Загрузка...
Ключи Марии. Проза, статьи, очерки — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Ключи Марии. Проза, статьи, очерки

Автор Сергей Александрович Есенин
0+1 читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
Есенинпрозастатьиочеркилитературапоэзиякультурологияискусствосмыслчеловек

Описание

Книга «Ключи Марии. Проза, статьи, очерки» представляет Сергея Есенина как поэта, прозаика, философа и культуролога, раскрывая его творчество через художественные рассказы, бытовые эпизоды, лингвистический словарь и критические статьи. В ней сочетаются описания охоты, деревенской жизни, конфликтов с помещиками и инженерами, а также размышления о искусстве, путешествиях и революционной эпохе.

Главный конфликт / проблема

Разнообразие и противоречия в жизни и творчестве Есенина, а также в деревенской и революционной жизни, которые проявляются в конфликтах с помещиками, инженерами и властями

Ключевые идеи

  • Есенин как поэт, прозаик, мыслитель и культуролог
  • Проза Есенина размышляет о месте человека, природе, душе и смысле искусства
  • Язык остаётся поэтичным, но мысль ясна и остра
  • Охота в суровом лесном окружении
  • Встреча с незнакомцем, который тоже охотится за волками
  • Сотрудничество и обмен опытом между охотниками
  • Трагедия в деревне и её влияние на сообщество
  • Борьба за землю и конфликт с внешними силами
  • Сопротивление крестьян против помещика и несправедливости
  • Роль народных ритуалов и суеверий в борьбе с болезнями
  • Влияние властей и судебной системы на жизнь села
  • Словарь местных рязанских наречий

Вывод

Книга раскрывает многогранность Есенина и русской культуры, показывая, как личные переживания, традиции и исторические события влияют на творчество и общественную жизнь

Кому полезна

  • Любители русской литературы
  • Исследователи культурологии
  • Студенты филологии
  • Широкая аудитория, интересующаяся историей и искусством

Главные темы

  • Культурология и философия
  • Литературная критика и искусство
  • Сельская жизнь и традиции
  • Лингвистика и диалектология
  • Исторический контекст и революция

Персонажи

  • Филипп — Опытный охотник, вооружённый ружьем, пытается отразить нападение волков и готов к сотрудничеству с новыми союзниками. Пытается отрезать участок, но сталкивается с сопротивлением.
  • Карев — Приезжает из Чухлинки, сообщает о своей близости к яру и желании охотиться за волками. Старая земля, пытается доказать равенство участков, сталкивается с бюрократией.
  • Ваньчок — Надёжный спутник, который помогает следить за следами и поддерживает Филиппа в бою.
  • Чукан — Собака, сопровождающая Филиппа и Ваньчока, помогает в поиске и защите.
  • Анисим Панкратьев — Старик, переживающий утрату сына, принимает горе с покорностью и участвует в обрядах.
  • Костя — Смерть Кости, сына Анисим Панкратьева, погиб в полынье, становится катализатором горя.
  • Анна — Пытается справиться с утратой, но боится мысли о самоубийстве.
  • Степан — Воспринимает смерть Кости как освобождение, участвует в обряде.
  • Наталья — Пытается поминать Костю, но в итоге уходит в монастырь.
  • Лимпиада — Участвует в работе и конфликте, проявляет активность.
  • Дед Иен — Он организует обряды, защищает крестьян и становится главным подозреваемым в убийстве барина.
  • Парня — Хранит копию документов и молча наблюдает за событиями.

Цитаты

  • Эта книга позволяет посмотреть на Сергея Есенина с новой стороны – не только на поэта, но и на прозаика, мыслителя, в каком-то смысле – культуролога.
  • Его язык остаётся поэтичным, но мысль – предельно ясна и остра.
  • Ваньчок дремал над пустым стаканом.
  • Филипп, засмехнувши, вынул из запечья старую берданку и засыпал порохом.
  • "Покосилась изба Анисима под ветрами, погнулся и сам старый Анисим."
  • "Погоди, – крикнул он, – сейчас обратаю!"
  • «Заря‑зоряница…» – заговор от бессонницы
  • «Воронок» – медовая брага с хмелем
  • "Внутренность большого металлургического завода. Утро. Работа в полном ходе."
  • "Мы будем веселиться беспечно как дети, мы будем плясать на зеленых лугах вокруг изваянья Свободы."

Сводка по автору из Wikidata

1895–1925. Сергей Александрович Есенин. русский и советский поэт и писатель (1895–1925)

Читать онлайн

Страница 1 из 44

Annotation

Эта книга позволяет посмотреть на Сергея Есенина с новой стороны – не только на поэта, но и на прозаика, мыслителя, в каком-то смысле – культуролога. В своей прозе, художественной и философской, он размышляет не только об искусстве своего времени, но и о вечных темах и ценностях – о месте человека в мире, о природе, душе, смысле искусства. Его язык остаётся поэтичным, но мысль – предельно ясна и остра. Это издание станет открытием для тех, кто привык видеть в Есенине лишь лирика – и позволит услышать его голос глубже и объемнее.

Сергей Есенин

Яр

Часть первая

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Часть вторая

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Часть третья

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Словарь местных рязанских наречий

Статьи, очерки, заметки

Анкета журнала «Книга о книгах»

Быт и искусство

Железный Миргород

I

II

В. Я. Брюсов

Памяти Брюсова

Дама с лорнетом

<Заявление для американской печати>

Ключи Марии

<О писателях-«попутчиках»>

<О сборниках произведений пролетарских писателей>

Отчее слово

Россияне

Ярославны плачут

Литературные декларации

Восемь пунктов

Другое

Зовущие зори

Часть первая

Часть вторая

Часть третья

Часть четвертая

Примечания

notes

1

Сергей Есенин Ключи Марии. Проза, статьи, очерки

Серия «Всемирная литература (с картинкой)»

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Яр

Часть первая

Глава первая

По оконцам кочкового болота скользили волки. Бурый вожак потянул носом и щелкнул зубами. Примолкшая ватага почуяла добычу.

Слабый вой и тихий панихидный переклик разбудил прикурнувшего в дупле сосны дятла.

Из чапыги с фырканьем вынырнули два зайца и, взрывая снег, побежали к межам.

По коленкоровой дороге скрипел обоз; под обротями тропыхались вяхири, и лошади, кинув жвачку, напрянули уши.

Из сетчатых кустов зловеще сверкнули огоньки и, притаившись, погасли.

– Волки, – качнулась высокая тень в подлунье.

– Да, – с шумом кашлянули притулившиеся голоса.

В тихом шуме хвои слышался морочный ушук ледяного заслона…

Ваньчок на сторожке пел песни. Он сватал у Филиппа сестру Лимпиаду и, подвыпивши, бахвалился своей мошной.

На пиленом столе в граненом графине шипела сивуха.

Филипп, опоражнивая стакан, прислонял к носу хлеб и, понюхав, пихал за поросшие, как мшаниной, скулы. На крыльце залаяла собака, и по скользкому катнику заскрипели полозья.

– Кабы не лес крали, – ухватился за висевшее на стенке ружье Филипп и, стукнув дверью, нахлобучил лосиную шапку.

В запотевшие щеки дунуло ветром.

Забрякавшая щеколда скользнула по двери и с инистым визгом стукнула о пробой.

– Кто едет? – процедил его охрипший голос.

– Овсянники, – кратко ответили за возами.

– То-то!

К кружевеющему крыльцу подбег бородатый старик и, замахав кнутовищем, указал на дорогу.

– В чапыжнике, – глухо крякнул он, догоняя сивого мерина.

Филипп вышел на дорогу и упал ухом на мятущие порошни. В ухо, как вата, втыкался пуховитый налет.

– Идут, – позвенел он ружьем по выбоине и, не затворив крыльца, вбежал в избу.

Ваньчок дремал над пустым стаканом. На пол капал огуречный сок и сливался с жилкой пролитого из махотки молока.

– Эй, Фанас, – дернул его Филипп за казинетовую поддевку. – Волки пришли на свадьбу.

– Никакой свадьбы не будет, – забурукал Ваньчок. – Без приданого бери да свадьбу играй.

Филипп, засмехнувши, вынул из запечья старую берданку и засыпал порохом.

– Волки, говорю, на яру.

– Ась? – заспанно заерзал Ваньчок и растянулся на лавке.

Над божницей горевшая лампадка заморгала от шумовитого храпа. Филипп накинул кожух и, опоясав пороховницу, заложил в карман паклю.

– Чукан, Чукан! – кликнул он свернувшуюся под крыльцом собаку и вынул, громыхая бадьей, прицепленный к притолоке нацепник. Собака, зачуяв порох, ерзала у ног и виляла хвостом.

Отворил дверь и забрызгал теплыми валенками по снегу.

Чукан, кусая ошейник, скулил и царапался в пострявшее в проходе ведро.

Филипп свернул на бурелом и, минуя коряжник около чапыги, притулился в яме, вывороченной корнями упавшей сосны.

По лещуге, шурша, проскользнул матерый вожак. В коряжнике хряснули сучья, и в мути месяца закружились распыленные перья.

Курок щелкнул в наскребанную селитру, и кверху с дымом взвился вожак и веснянка-волчиха.

К дохнувшей хмелем крови, фыркая, подбежал огузлый самец.

Филипп поднял было приклад, но пожалел наскреб.

В застывшей сини клубилась снежная сыворотка. Месяц в облаке качался как на подвесках. Самец потянул в себя изморозь и, поджав хвост, сплетаясь с корягами, нырнул в чащу.

Вскинул берданку и поплелся домой. С помятого кожуха падал пристывший снег.

Оследил кругом для приметы место и вывел пальцем ружье.

На снегу мутнела медвежья перебежка; след вел за чапыгу.

Вынул нож и с взведенным курком, скорчившись, пополз, приклоняясь к земле.

Околь бурыги, посыпаясь белой пылью, валялся черно-рыжий пестун.

По спине пробежала радостью волнующая дрожь, коленки опустились и задели за валежник.

Медведь, косолапо повернувшись на левую лопатку, глухо рыкнул и, взрыв копну снега, пустился бежать.

«Упустил», – мелькнуло в одурманенной голове, и, кидая бивший в щеки чапыжник, он помчался ему наперескок.

Клубоватой дерюгой на снегу застыли серые следы. Медведь, как бы догадавшись, повернул в левую сторону.

На левой стороне по еланке вспорхнули куропатки, он тряхнул головой и шарахнулся назад, но грянул выстрел, и Филипп, споткнувшись, упал на кочку.

«Упустил-таки», – заколола его проснувшаяся мысль.

С окровавленной головой медведь упал ничком и опять быстро поднялся.

Грянули один за другим еще два выстрела, и тяжелая туша, выпятив язык, задрыгала ногами.

Из кустов, в коротком шубейном пиджаке, с откинутой на затылок папахой, вынырнул высокого роста незнакомец.

Филипп поднял скочившую шапку и робко отодвинул кусты.

Незнакомец удивленно окинул его глазами и застыл в ожидающем молчанье.

Филипп откинул бараний ворот.

– Откулева?

– С Чухлинки.

– Далеконько забрел.

– Да.

Над носом медведя сверкнул нож, и Филипп, склонившись на ружье, с жалостью моргал суженными глазами.

– Я ведь гнал-то.

– Ты?

– Я…

Тяжелый вздох сдул с ворота налет паутинок. Под захряслыми валенками зажевал снег.

– Коли гнал, поделимся.

Филипп молчал и с грустной улыбкой нахлобучивал шапку.

– Скидывай кожух-то?

– Я хотел тебе сказать – не замай.

– А что?

– Тут недалече моя сторожка. Я волков только тудылича бил.

Незнакомец весело закачал головою.

– Так ты, значит, беги за салазками.

– Сейчас сбегаю.

Филипп запахнул кожух и, взяв наперевес ружье, обернулся на коченелого пестуна.

– А как тебя зовут-то?

– Карев, – тихо ответил, запихивая за пояс нож.

Филипп вошел в хату, и в лицо ему пахнуло теплом. Он снял голицы и скинул ружье.

Под иконами ворочался Ваньчок и, охая, опускал под стол голову.

– Блюешь?..

– Бр-р… – задрыгал ногами Ваньчок и, приподнявшись, выпучил посовелые глаза. – Похмели меня…

– Вставай… проветришься…

Приподнявшись, шаркнул ногами и упал головою в помойную лохань.

Филипп, поджав живот, катался, сдавленный смехом, по кровати и, дергая себя за бороду, хотел остановиться.

Ваньчок барахтался и, прислонясь к притолоке, стирал подолом рубахи прилипшие к бороде и усам высевки.

Страница 1 из 44

Назад1244Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее