Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Гузла» – сборник баллад, написанных Мериме Проспером, посвященных величию и героизму народа, который боролся за свободу. В каждой песне звучит дух борьбы и патриотизма, а также яркие образы героев и их подвигов. Автор воспевает смелость и стойкость людей, противостоящих иностранным захватчикам. Сборник представляет собой богатый источник народной культуры и исторических воспоминаний. Он привлекает читателя живыми образами и эмоциональной силой песен.

Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
балладыгероизмсвободанародисторияпеснигеройфольклорпеснопениясборник

Читать онлайн

Страница 1 из 29

Annotation

«Гузла» («Гусли») — сборник баллад, сочиненных Мериме (за исключением последней) и воспевающих величие и героизм народа, который напрягал свои силы в борьбе за свободу, против иноземных поработителей.

Проспер Мериме

Предуведомление

Предисловие к первому изданию

Заметка об Иакинфе Маглановиче

Боярышник рода Велико[15]

Смерть Фомы II, короля Боснии[26]

Видение Фомы II, короля Боснии[30]

Морлак в Венеции[40]

Погребальная песня[42]

Господарь Меркурий

Храбрые гайдуки[55]

Возлюбленная Данизича

Красавица Елена

О сглазе

Максим и Зоя[68]

Дурной глаз

Пламя Перрушича

Баркаролла

Битва у Зеницы Великой[82]

О вампиризме

Прекрасная Софья[89]

Ивко

Импровизация Иакинфа Маглановича[98]

Константин Якубович

Экспромт[103]

Вампир[104]

Ссора Лепы и Черногора[106]

Любовник в бутылке

Кара-Али, вампир

Побратимы[123]

Гаданьи[126]

Черногорцы[133]

Конь Фомы II

Волшебное ружье

Бан Хорватии

Умирающий гайдук

Грустная баллада о благородной супруге Асана-аги[139]

Милош Обилич

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

90

91

92

93

94

95

96

97

98

99

100

101

102

103

104

105

106

107

108

109

110

111

112

113

114

115

116

117

118

119

120

121

122

123

124

125

126

127

128

129

130

131

132

133

134

135

136

137

138

139

140

141

142

143

144

145

146

147

148

149

150

151

152

153

Проспер Мериме ГУЗЛА, или Сборник иллирийских песен, записанных в Далмации, Боснии, Хорватии и Герцеговине

Предуведомление

В 1827 году я был романтиком. Мы говорили классикам: «Ваши греки вовсе не греки, ваше римляне вовсе не римляне. Вы не умеете придавать вашим образам местный колорит. Все спасение — в местном колорите». Под местным же колоритом подразумевали мы то, что в XVII веке именовалось нравами; но мы очень гордились этим выражением и полагали, что сами выдумали и это слово и то, что им выражалось. Что касается стихов, то мы восхищались только произведениями иноземными и, возможно, более древними: баллады шотландского рубежа[1], романсы о Сиде[2] представлялись нам несравненными шедеврами, и все из-за того же местного колорита.

Я умирал от желания поехать туда, где он еще сохранился, ибо сохранился он далеко не везде. Увы! Для путешествий мне не хватало только одного — денег; но поскольку мечтать о путешествиях ничего не стоит, я и предавался этому со своими друзьями.

Нас интересовали не те страны, которые посещали туристы; Ж. Ж. Ампер[3] и я желали уклониться от дорог, наводненных англичанами; поэтому, быстро миновав Флоренцию, Рим и Неаполь, мы должны были отплыть из Венеции в Триест и оттуда двигаться вдоль побережья Адриатики до Рагузы. Это был действительно самый оригинальный, самый прекрасный, самый необычный план. Оставался только денежный вопрос!.. Размышляя о способах, которыми его можно было разрешить, мы напали на мысль заранее описать наше путешествие, продать свой труд повыгоднее и с помощью вырученных денег убедиться, насколько верны были наши описания. Тогда эта идея была нова, но, к сожалению, мы от нее отказались.

Когда мы разрабатывали этот проект, занимавший нас некоторое время, Ампер, знающий все европейские языки, поручил, уж не знаю почему, мне, полнейшему невежде, собрать подлинные произведения поэтического творчества иллирийцев. Готовясь к этому, я прочел Путешествие по Далмации аббата Фортиса[4], а также довольно хорошую работу по статистике старых иллирийских провинций, составленную, кажется, одним из видных чиновников министерства иностранных дел. Я выучил пять или шесть славянских слов и в течение каких-нибудь двух недель написал все свои баллады.

Сборник был тайком отпечатан в Страсбурге и снабжен примечаниями и портретом автора. Тайна тщательно сохранялась, успех был огромный.

Правда, было продано всего двенадцать экземпляров, и у меня до сих пор сердце обливается кровью, когда я думаю о несчастном издателе, за чей счет проделана была вся эта мистификация, но если французы читать меня не пожелали, то иностранцы и некоторые компетентные лица отдали мне должное.

Через два месяца после выхода в свет Гузлы г-н Бауринг[5], автор славянской антологии, написал мне, прося дать ему возможность ознакомиться с оригиналами песен, так прекрасно мною переведенных.

Затем господин Гергардт[6], советник и доктор в одном из германских государств, прислал мне два толстых тома славянских песен, переведенных на немецкий язык; он включил в них и перевод Гузлы, переложенный им также в стихи, что сделать ему, как он писал в предисловии, было вовсе не трудно, так как в моей прозе он уловил метрику иллирийского стиха. Как известно, немцы часто делают удивительные открытия; этот же просил меня прислать ему еще новых баллад, чтобы составить из них третий том.

Наконец, г-н Пушкин перевел на русский язык некоторые из моих вещиц, и это можно сравнить с Жиль Бласом, переведенным на испанский язык, или с Письмами португальской монахини[7] в португальском переводе.

Такой блестящий перевод не вскружил мне голову. Опираясь на отзывы господ Бауринга, Гергардта и Пушкина, я мог хвастать тем, что удачно справился с местным колоритом, но это было так просто и легко, что я стал сомневаться в достоинствах этого местного колорита и охотно простил Расину, что он цивилизовал диких героев Софокла и Эврипида.

1840

Страница 1 из 29

Назад1229Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее