Загрузка...
Железная воля — обложка книги
Дата написания1875-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга «Железная воля» повествует о немецком инженере Гуго Карловиче Пекторалисе, чья непоколебимая решимость приводит к открытию фабрики, конфликтам с соседями и финансовым трудностям, а также к сверхъестественным испытаниям, связанным с долгами и духами.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личной волей и внешними обстоятельствами, включая финансовые трудности, конфликты с соседями и сверхъестественные испытания, которые проверяют упорство и честность героя.

Ключевые идеи

  • Железная воля как качество, проявляющееся в упорстве и соблюдении обещаний.
  • Разница между русской и немецкой культурой и восприятием силы воли.
  • Преодоление языковых и культурных барьеров через упорство.
  • Важность технической компетентности и настойчивости в бизнесе.
  • Железная воля как движущая сила, но не всегда приводит к успеху
  • Конфликт интересов в соседних предприятиях может перерасти в судебное разбирательство
  • Переход от подчиненного к собственному бизнесу сопряжен с рисками и неожиданными препятствиями
  • Проблемы долгов и пьянства в семье
  • Влияние сверхъестественных явлений на повседневную жизнь
  • Конфликт между личной волей и внешними обстоятельствами

Вывод

Книга приводит к выводу, что железная воля и честность важны, но без учёта внешних обстоятельств и духовных аспектов они могут привести к потере и испытаниям, подчёркивая необходимость баланса между личной решимостью и внешними факторами.

Кому полезна

  • Люди, интересующиеся историей русской промышленности и личной волей
  • Читатели, ищущие уроки упорства и честности
  • Те, кто интересуется сверхъестественными и духовными аспектами жизни

Главные темы

  • Железная воля и упорство
  • Конфликты с соседями и финансовые трудности
  • Сверхъестественные явления и духовные испытания

Персонажи

  • Гуго Карлович Пекторалис — Гуго Карлович Пекторалис – немецкий инженер с железной волей, не говорит по-русски, но учится, решает технические проблемы, женится на Кларе Павловной. Точный, настойчивый, стремится к независимости, открывает фабрику, конфликтует с Офенбергом и Сафрончиком, вынужден платить компенсацию, жена покидает его.
  • Клара Павловна — Клара Павловна – немецкая женщина с асимметричными конечностями, символ железной воли. Сначала поддерживает Пекторалиса, но в итоге покидает его из-за финансовых и личных проблем, оставляя его одиноким.
  • Сафрончик — Сафрончик (Сафроныч) – бывший чугуноплавильщик, ставший пьяницей, но благодаря жене Марье Матвеевне управлял доходами, скрывал деньги, пережил сверхъестественные события. В конфликте с Пекторалисом не желает уступать место, вынужден платить компенсацию за закрытые ворота, в итоге умирает.
  • Офенберг — Офенберг – соперник Пекторалиса, сопротивляется его уходу, участвует в конфликте, приводит к шуму и ссоре.
  • Марья Матвеевна — Марья Матвеевна – умело управляет семейными финансами, защищает мужа от долгов, отбирает полтину, отнимает деньги, пытается изгнать духа.
  • Федор Афанасьевич Вочнев — Федор Афанасьевич Вочнев – старик, разливший чай, призывает к спокойствию, отмечает, что железная воля – это не только сила, но и умение держать слово.
  • Дмитрий Ерофеич — Дмитрий Ерофеич – обманщик, но в итоге помогает Пекторалису получить лошадь.
  • Нарратор — Нарратор – наблюдатель, помогает Пекторалису, учится русскому, описывает события в компании.
  • Отец Флавиан — Отец Флавиан – пытается изгнать духа, участвует в обряде.
  • Дьякон Савва — Дьякон Савва – пытается изгнать духа, участвует в обряде.
  • Фенка — Фенка – босоногая, с заячьей губой, оставила дверь в чердак открытой, позволяя духу проникнуть.

Цитаты

  • Ржа железо точит.
  • Железная воля
  • «Я и о тебе подумал – я тебя не оставлю, и ты будешь со мною»
  • «Я не отпускал, и я не могу, но я не могу, но я не могу»
  • "Глупый я человек, – очень глупый: правду мне покойник Жига говорил, что я глуп, а мне неожиданная благодать в сем немце дарована."
  • "Пока Пекторалис с Сафронычем тягались – и первый, разоряясь, сносил определенными кушами все свои достатки в пользу последнего, – этот, сделавшись настоящим пьяницею, все-таки был в лучшем положении."

Сводка по автору из Wikidata

1831–1895. Николай Леско́в. русский писатель и публицист (1831—1895)

Читать онлайн

Страница 4 из 23

– Да, у меня железная воля; и у моего отца, и у моего деда была железная воля, – и у меня тоже железная воля.

– Железная воля!.. вы, верно, из Доберана, что в Мекленбурге?

Он удивился и отвечал:

– Да, я из Доберана.

– И едете на заводы в Р.?

– Да, я еду туда.

– Вас зовут Гуго Пекторалис?

– О да, да! я инженер Гуго Пекторалис, но как вы это узнали?

Я не вытерпел более, вскочил с места, обнял Пекторалиса, как будто старого друга, и повлек его к самовару, за которым обогрел его пуншем и рассказал, что узнал его по его железной воле.

– Вот как! – воскликнул он, придя в неописанный восторг, – и, подняв руки кверху, проговорил: – О мой отец, о мой гроссфатер![ 3] слышите ли вы это и довольны ли вашим Гуго?

– Они непременно должны быть вами довольны, – отвечал я, – но вы садитесь-ка скорее к столу и отогревайтесь чаем. Вы, я думаю, черт знает как назяблись!

– Да, я зяб; здесь холодно; о, как холодно! Я это все записал.

– У вас и платье совсем не такое, как нужно: оно не греет.

– Это правда: оно даже совсем не греет, – вот только и греют, что одни чулки; но у меня железная воля, – и вы видите, как хорошо иметь железную волю.

– Нет, – говорю, – не вижу.

– Как же не видите: я известен прежде, чем я приехал: я сдержал свое слово и жив, я могу умереть с полным к себе уважением, без всякой слабости.

– Но позвольте узнать, кому вы это дали такое слово, о котором говорите?

Он широко отмахнул правою рукою с вытянутым пальцем – и, медленно наводя его на свою грудь, отвечал:

– Себе.

– Себе! Но ведь позвольте мне вам заметить: это почти упрямство.

– О нет, не упрямство.

– Обещания даются по соображениям – и исполняются по обстоятельствам.

Немец сделал полупрезрительную гримасу и отвечал, что он не признает такого правила; что у него все, что он раз себе сказал, должно быть сделано; что этим только и приобретается настоящая железная воля.

– Быть господином себе и тогда стать господином для других – вот что должно, чего я хочу и что я буду преследовать.

«Ну, – думаю, – ты, брат, кажется, приехал сюда нас удивлять – смотри же только, сам на нас не удивись!»

V

Мы переночевали вместе с Пекторалисом и почти целую ночь провели без сна. Назябшийся немец поместился на креслах перед камином и ни за что не хотел расстаться с этим теплым местом; но он чесался, как блошливый пудель, – и эти кресла под ним беспрестанно двигались и беспрестанно будили меня своим шумом. Я не раз убеждал его перелечь на диван; но он упорно от этого отказывался. Рано утром мы встали, напились чаю и поехали. В первом же городе я послал его с своим человеком в баню; велел хорошенько отмыть, одеть в чистое белье – и с этих пор мы с ним ехали безостановочно, и он не чесался. Я вынул тоже Пекторалиса и из его клеенки, завернул его в запасную овчинную шубу моего человека – и он у меня отогрелся и сделался чрезвычайно жив и словоохотлив. Он во время своего медлительного путешествия не только иззябся, но и наголодался, потому что его порционных денег ему не стало, да он и из тех что-то вначале же выслал в свой Доберан и во все остальное время питался чуть не одною своею железною волею. Но зато он и сделал немало наблюдений и заметок, не лишенных некоторой оригинальности. Ему постоянно бросалось в глаза то, что еще никем не взято в России и что можно взять уменьем, настойчивостью и, главное, «железною волею».

Я очень им был доволен и за себя и за всех обитателей нашей колонии, которым я рассчитывал привезти немалую потеху в лице этого оригинала, уже заранее изловчавшегося произвести в России большие захваты при содействии своей железной воли.

Что он нахватает – вы это увидите из развития нашей истории, а теперь идем по порядку.

Во-первых, этот Пекторалис оказался очень хорошим, – конечно, не гениальным, но опытным, сведущим и искусным инженером. Благодаря его твердости и настойчивости дело, для которого он приехал, пошло превосходно, несмотря на многие неожиданные препятствия. Машины, для установки которых он приехал, оказались изготовленными во многих частях весьма неточно и не из доброкачественного материала. Списываться об этом и требовать новых частей было некогда, потому что заводы ждали перемола хлеба, и Пекторалис много вещей сделал сам. Детали эти с грехом пополам отливали на ничтожном, плохоньком чугунном заводишке в городе у некоего ленивейшего мещанина, по прозванию Сафроныча, а Пекторалис отделывал их, работая сам на самоточке. Уладить все это возможно было действительно только при содействии железной воли. Услуги Пекторалиса были замечены и вознаграждены прибавкою ему жалованья, которое у него поднялось теперь до полуторы тысячи рублей в год.

Когда я объявил ему об этой прибавке, он поблагодарил за нее с достоинством и сейчас же присел к столу и начал что-то высчитывать, а потом уставил глаза в потолок и проговорил:

– Это, значит, не изменяя моего решения, сокращает срок ровно на один год одиннадцать месяцев.

– Что вы считаете?

– Я суммирую… одни мои соображения.

– Ах, извините за нескромность.

– О, ничего, ничего: у меня есть известные ожидания, которые зависят от получения известных средств.

– И эта прибавка, о которой я вам принес известие, конечно, сокращает срок ожидания?

– Вы отгадали: оно сокращает его ровно на год одиннадцать месяцев. Я должен сейчас написать об этом в Германию. Скажите, когда у нас едут в город на почту?

– Едут сегодня.

– Сегодня? очень жаль: я не успею описать все как следует.

– Ну что за вздор! – говорю, – много ли нужно времени, чтобы известить о деле своего компаниона или контрагента?

– Контрагента, – повторил он за мною и, улыбнувшись, добавил: – О, если бы вы знали, какой этот контрагент!

– А что? конечно, это какой-нибудь сухой формалист?

– А вот и нет: это очень красивая и молодая девушка.

– Девушка? Ого, Гуго Карлыч, какие вы за собою грешки скрываете!

– Грешки? – переспросил он и, помотав головою, добавил: – никаких грешков у меня не было, нет и не может быть таких грешков. Это очень, очень важное, обстоятельное и солидное дело, которое зависит от того, когда у меня будет три тысячи талеров. Тогда вы увидите меня…

– На верху блаженства?

– Ну, нет еще, – не совсем наверху, но близко. На верху блаженства я могу быть только тогда, когда у меня будет десять тысяч талеров.

– Не значит ли все это попросту, что вы собираетесь жениться и что у вас в вашем Доберане или где-нибудь около него есть хорошенькая, милая девица, которая имеет частицу вашей железной воли?

– Именно, именно, вы совершенно правы.

– Ну, и вы, как настоящие люди крепкой воли, дали друг другу слово: отложить ваше бракосочетание до тех пор, пока у вас будет три тысячи талеров?

– Именно, именно: вы прекрасно угадываете.

– Да и не трудно, – говорю, – угадывать-то!

– Однако как это, на ваш русский характер, разве возможно?

– Ну что, мол, еще там про наш русский характер: где уже нам с вами за одним столом чай пить, когда мы по-вашему морщиться не умеем.

– Да ведь и это, – говорит, – еще не все, что вы отгадали.

– А что же еще-то?

– О, это важная практика, очень важная практика, очень важная практика, для которой я себя так строго и держу.

Страница 4 из 23

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее