Загрузка...
Два приятеля — обложка книги
Дата написания1852-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

«Два приятеля» – рассказ И. С. Тургенева о дружбе и семейных узах двух соседей в русской деревне, где молодой помещик Вязовнин и бывший кавалерист Крупицын преодолевают разногласия и находят общие ценности.

Главный конфликт / проблема

Разногласия о земельных участках между Вязовниным и Крупицейным, а также социальные различия, которые они преодолевают через дружбу и взаимное уважение.

Ключевые идеи

  • Тургенев исследует русскую интеллигенцию и крестьянский быт, создавая психологические портреты.
  • Автор является выдающимся писателем XIX века и членом императорской Академии наук.
  • Дружба между людьми разного происхождения и образа жизни может преодолеть социальные барьеры.
  • Переезд в деревню после отставки из столицы приводит к новым жизненным задачам и возможностям для саморазвития.
  • Семейные и дружеские отношения влияют на личный рост и принятие решений, таких как женитьба.

Вывод

Дружба и семейные связи преодолевают разногласия и приносят гармонию в жизни двух соседей.

Кому полезна

  • Любители русской классической литературы
  • Читатели, интересующиеся историей русской деревни и психологическими портретами

Главные темы

  • Дружба
  • Семейные отношения
  • Русская интеллигенция и крестьянский быт

Персонажи

  • Борис Андреич Вязовнин — Образованный, любящий чтение, но с ограниченным вкусом к еде, возвращается в деревню после отставки из столицы. Он обустраивает запущенную усадьбу, заводит дружбу с соседом Пётром Васильичем Крупицейным, женится на Верочке, дочери Степана Петровича Барсукова. Его жизнь символизирует простоту и семейные узы.
  • Петр Васильич Крупицын — Бывший кавалерист, простоватый, но добрый, любит еду и простоту. Он становится другом Бориса, участвует в совместных прогулках, обедах и играх в преферанс. Его простота и доброта помогают сблизить соседа и соседа, а после брака Бориса их общение становится более ограниченным.
  • Софья Кирилловна Заднепровская — Женщина среднего возраста, любящая чтение, но с ограниченным вкусом к еде. Она является соседкой, через которую Борис знакомится с другими людьми, включая Тиходуевых и Барсуков. Её роль подчёркивает семейные традиции и культурные ценности.
  • Верочка — Молодая женщина, которая становится женой Бориса. Её брак с Борисом меняет динамику их отношений и усиливает семейные узы.

Цитаты

  • «Два приятеля» — произведение великого русского писателя Ивана Тургенева.
  • Иван Тургенев — выдающийся писатель XIX века, член‑корреспондент императорской Академии наук по разряду русского языка и словесности, автор философско‑психологических поэм, рассказов, повестей и романов.
  • «Борис Андреич, я готов жениться. Сыщите мне невесту, и я женюсь.»
  • «Крупицын, я не шучу. Я готов жениться. Сыщите мне невесту, и я женюсь.»

Сводка по автору из Wikidata

1818–1883. 伊万·谢尔盖耶维奇·屠格涅夫. русский писатель, поэт, публицист, драматург и переводчик (1818—1883)

Читать онлайн

Страница 1 из 17

Annotation

«Два приятеля» — произведение великого русского писателя Ивана Тургенева. В своем творчестве он раскрывает тему русской интеллигенции и крестьянского быта, выступает мастером психологических портретов.

Перу автора принадлежат и другие известные произведения, такие как «Ася», «Отцы и дети», «Дворянское гнездо», «Бирюк», «Накануне», «Муму», «Пожар на море», «Постоялый двор», «Часы», «Три портрета», «Странная история», «Свидание» и т. д.

Иван Тургенев — выдающийся писатель XIX века, член-корреспондент императорской Академии наук по разряду русского языка и словесности, автор философско-психологических поэм, рассказов, повестей и романов.

Иван Сергеевич Тургенев

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

Иван Сергеевич Тургенев ДВА ПРИЯТЕЛЯ

Весной 184* года Борис Андреич Вязовнин, молодой человек лет двадцати шести, приехал в свое родовое поместье, лежащее в одной из губерний средней полосы России. Он только что вышел в отставку — «по домашним обстоятельствам» — и намеревался заняться хозяйством. Мысль благая, конечно! Но возымел ее Борис Андреич, как оно, впрочем, большею частию бывает, — против воли. Доходы его уменьшались с каждым годом, долги увеличивались: он убедился в невозможности продолжать службу, жить в столице — словом, жить, как жил до тех пор, и решился скрепя сердце посвятить несколько лет на исправление тех «домашних обстоятельств», по милости которых он внезапно очутился в деревенской глуши.

Вязовнин нашел свое имение расстроенным, усадьбу запущенной, дом чуть не в развалинах; сменил старосту, уменьшил оклады дворовых; очистил себе две-три комнатки и велел положить новые тесинки там, где протекала крыша; впрочем, не предпринял никаких резких мер и не затеял никаких усовершенствований вследствие той, по-видимому, простой мысли, что должно, по крайней мере, узнать сперва то, что желаешь усовершенствовать… Вот он и принялся узнавать хозяйство, начал, как говорится, входить в сущность дела. Должно признаться, что входил он в сущность дела без особенного рвения и не торопясь. С непривычки он скучал в деревне сильно и часто не мог придумать, куда и на что употребить целый длинный день. Соседей у него было довольно много, но он не знался с ними, — не потому, чтобы чуждался их, а так как-то, не приходилось ему с ними сталкиваться, наконец, уже осенью, довелось ему познакомиться с одним из самых близких ему соседей. Его звали Петром Васильичем Крупицыным. Он когда-то служил в кавалерии и вышел в отставку поручиком. Между его мужиками и вязовнинскими с незапамятных времен шел спор о двух с половиною десятинах сенокосной земли. Дело нередко доходило до драки; копны сена таинственно переезжали с места на место; происходили разные неприятности, и, вероятно, много еще лет продолжался бы этот спор, если б Крупицын, узнав стороной о миролюбивых свойствах Бориса Андреича, не поехал к нему для личного объяснения. Объяснение это имело последствия очень приятные: во-первых, дело прекратилось тотчас же и навсегда, к обоюдному удовольствию владельцев, а во-вторых, и сами они друг другу понравились, стали часто видеться, а к зиме сошлись уже так, что почти не расставались.

И между тем общего между ними было немного. Вязовнин, как человек хотя сам не богатый, но происходивший от богатых родителей, получил хорошее воспитание, учился в университете, знал разные языки, любил заниматься чтением книг и вообще мог считаться человеком образованным. Крупицын, напротив, говорил с грехом пополам по-французски, без особенной нужды книги в руки не брал и скорее принадлежал к числу людей необразованных. Наружностью приятели тоже мало походили друг на друга: Вязовнин был довольно высокого роста, худ, белокур и смахивал на англичанина; держал свою особу, особенно руки, в большой чистоте, одевался изящно и щеголял галстуками… столичные привычки!. Крупицын, напротив, был роста небольшого, сутуловат, смугл, черноволос и лето и зиму ходил в каком-то пальто-саке с оттопыренными карманами, из сукна бронзового цвета. «Мне этот цвет за то нравится, — говаривал Петр Васильич, — что он не марок». Цвет сукна действительно не был марок, но само сукно порядком позапачкалось. Вязовнин любил хорошо покушать и охотно говорил о том, как приятно хорошо кушать и что значит иметь вкус; Крупицын ел все, что ни подавали ему, лишь бы только было над чем потрудиться. Попадались ли ему щи с кашей — он с удовольствием хлебал щи и заедал их кашей; представлялся ли ему немецкий жидкий суп — он с той же готовностью налегал на суп, а случалась тут каша — он и кашу туда же валил в тарелку — и ничего. Квас любил он, по собственному выражению, как отца родного, а вина французские, особенно красные, терпеть не мог и называл кислятиной. Вообще Крупицын был очень далек от брезгливости, тогда как Вязовнин менял в день два носовых платка. Словом, приятели, как мы уже сказали выше, не походили друг на друга. Одно в них было общее: оба они были, что называется, добрые малые, простые ребята. Крупицын таким родился, а Вязовнин стал таким. Кроме того, они оба еще отличались тем, что ни тот, ни другой ничего особенного не любил, то есть не имел ни к чему особенной страсти или привязанности. Крупицын шестью или осьмью годами был старше Вязовнина.

Дни их проходили довольно однообразно. Обыкновенно утром, однако не слишком рано, часов в десять, Борис Андреич еще сидел возле окна, в красивом шлафроке нараспашку, причесанный, вымытый и в белой как снег рубашке, с книжкой и чашкой чаю; дверь отворялась, и входил Петр Васильич с обычным своим небрежным видом. Деревенька его находилась всего в полуверсте от Вязовны (так называлось имение Бориса Андреича). Притом Петр Васильич очень часто оставался на ночь у Бориса Андреича. «А, здравствуйте! — говорили они оба в одно время. — Как почивали?» И тут же Федюшка (мальчик лет пятнадцати, одетый казачком, у которого даже волосы, стоявшие дыбом, как у турухтана весной, на затылке, имели вид заспанный) приносил Петру Васильичу его шлафрок из бухарской материи, и Петр Васильич, предварительно крякнув, облекался в свой шлафрок и принимался за чай и за трубку. Тут начинались разговоры — разговоры неторопливые, с промежутками и роздыхами: говорили о погоде, о вчерашнем дне, о полевых работах и хлебных ценах; говорили также о близлежащих помещиках и помещицах. В первые дни своего знакомства с Борисом Андреичем Петр Васильич почитал за долг и даже радовался случаю расспрашивать соседа о столичной жизни, о науке и образованности — вообще о возвышенных предметах; ответы Бориса Андреича занимали, часто удивляли его и возбуждали его внимание, но в то же время причиняли ему некоторую усталость, так что вскорости все подобные разговоры прекратились; да и сам Борис Андреич, с своей стороны, не обнаруживал излишнего желания возобновлять их. Случалось впоследствии — и то изредка, — что Петр Васильич спросит вдруг Бориса Андреича, например, о том, что, дескать, за вещь электрический телеграф, и, выслушав не совсем ясное толкование Бориса Андреича, помолчит, скажет: «Да, это удивительно», — и уже долго потом не любопытствует ни о каком ученом предмете. Большею частью разговоры между ними происходили вроде следующего. Петр Васильич, например, наберется дыму из трубки и, выпуская его через ноздри, спросит:

Страница 1 из 17

Назад1217Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее