Загрузка...
«Веселые ребята» — обложка книги
Дата написания1881-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение12+

Описание

Нарратор, студент Эдинбургского университета, приезжает на остров Арос, где сталкивается с семейными конфликтами, морскими легендами и поиском затонувшего корабля, пытаясь раскрыть тайны прошлого и найти сокровища, которые могут изменить судьбу его семьи.

Главный конфликт / проблема

Поиск затонувшего корабля и семейные разногласия, которые влияют на решения персонажей

Ключевые идеи

  • Опасность морских течений и рифов вокруг Ароса
  • Легенда о затонувшем испанском корабле «Espiritu Santo»
  • Крушение судна «Christ‑Anna» и его влияние на жизнь семьи
  • Мифы о водяных духах и русалках
  • Надежда на спасение через сокровища
  • Пробуждение опасения и предчувствия перед бурей
  • Поиск затонувшего судна как символа человеческой жажды богатства
  • Влияние природы и морских волн на психику персонажей

Вывод

Книга показывает, как мифы и семейные тайны влияют на судьбу человека, но истинные сокровища находятся в понимании и принятии реальности, а не в поиске богатств, скрытых в глубинах

Кому полезна

  • Любители приключенческих романов
  • Интересующиеся морскими легендами и историей сокровищ

Главные темы

  • Морские легенды и сокровища
  • Семейные отношения и личные поиски

Персонажи

  • Дядя Гордон Дарнэуей — Бывший моряк, живущий в изоляции на острове Арос, скептически относится к мифам о водяных духах и русалках. Он часто путается в мыслях, боится моря и склонен к алкоголю, но всё же хранит семейные сокровища и легенды.
  • Нарратор — Студент Эдинбургского университета, ищет семейные корни и вдохновение, интересуется морскими легендами. Склонен к поискам и размышлениям о судьбе, испытывает страх и тревогу перед морем.
  • Рори — Старый слуга, хранитель местных легенд, помогает нарративу в поисках и поддерживает его в опасных ситуациях.
  • Мэри Эллен — Живёт на Аросе, скептически относится к поиску сокровищ, старается поддерживать порядок в доме и обсуждает опасности острова с нарративом.
  • Чернокожий странник — Возможно, ищет сокровища, но проявляет странное поведение и не говорит на языке нарратива.

Цитаты

  • "Вода была светлая и прозрачная, но здесь, на середине бухты, было страшно глубокое место, и я некоторое время решительно ничего не видел в воде, а затем мне показалось, будто что-то темное, какая‑то большая рыба…"
  • "С, это означает «Christ‑Anna»."
  • Солнце было уже довольно высоко и сильно жгло мне затылок, и воздух был неподвижен, как перед грозой.
  • Видеть корабль, погружающийся в воду, было как увидеть конец человеческой надежды.

Сводка по автору из Wikidata

1850–1894. Robert Louis Stevenson. шотландский писатель и поэт (1850–1894)

Читать онлайн

Страница 6 из 19

Так прошло около часа, когда дядя, все время украдкой поглядывавший на поверхность маленькой бухты, вдруг встал и пригласил меня последовать его примеру. Здесь надо сказать, что сильный прилив на юго-западной стороне Ароса всегда производит значительное волнение по всему берегу. В южной части Сэндэгской бухты образуется бурное течение в известные периоды прилива и отлива, но в этом северном заливе, или бухте, в так называемой Аросской бухте, на которой стоит дом и на которую теперь, в данный момент, смотрел дядя, единственно только в момент окончания прилива наблюдается некоторое волнение, и то столь легкое, что его можно даже не заметить. Когда вода бывает высока, то на ней ничего решительно нельзя увидеть, точно так же, как и при малейшей зыби или волнении; но когда вода совершенно спокойна, что бывает довольно часто, то на ее поверхности появляются какие-то странные неразборчивые водяные знаки, или очертания, как бы рунические буквы, или морские руны, если их можно так назвать.

То же самое встречается в тысяче мест по всему побережью, и ни один мальчишка, вероятно, забавлялся, как и я, стараясь прочесть в этих знаках что-нибудь относящееся к нему и к любимому им существу. На эти-то рунические буквы дядя обратил теперь мое внимание, но с видимой неохотой, внутренне стараясь побороть в себе какое-то неясное чувство сопротивления.

– Видишь ты там эти буквы на воде, вон, около того серого камня? – спросил он. – Да?.. Ну, скажи, похоже это на буквы?.. Не правда ли, похоже?

– Разумеется, похоже, – ответил я, – я уже не раз это замечал. Вот тот знак похож на букву С.

Старик подавил глубокий вздох, словно он был разочарован моим ответом, а затем, таинственно понизив голос, промолвил:

– С, это означает «Christ-Anna».

– А я всегда полагал, что это относится ко мне, – сказал я, – меня зовут Charles.

– Так ты и раньше это видел? – продолжал дядя, не придавая значения моим словам. – Да, да… Но это неслыханно странно! Может быть, это было предначертанием и многие века ждало своего исполнения. Но ведь это ужасно!.. – И вдруг, оборвав себя на полуслове, снова обратился прямо ко мне: – А другого подобного знака ты не видишь? А?..

– Вижу, – отозвался я, – явственно вижу, вон там, в стороне Росса, другую букву, в том месте, где спускается к берегу дорога, – вижу букву М.

– М, – повторил за мной дядя чуть слышно и, немного помолчав, продолжал: – А что, ты думаешь, это означает?

– Я всегда думал, что это означает Мэри, сэр, – ответил я, невольно краснея, внутренне убежденный в том, что почти приступил к решительному объяснению.

Но каждый из нас следил за своим личным ходом мыслей, совершенно исключающим все остальное, и дядюшка и на этот раз, как мне показалось, не обратил внимания на мои слова. Он опустил голову и молчал; я мог бы подумать, что он вовсе не слыхал моих слов, если бы следующая фраза его не являлась в некотором роде отголоском моих последних слов.

– Я бы на твоем месте ничего не говорил об этом Мэри, это все пустяки, – заметил он и зашагал вперед.

Я молча последовал за безмолвствовавшим дядей, мягко ступая по торфяной тропинке, огибающей берег Аросской бухты. Я был несколько огорчен тем, что упустил столь благоприятный случай объявить дяде о моей любви; но в то же время я был еще более огорчен переменой, происшедшей в дяде. Он никогда не был таким, как другие люди, и еще того меньше тем, что называется «милый и любезный человек», но вместе с тем в нем не было, даже если принять во внимание худшие его стороны, ничего такого, что бы могло подготовить меня к столь странной перемене в нем. Невозможно было не видеть того, что положительно било в глаза, а именно, что у него было что-то на совести. Перебирая в уме своем слова, начинающиеся с буквы М, – «misery» – (бедность), «mercy» – (милосердие), «marriage» – (брак), «money» – (деньги), и другие, я вдруг с ужасом остановился на слове «murder» – (убийство). Я еще повторял в уме это ужасное слово и взвешивал его роковой смысл и значение, когда мы очутились на таком месте острова, откуда открывался вид на обе стороны: позади нас на Аросскую бухту и усадьбу с домом, и вперед, на открытый океан, к северу усеянный островами, а к югу совершенно синий и открытый до самого края горизонта. Здесь мой спутник остановился и пристально посмотрел на необъятный морской простор, а затем обернулся ко мне и коснулся своей рукой моей руки.

– Ты думаешь, что там ничего нет? – спросил он, указывая концом своей трубки вдаль. – Нет, говорю я тебе, человече! – крикнул он неестественно громко, как бы торжествующе. – Там густо лежат мертвецы! Словно водоросли!

Затем он круто повернулся, и, не проронив больше ни слова, мы вернулись домой.

Я страстно желал остаться наедине с Мэри, но это удалось мне не раньше, как после ужина, и то на самое короткое время, так что я едва успел обменяться с ней несколькими словами. Не теряя времени на пустые речи, я прямо высказал ей то, что было у меня на душе.

– Мэри, – сказал я, – я приехал в Арос с одной надеждой. Если эта надежда меня не обманывает, то все мы можем переселиться куда-нибудь в другое место и жить, не заботясь о насущном хлебе и важнейших удобствах жизни, а быть может, и настолько обеспеченными, что сейчас могло бы показаться безумным обещать что-либо подобное. Но, кроме этой надежды, есть у меня другая, которая гораздо дороже моему сердцу, чем деньги, – ты легко можешь догадаться об этом, – добавил я, немного помолчав.

Она молчала и смотрела куда-то в сторону. Это, конечно, не могло ободрить меня, но тем не менее я продолжал:

– Целыми часами я думал только о тебе, и чем больше проходит времени, тем больше я думаю о тебе, и я не могу себе представить, чтобы я мог быть счастлив и весел без тебя. Ты для меня что зеница ока!

Но она продолжала смотреть в сторону и не проронила ни словечка, только мне показалось, что руки ее дрожали.

– Мэри! – воскликнул я в отчаянии. – Неужели ты не любишь меня?

– О, Чарли, – отозвалась она наконец, – разве теперь время говорить об этом? Оставь меня пока, пусть все остается по-старому, и поверь, ты ничего от этого не потеряешь!

Я слышал слезы в ее голосе и, оставив всякую другую мысль, думал теперь только о том, как бы ее успокоить.

– Мэри Эллен, – сказал я, – не говори мне ничего больше. Я приехал сюда не с тем, чтобы нарушить твой покой. Пусть твое желание будет и моим, и твой срок моим сроком. Ты мне сказала все, что мне было нужно, но теперь скажи мне еще только одно – что тебя мучает и тревожит?

Она созналась мне, что ее тревожит отец, но не стала вдаваться ни в какие подробности, а только сокрушенно качала головой; она сказала, что ей кажется, что он нездоров и сам на себя не похож, и что это очень ее огорчает. О крушении ей ничего не было известно.

– Я даже не ходила в ту сторону, – сказала она, – да и зачем я туда пойду, Чарли? Их бедные души давно предстали перед судом Божьим; но я бы хотела, чтобы они унесли с собой и все свое добро, бедняги!..

Страница 6 из 19

Вам также может понравиться

Страница 1 из 101

Назад12101Далее