Загрузка...
История лейтенанта Ергунова — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

История лейтенанта Ергунова

Автор Иван Сергеевич Тургенев
12+32 читателей
Дата написания1867-12-31
Язык книгиru
Язык оригинала0
Возрастное ограничение12+

Описание

Рассказ о молодом лейтенанте флота Кузьме Васильевиче Ергунове, который, помогая плачущей девушке Эмилии Карловне, оказывается втянут в серию загадочных событий, связанных с таинственной фигурой Колибри и заговором, в то время как автор Тургенев описывает процесс создания и публикации произведения.

Главный конфликт / проблема

Сомнения лейтенанта в отношении Эмилии и загадочных событий, а также раскрытие заговоров и убийства, которые ставят под угрозу его жизнь и репутацию.

Ключевые идеи

  • Тургенев отвергает мистицизм, подчёркивая реальность и психологические задачи.
  • Лейтенант Ергунов проявляет доброту и офицерскую честь в повседневной жизни.
  • Тема запретной привязанности и социального разрыва между лейтенантом и рижскими дамами.
  • Символика загадочных предметов (узел, серебряные пуговицы, гитара, шербет) как маркеров тайны и интриги.
  • Смешение реальности и галлюцинаций в поведении Кузьмы Васильевича.
  • Тайный заговор, связанный с убийством и потерей денег.
  • Тургенев активно работал над рассказом с весны 1866 г. до февраля 1867 г., внося многочисленные правки и дополнения.
  • Черновые и белые автографы содержат исправления, которые подтверждаются различными источниками.
  • Публикация и переводы рассказа сопровождались критикой и автоцензурой.
  • Критика и отзывы влияли на дальнейшие правки и публикацию в сборнике сочинений.
  • Список источников и архивных фондов позволяет проследить процесс создания и распространения текста.
  • Перевод немецких выражений и их буквальные эквиваленты

Вывод

Книга приводит к пониманию того, как личные переживания героя переплетаются с более широкой сетью преступлений и как автор реагирует на критику, подчёркивая важность честного и внимательного подхода к литературному творчеству.

Кому полезна

  • Литературные критики
  • Студенты русской литературы
  • Читатели, интересующиеся творчеством Тургенева
  • Историки литературы

Главные темы

  • Переход из реальности в сон
  • Тайны и загадки вокруг Эмилии и Колибри
  • Расследование убийства и заговор
  • Процесс создания и публикации рассказа

Персонажи

  • Кузьма Васильевич Ергунов — Благоразумный, строгий офицер, служащий в Николаеве, который открывает для себя мир рижских дам и сталкивается с тайнами и загадками. Он избегает развлечений, проявляет доброту к плачущей девушке и пытается удержать контроль над ситуацией.
  • Эмилия Карловна — Обладает игривой и загадочной натурой, часто скрывает правду и держит лейтенанта в отдалении. Потеряла вещи, ищет помощи у лейтенанта, рассказывает о своей семье и кражах, и считается участницей заговоров.
  • Мадам Фритче — Старуха, живущая в квартире Эмилии, участвует в разговоре о кражах. Сдержанная и угрюмая, но иногда проявляет гостеприимство. Обеспечивает информацию о «Эмилии».
  • Колибри — Незнакомая девушка в белом платье, играет на гитаре и поёт на незнакомом языке, пьёт кофе и ведёт странные разговоры.
  • Фридерика Бенгель — Отправитель письма, раскрывающего заговор.
  • Иван Сергеевич Тургенев — Ведущий автор, который вносил правки, отвечал за публикацию и перевод, реагировал на критику.

Цитаты

  • Помилуйте, господин офицер, – начала она
  • Я служу в девятнадцатом черноморском экипаже, во флоте.
  • Adieu, Zuckerpüppchen!
  • Schlaf, mein Kindchen, schlafe!
  • Ко́либри, Ко́либри… Игрушечка!
  • Игрушечка!
  • «офицеру и дворянину» вместо «офицеру или дворянину» (по беловому автографу).
  • «Пользуюсь моим небольшим досугом и работаю с ожесточением; вчера провел 11 часов, – повторяю: одиннадцать часов, – за писанием. Я написал тот причудливый рассказ, о котором вам говорил и который принял более значительные размеры, нежели я предполагал сначала».
  • Прощай, душенька! Буквально: Прощай, сахарная куколка! (нем.)
  • …в тогда еще новом городе Николаеве… – Николаев был основан в 1789 г.

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. 伊万·谢尔盖耶维奇·屠格涅夫. русский писатель, поэт, публицист, драматург и переводчик (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 5 из 16

XI

Однажды, в самый развал лета, в полдень, Кузьма Васильевич, провозившись целое утро на солнце с подрядчиками и работниками, притащился измученный, разбитый к калитке слишком известного ему домика. Он постучался; его впустили. Он ввалился в так называемую гостиную и тотчас же прикорнул на диване. Эмилия подошла к нему и отерла платком его взмокший лоб.

– Как он устал, мой крошка! Как ему жарко! – проговорила она с соболезнованием. – Боже мой! хоть бы воротник расстегнул. Господи! Так душка и прыгает.

– Умаялся я, дружок, – простонал Кузьма Васильевич. – С утра на ногах, да на самом всё припеке. Беда! Домой хотел идти. Там опять эти аспиды, подрядчики! А у вас тут прохлада… кажется, соснул бы.

– Ну что же? Почивай, мой цыпленочек; здесь никто не мешает…

– Да совестно как будто…

– В-вот, что за совесть! Почивай. А я тебя буду… как это по-вашему?.. байбайкать. «Schlaf, mein Kindchen, schlafe!»[ 8] – запела она.

– Водицы бы сперва испить…

– Вот тебе стакан воды. Свежая! Как кристалл! Постой, я подушечку под голову положу… А вот это от мух.

Она закрыла ему лицо платком.

– Спасибо, купидончик… Я только так… вздремну маленько…

Кузьма Васильевич закрыл глаза и заснул немедленно.

– «Schlaf, mein Kindchen, schlafe!» – напевала Эмилия, покачиваясь из стороны в сторону и сама тихонько подсмеиваясь и песенке своей и своим движениям.

«Какое у меня большое дитя! – думала она. – Мальчик!»

XII

Часа через полтора лейтенант проснулся. Ему чудилось сквозь сон, как будто кто-то его трогает, наклоняется, дышит над ним. Он ощупался, сдернул платок. Эмилия стояла на коленях близехонько возле него; выражение ее лица показалось ему странным. Она тотчас же вскочила, отошла к окошку и спрятала что-то в карман.

Кузьма Васильевич потянулся.

– Однако ж я-таки всхрапнул лихо! – промолвил он зевая. – Поди-ка сюда, мэйне зюссе фрейлен![ 9]

Эмилия подошла к нему. Он проворно приподнялся, сунул руку в ее карман и достал небольшие ножницы.

– Ach, Herr Je![ 10] – невольно воскликнула Эмилия.

– Это… это ножницы? – пробормотал Кузьма Васильевич.

– Ну да, конечно. А ты что думал… пистолет? Ах, какое у тебя смешное лицо! Измято, как подушка, и волосы на затылке все кверху… И не смеется… Ах, ах! И глаза опухли… Ах!

Эмилия захохотала.

– Ну, будет, – проворчал Кузьма Васильевич и встал с дивана. – Будет зубы-то без толку скалить. Коли ничего умнее придумать не можешь, я ведь уйду… Я уйду, – повторил он, видя, что она не унимается.

Эмилия умолкла.

– Ну, полно, оставайся; я не стану… Только волосы поправить надо…

– Нет, что ж… Оставь! Я лучше уйду, – сказал Кузьма Васильевич и взялся за фуражку.

Эмилия надулась.

– Фуй, какой злой! Настоящий русский! Все русские злые! Вот он уходит. Фуй! Вчера мне пять рублей обещал, а сегодня ничего не дает и уходит.

– У меня с собой денег нет, – буркнул Кузьма Васильевич уже в дверях. – Прощай!

Эмилия посмотрела ему вслед и погрозилась пальцем.

– Денег нет! Слышите, слышите, что говорит! Ох, какие обманщики эти русские! Но погодите, мопс вы этакой… Тантушка, пожалуйте-ка сюда, я вам что скажу.

Вечером того же дня Кузьма Васильевич, ложась спать и раздеваясь, заметил, что в верхнем крае его кожаного пояса вершка на полтора распоролся шов. Как человек аккуратный, он тотчас достал иголку и нитку, навощил ее и сам зашил прореху, а впрочем, не обратил никакого внимания на это, по-видимому, ничтожное обстоятельство.

XIII

Весь следующий день Кузьма Васильевич посвятил служебным обязанностям; он не выходил из дому даже после обеда – и вплоть до ночи, в поте лица, строчил и переписывал набело рапорт к начальству, немилосердно путая буквы п и е, всякий раз ставя после «но» восклицательный знак, а после «впрочем» – точку с запятой. На другое утро босоногий жиденок, в изорванном халате, принес ему письмо от Эмилии – первое письмо, полученное от нее Кузьмой Васильевичем: «Mein allerliebster Florestan[11] – писала она ему, – неушта ты так рассердился на твою Zuckerpüppchen, што не пришел вчирась? Пожалуста, не сердись, если ты не хочешь, штоп твоя веселая Эмилия очень много плакала, и приходи непременно сиводни в 5 часов вечера». (Цифра 5 была окружена двумя венками.) «Я очень, очень буду рада. Твоя любезная Эмилия». Кузьма Васильевич внутренно подивился учености своей любезной, дал жиденку грош и велел сказать, что хорошо, мол, приду.

XIV

Кузьма Васильевич сдержал слово: пяти часов еще не пробило, как уж он стоял перед калиткой госпожи Фритче. Но, к удивлению своему, он не застал Эмилии дома; его встретила сама хозяйка и, сделав предварительно – о, чудо! – книксен, сообщила ему, что по непредвиденным обстоятельствам Эмилия принуждена была отлучиться, но что она скоро вернется и просит его подождать ее. На госпоже Фритче был опрятный белый чепец; она улыбалась, говорила вкрадчивым голосом и, очевидно, старалась придать приветливое выражение своему угрюмому лицу, которое, впрочем, нисколько от этого не выигрывало, а, напротив, принимало какой-то зловещий оттенок.

– Вы, господин, присядьте, присядьте, – твердила она, подвигая кресло, – а мы вас, если позволите, попотчуем!

Мадам Фритче еще раз сделала книксен, вышла из комнаты и скоро вернулась с чашкой шоколада на маленьком железном подносе. Шоколад оказался качества сомнительного, однако Кузьма Васильевич выпил всю чашку с удовольствием, хотя решительно не мог понять, откуда бралась такая прыть у мадам Фритче и что всё это значило? Со всем тем Эмилия не приходила, и он начинал терять терпение и скучать, как вдруг ему послышались за стеной звуки гитары. Сперва раздался один аккорд, потом другой, третий, четвертый – всё громче, громче и полней. Кузьма Васильевич изумился: у Эмилии точно была гитара, но с тремя струнами; он всё еще не собрался купить ей остальные; притом же Эмилии дома не было. Кто ж это мог быть? Опять раздался аккорд, и так звонко, словно в самой комнате… Кузьма Васильевич обернулся и чуть не вскрикнул от испуга. Перед ним, на пороге низенькой двери, которой он до тех пор не заметил, – тяжелый шкаф ее задвигал, – стояло неизвестное существо: дитя не дитя, и не взрослая девушка. Одета она была в белое платьице с пестрыми разводами и красные башмаки с каблучками; прихваченные сверху золотым ободком, густые черные волосы падали в виде плаща с небольшой головки на худенькое тело. Из-под мягкой их громады блестели темным блеском огромные глаза; голые смуглые ручки, обремененные запястьями и кольцами, неподвижно держали гитару. Лица почти не было видно: так оно казалось мало и темно, только губы алели да обозначался узкий прямой нос. Кузьма Васильевич долго стоял как вкопанный и пристально, не смигнув ни разу, глядел на это странное существо; и оно на него глядело и тоже не мигало и не шевелилось. Наконец он очнулся и маленькими шажками подошел к нему.

Темное личико начало понемногу улыбаться, белые зубки сверкнули вдруг, головка приподнялась и, чуть-чуть встряхнув кудрями, показалась во всей своей резкой и тонкой красоте. «Это что за бесенок?» – подумал Кузьма Васильевич и, нагнувшись еще поближе, промолвил вполголоса:

– Фигурка! Эй, фигурка! Кто вы такая?

Страница 5 из 16

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее