37:13","kind":"paragraph","text":"Сура. Когда еврей покупает курицу, то или еврей болен, или курица больна. У Сонки Цитрон умирает сын; вчера он начал умирать и сегодня кончит – он живучий мальчик и умирает долго."},{"id":"id37:14","kind":"paragraph","text":"Бескрайний. Зачем же она пришла сюда, если у нее умирает сын?"},{"id":"id37:15","kind":"paragraph","text":"Сура. Затем, что нужно торговать."},{"id":"id37:16","kind":"paragraph","text":"Пурикес. Нужно торговать."},{"id":"id37:17","kind":"paragraph","text":"Сонка плачет."},{"id":"id37:18","kind":"paragraph","text":"Сура. Вчера мы не кушали, ждали сегодняшнего дня, и сегодня мы не будем кушать в ожидании, что наступит завтра и принесет нам покупателей и счастье. Счастье! Кто знает, что такое счастье? Все люди равны перед богом, а один торгует на две копейки, другой же на тридцать. И один всегда на тридцать, а другой всегда на две, и никто не знает, за что дается счастье человеку."},{"id":"id37:19","kind":"paragraph","text":"Бескрайний. Прежде я торговал на тридцать, а теперь торгую на две."},{"id":"id37:20","kind":"paragraph","text":"Прежде у меня не было боярского кваса, теперь же есть боярский квас, а торгую я на две копейки. Счастье переменчиво."},{"id":"id37:21","kind":"paragraph","text":"Пурикес. Счастье переменчиво."},{"id":"id37:22","kind":"paragraph","text":"Сура. Вчера пришел сын мой Наум и спрашивает: «Мама, где отец?» И я ему сказала: «Зачем тебе знать, где отец? Давид Лейзер, твой отец, больной и несчастный человек, который скоро должен умереть; и он ходит на берег моря, чтобы в одиночестве беседовать с богом о своей судьбе. Не тревожь отца, он скоро должен умереть, – лучше мне скажи, что хочешь сказать». И так ответил Наум: «Так вот что я говорю тебе, мама, – я начинаю умирать, мама!»"},{"id":"id37:23","kind":"paragraph","text":"Так ответил Наум. Когда же вернулся Давид Лейзер, мой старый муж, я сказала ему: «Ты все еще тверд в непорочности твоей? Похули бога и умри. Ибо уже начинает умирать сын твой Наум»."},{"id":"id37:24","kind":"paragraph","text":"Сонка плачет сильнее."},{"id":"id37:25","kind":"paragraph","text":"Пурикес (вдруг озирается испуганно). А что… А что, если люди совсем перестанут покупать?"},{"id":"id37:26","kind":"paragraph","text":"Сура (пугаясь). Как совсем?"},{"id":"id37:27","kind":"paragraph","text":"Пурикес (с возрастающим страхом). Так, вдруг люди совсем перестанут покупать. Что же нам делать тогда?"},{"id":"id37:28","kind":"paragraph","text":"Бескрайний (тревожно). Как это может быть, чтобы люди совсем перестали покупать? Этого не может быть!"},{"id":"id37:29","kind":"paragraph","text":"Сура. Этого не может быть."},{"id":"id37:30","kind":"paragraph","text":"Пурикес. Нет, может быть! Вдруг все перестанут покупать."},{"id":"id37:31","kind":"paragraph","text":"Все охвачены ужасом; даже Сонка перестала плакать и, бледная, озирает испуганными черными глазами пустынную дорогу. Беспощадно жжет солнце."},{"id":"id37:32","kind":"paragraph","text":"Вдали, на повороте, показывается Анатэма."},{"id":"id37:33","kind":"paragraph","text":"Сура. Покупатель!"},{"id":"id37:34","kind":"paragraph","text":"Пурикес. Покупатель!"},{"id":"id37:35","kind":"paragraph","text":"Сонка. Покупатель! (Снова плачет.)"},{"id":"id37:36","kind":"paragraph","text":"Анатэма подходит ближе. На нем, несмотря на жару, черный сюртук из тонкого сукна, черный цилиндр, черные перчатки; только белеет галстук, придавая всему костюму вид торжественности и крайней благопристойности. Он высок ростом и, при седых волосах, строен и прям. Лицо преданного заклятию серовато-смуглого цвета, очертаний строгих и по-своему красивых; когда Анатэма снимает цилиндр, открывается огромный лоб, изрезанный морщинами, и несоразмерно большая голова с исчерна-седыми вздыбившимися волосами. Столь же уродливой чертою, как и чудовищно большой лоб, является шея Анатэмы:"},{"id":"id37:37","kind":"paragraph","text":"жилистая и крепкая, она слишком тонка и длинна, и в нервных подергиваниях и изгибах своих носит голову, как тяжесть, делает ее странно-любопытной, беспокойной и опасной."},{"id":"id37:38","kind":"paragraph","text":"Сура. Не хотите ли стакан содовой воды, господин? Жара такая, как в аду, и если не пить, то можно умереть от солнечного удара."},{"id":"id37:39","kind":"paragraph","text":"Бескрайний. Настоящий боярский квас!"},{"id":"id37:40","kind":"paragraph","text":"Пурикес. Фиалковая вода! Боже мой, фиалковая вода!"},{"id":"id37:41","kind":"paragraph","text":"Сура. Содовая, сельтерская!"},{"id":"id37:42","kind":"paragraph","text":"Бескрайний. Не пейте ее содовой воды, – от ее воды дохнут крысы и тараканы становятся на дыбы."},{"id":"id37:43","kind":"paragraph","text":"Сура. Как вам не стыдно, Иван, отбивать покупателя-я же ничего не говорю о вашем боярском квасе, который могут пить только бешеные собаки."},{"id":"id37:44","kind":"paragraph","text":"Пурикес (радостно). Покупатель! Покупатель! Пожалуйста, ничего не покупайте у меня, мне даже не нужно, чтобы вы у меня покупали, – мне нужно, чтобы я видел вас. Сонка, ты видишь – покупатель!"},{"id":"id37:45","kind":"paragraph","text":"Сонка. Я не вижу. Я не могу видеть."},{"id":"id37:46","kind":"paragraph","text":"Анатэма снимает цилиндр, любезно кланяясь всем."},{"id":"id37:47","kind":"paragraph","text":"Анатэма. Благодарю вас. Я с удовольствием выпью стакан содовой воды и, быть может, даже стакан боярского квасу. Но мне хотелось бы знать, где здесь торговля Давида Лейзера?"},{"id":"id37:48","kind":"paragraph","text":"Сура (удивленно). Здесь. Вам нужен Давид-а я его жена, Сура."},{"id":"id37:49","kind":"paragraph","text":"Анатэма. Да, госпожа Лейзер, мне нужно видеть Давида, Давида Лейзера."},{"id":"id37:50","kind":"paragraph","text":"Сура (подозрительно). Вы пришли сказать что-нибудь плохое: у Давида нет друзей, которые носили бы платье из такого тонкого сукна. Тогда уходите лучше – Давида нет, и я не скажу вам, где он."},{"id":"id37:51","kind":"paragraph","text":"Анатэма (сердечно). О, нет, не беспокойтесь, сударыня: я ничего не принес дурного. Но как приятно видеть такую любовь – вы очень любите вашего мужа, госпожа Лейзер? Вероятно, он очень сильный и здоровый человек и зарабатывает много денег?"}],"toc":[{"id":"id311:0:1","label":"Annotation","page":1,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq#reader-content"},{"id":"id310:0:1","label":"Леонид Андреев Анатэма Трагическое представление в семи картинах","page":1,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq#reader-content"},{"id":"id39:0:1","label":"Лица, участвующие в представлении","page":1,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq#reader-content"},{"id":"id38:0:1","label":"Первая картина","page":1,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq#reader-content"},{"id":"id37:0:3","label":"Вторая картина","page":3,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=3#reader-content"},{"id":"id36:0:6","label":"Третья картина","page":6,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=6#reader-content"},{"id":"id35:0:11","label":"Четвертая картина","page":11,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=11#reader-content"},{"id":"id34:0:15","label":"Пятая картина","page":15,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=15#reader-content"},{"id":"id33:0:18","label":"Шестая картина","page":18,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=18#reader-content"},{"id":"id32:0:22","label":"Седьмая картина","page":22,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=22#reader-content"},{"id":"id31:0:23","label":"Комментарии","page":23,"pageUrl":"/books/4dUB6Rpq?page=23#reader-content"}]},"similarBooks":[{"idCatalog":671393,"shortId":"0NWHuoAt","title":"Горе от ума","authorLine":"Александр Сергеевич Грибоедов, Иван Александрович Гончаров, Литрес Классика","primaryAuthorId":"cebc5dce-2a93-102a-9ac3-800cba805322","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/6aa91805-530f-11f0-8ce3-0cc47af30fe4/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0NWHuoAt"},{"idCatalog":760340,"shortId":"1XBZqteM","title":"Дядя Ваня","authorLine":"Антон Павлович Чехов","primaryAuthorId":"b6dd292c-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/0555e21e-fd62-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1XBZqteM"},{"idCatalog":764108,"shortId":"0LzD2JJa","title":"Гроза","authorLine":"Александр Николаевич Островский","primaryAuthorId":"db299934-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/9f78a5bd-0230-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0LzD2JJa"},{"idCatalog":765766,"shortId":"3jecxlT2","title":"Маленькие трагедии","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d73eb8c3-d8d4-4514-ac29-9d37b8589937/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3jecxlT2"},{"idCatalog":788968,"shortId":"39TFS3yw","title":"Бесприданница","authorLine":"Александр Николаевич Островский","primaryAuthorId":"db299934-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/7139266a-0230-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/39TFS3yw"},{"idCatalog":763168,"shortId":"1syxa38s","title":"Вишневый сад","authorLine":"Антон Павлович Чехов","primaryAuthorId":"b6dd292c-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/6853cba9-fd61-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/1syxa38s"},{"idCatalog":760688,"shortId":"39r0eVza","title":"На дне","authorLine":"Максим Горький","primaryAuthorId":"f3b7ba03-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/19a26b95-02c1-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/39r0eVza"},{"idCatalog":790804,"shortId":"0TppC76I","title":"Борис Годунов","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/aa55bb28-fb43-102b-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/0TppC76I"},{"idCatalog":792161,"shortId":"3m8awweR","title":"Три сестры","authorLine":"Антон Павлович Чехов","primaryAuthorId":"b6dd292c-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/d0ca1d22-0b83-4ff6-97af-b9053e28b6fb/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/3m8awweR"},{"idCatalog":760743,"shortId":"2yXhk8jx","title":"Моцарт и Сальери","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/1c574bdc-0567-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/2yXhk8jx"},{"idCatalog":93459,"shortId":"273moGyH","title":"Таня. Жестокие игры","authorLine":"Алексей Николаевич Арбузов","primaryAuthorId":"6ac188ba-3283-11e2-bf4a-002590591dd6","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-litres-public/content/c9e7a2b1-e27a-11e3-a844-0025905a069a/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/273moGyH"},{"idCatalog":760483,"shortId":"4Rh5AyLp","title":"Скупой рыцарь","authorLine":"Александр Сергеевич Пушкин","primaryAuthorId":"fec2b083-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7","coverUrl":"https://storage.yandexcloud.net/bookra-catalog-pd-public/content/0d93e446-0567-102c-99a2-0288a49f2f10/thumbs/400.webp","publicUrl":"https://bookra.app/books/4Rh5AyLp"}],"similarBooksPagination":{"page":1,"pageSize":12,"totalItems":205,"totalPages":18,"hasPrev":false,"hasNext":true}},"notFound":false}