Загрузка...
История государства Российского. Том 12. От Василия Шуйского до Междуцарствия. 1606-1612 гг. — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

История государства Российского. Том 12. От Василия Шуйского до Междуцарствия. 1606-1612 гг.

Автор Николай Михайлович Карамзин
12+2003606 читателей
Дата написания1828-12-31
Язык книгиru
СерияИстория государства Российского, 12
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга описывает период после смерти Бориса Годунова, когда на трон взошёл Василий Шуйский, который пытался восстановить порядок, но столкнулся с внутренними мятежами, вторым лжедмитрийским восстанием и внешним вмешательством, что привело к междоцарству и политической нестабильности в России.

Главный конфликт / проблема

Политическая нестабильность и борьба за власть в России после смерти Бориса Годунова, осложненная внутренними мятежами и внешним вмешательством

Ключевые идеи

  • Василий Шуйский стремился восстановить закон и порядок, но столкнулся с недоверием бояр и народа.
  • Борьба с самозванцем Дмитрием и внутренние мятежи разорили страну, усиливая хаос.
  • Внешние конфликты, особенно с Литвой, усугубили внутренние проблемы и привели к междоцарству.
  • Внутренняя нестабильность и бунты в России во времена правления Василия I.
  • Влияние второго лжедмитрийского претендента и его союзников на политическую ситуацию.
  • Роль иностранных сил (литовских и шведских) в поддержке лжедмитрийского движения.
  • Сопротивление Василия и его воинов, включая Дмитрия Шуйского, в защите Москвы и Троицкой лавры.
  • Восстание против Василия Шуйского и смерть молодого князя Михаила
  • Влияние иностранных сил (польских, шведских, самозванца Сигизмунда) на внутренние конфликты
  • Захват Москвы гетманом Жолкевичем и избрание Владислава в качестве нового правителя
  • Формирование междоцарства и политическая нестабильность России

Вывод

Книга демонстрирует, как слабость монархии, разногласия среди бояр и вмешательство иностранных держав привели к продолжительному периоду хаоса и междоцарству в России.

Кому полезна

  • историки
  • студенты истории
  • читатели, интересующиеся русской историей

Главные темы

  • Междоцарствие
  • Лжедмитрийские восстания
  • Внешнее вмешательство и внутренние бунты

Персонажи

  • Василий Иоаннович Шуйский — Наследник Годунова, стремившийся восстановить порядок, но сталкивающийся с недоверием и мятежами. Был лишен престола и погиб после интриг и клеветы со стороны близких к царю и сторонников молодого князя Михаила.
  • Лжедмитрий — Лжедмитрий, который пытался установить власть в России, но был подавлен Василием.
  • Сигизмунд — Поддерживал польские интересы в России и пытался влиять на внутренние дела.
  • Жолкевич — Присоединился к русским войскам, захватил Москву и назначил нового военачальника.
  • Бояры — Служили как союзники, так и противники правления Шуйского.
  • Дмитрий Шуйский — Сначала проявляет неуверенность, но позже участвует в боях за Москву. Пытался удержать власть и защитить Смоленск, но оказался в конфликте с польскими и шведскими войсками.
  • Михаил — Поддержка со стороны некоторых дворян привела к падению Василия и его последующей смерти.
  • Делагарди — Сотрудничал с Дмитрием Шуйским в попытке удержать Смоленск.
  • Мозырский Хорунжий — Присоединяется к армии лжедмитрийского претендента.
  • Ляпунов — Объявил бунт против Василия и его сторонников, призывая к восстанию.
  • Владислав — Был избран в качестве нового правителя после захвата Москвы Жолкевичем.

Цитаты

  • «Василий, льстивый Царедворец Иоаннов, сперва явный неприятель, а после бессовестный угодник…»
  • «Он хотел добра отечеству, и без сомнения искренно: еще более хотел угождать Россиянам.»
  • "Мы, Димитрий Иоаннович, Божией милостию Царь всея России, Великий Князь Московский, Дмитровский, Углицкий, Городецкий… и других многих земель и Татарских Орд, Московскому Царству подвластных, Государь и наследник…"
  • "Сия осада знаменита в наших летописях не менее Псковской, и еще удивительнее: первая утешила народ во время его страдания от жестокости Иоанновой; другая утешает потомство в страдании за предков, униженных развратом."
  • Василий лишен престола.
  • Пожар Москвы.

Сводка по автору из Wikidata

1766–1826. Николай Михайлович Карамзин. русский историк, писатель, поэт и переводчик

Читать онлайн

Страница 3 из 52

Еще Церковь не имела Патриарха: в самый первый день Василиева Царствования свели Игнатия с престола, без суда духовного, единственно по указу Государеву, – одели в черную рясу и заперли в келиях Чудова монастыря; Иов же, в печали, в слезах лишась зрения, не хотел возвратиться в Москву, где находились тогда все Святители Российские, кроме Митрополита Ермогена, удаленного Лжедимитрием, и тем возвышенного во мнении народа. Среди жалостных примеров слабости, оказанное несчастным Иовом и всем Духовенством, Ермоген, не обольщенный милостию Самозванца, не устрашенный опалою за ревность к Православию, казался Героем Церкви, и был единодушно, единогласно наречен Патриархом, – нетерпеливо ожидаем и немедленно посвящен, как скоро прибыл из Казани в столицу, собором наших Епископов. Царь, с любовью вручая Ермогену жезл Св. Петра Митрополита, и Ермоген, с любовью благословляя Царя, заключили искренний, верный союз Церкви с Государством, но не для их мира и счастия!

Утвердив себя на престоле великодушным обетом блюсти закон, всенародным оправданием казни расстригиной, своим Царским венчанием, торжеством Димитриевой святости, избранием Патриарха ревностного и мужественного духом, – поставив войско на берегах Оки и в Украине, велев надежным чиновникам осмотреть его и Воеводам ждать царского указа, чтобы идти для усмирения врагов, где они явятся, – Василий немедленно занялся делами внешними. Важнейшим делом было решить мир или войну с Литвою, не уронить достоинства России, но без крайности не начинать кровопролития в смутных обстоятельствах Государства, коего внутреннее устройство, после измен и бунтов, требовало времени и тишины. Еще тело Самозванца лежало на лобном месте, когда Духовенство наше отправило гонца в Киев, к тамошнему Воеводе, Князю Острожскому, с известительною грамотою о всем, что случилось в Москве, и с уверением в миролюбии Российского Правительства, не взирая на все козни Литовского. В сем смысле действовал и новый Венценосец: хранил Поляков от злобы народа, велел давать им все нужное в изобилии, и с честию отвезти Марину к отцу, который, обманывая себя и других, еще именовал ее Царицею, и в виде слуги усердного благоговел пред дочерью. Марина изъявляла более высокомерия, нежели скорби, и говорила своим ближним: «Избавьте меня от ваших безвременных утешений и слез малодушных!» У нее взяли сокровища, одежды богатые, данные ей мужем: она же не жаловалась от гордости. Взяли и все имение Воеводы Сендомирского: 10000 рублей деньгами, кареты, лошадей, приборы конские, вина, всего на 250000 нынешних рублей серебряных, сказав ему: «возвратим тебе, что найдется твоим собственным: удержим достояние казны Царской». В свидании с Боярами Мнишек не скрывал глубокой своей печали, ни раскаяния, вероятно искреннего, быв знаменитейшим Вельможею в отечестве и видя себя невольником в стране чуждой, где народная месть, им заслуженная, угрожала ему гибелию или узами, после его сновидения о Державном величии. Бояре обещали Мнишку не только безопасность, но и свободу, если Король удостоверит Василия в истинном расположении к миру.

Они имели несколько свиданий и с Послами Литовскими. Первое было 27 Маия, во дворце, где сии Паны заметили разительную перемену: исчезла пышность Лжедимитриева времени; скрылись блестящие золотом телохранители и стрельцы; самые знатные чиновники, угождая вкусу Василиеву к бережливости, не отличались, богатством платья. Вместо роскоши и веселия, являлись везде простота, угрюмая важность, безмолвная печаль. «Нам казалось, – пишут Ляхи-очевидцы, – что Двор Московский готовился к погребению». Князья Мстиславский, Дмитрий Шуйский, Трубецкой, Голицыны, Татищев приняли Олесницкого и Госевского в той же палате, в коей они беседовали с ними именем Лжедимитрия, называя его тогда непобедимым Цесарем, а в сие время гнусным исчадием ада! Мстиславский произнес сильную речь о злодейском убиении истинного сына Иоаннова по воле Годунова, о нелепом самозванстве расстриги, о кознях Сигизмундовых, желая доказать, что бродяга без вспоможения Ляхов никогда не овладел бы Московским престолом; что сей бродяга достойно казнен Россиею, а немногие Ляхи в час мятежа убиты чернию за их наглость, без ведома Бояр и Дворянства. «Одним словом, – заключил Мстиславский, – кто виною зла и всех бедствий? Король и вы, Паны, нарушив святость мирного договора и крестного целования».

Олесницкий и Госевский тихо советовались друг с другом и дали ответ не менее сильный, изъясняясь смело, и если не во всем искренно, то по крайней мере умно и благородно. «Мы слышали о бедственной кончине Димитрия, – говорили Паны, – и жалели об ней как Христиане, гнушаясь убийцею. Но явился человек под именем сего Царевича, свидетельствуясь разными приметами в истине своего уверения, и сказывая, как он спасен Небом от убийцы – как Борис тайно умертвил Царя Феодора, истребил знатнейшие роды Дворянские, теснил, гнал всех людей именитых. Не то ли самое говорили нам о Борисе и некоторые из вас, мужей Думных? И читая историю, не находим ли в ней примеров, что мнимоусопшие являются иногда живы в казнь злодейству? Но мы еще не верили бродяге: поверил ему только добросердечный Воевода Сендомирский, и не ему одному, но многим Россиянам, признавшим в нем Димитрия: они клялися, что Россия ждет его; что города и войско сдадутся Иоаннову наследнику. Действуя самовольно, Мнишек хотел быть свидетелем торжества Димитриева – и был; но, повинуясь указу Королевскому, возвратился, чтобы не нарушить мира, заключенного нами с Годуновым. Димитрий, как он называл себя, остался в земле Северской единственно с Россиянами, Донскими и Запорожскими Козаками: что ж сделали Россияне? Пали к ногам его: Воеводы и войско. Что сделали и вы, Бояре? Выходили к нему навстречу с царскою утварию; вопили, что принимаете Государя любимого от Бога, и кипели гневом, когда Ляхи смели утверждать, что они дали Царство Димитрию. Мы, Послы, собственными глазами видели, как вы пред ним благоговели. Здесь, в сей самой палате, рассуждая с нами о делах государственных, вы не изъявляли ни малейшего сомнения о роде его и сане. Одним словом, не мы Поляки, но вы Русские, признали своего же Русского бродягу Димитрием, встретили с хлебом и солью на границе, привели в столицу, короновали и… убили; вы начали, вы и кончили. Для чего же вините других? Не лучше ли молчать и каяться в грехах, за которые Бог наказал вас таким ослеплением? Не говорим о клятвопреступлении и цареубийстве; не осуждаем вашего дела, и не имеем причины жалеть о сем человеке, который в ваших глазах оскорблял нас, величался, безумно требовал неслыханных титулов и едва ли мог быть надежным другом нашего отечества; но дивимся, что вы, Бояре, как люди известно умные, дозволяете себе суесловить, желая оправдать душегубство: бесчеловечное избиение наших братьев… Они не воевали с вами, не помогали вашему Лжедимитрию, не хранили его: ибо он вверил жизнь свою не им, а вам единственно! Слагаете вину на чернь: поверим тому, если можно; поверим, если вы невредимо отпустите с нами Воеводу Сендомирского, дочь его и всех Ляхов к Королю, дабы мы своим миролюбивым ходатайством обезоружили месть готовую. Но доколе, вопреки народному праву, уважаемому и варварами, будете держать нас, как бы пленников, дотоле в глазах Короля, Республики и всей Европы не чернь Московская, а вы с вашим новым Царем останетесь виновниками сего кровопролития, и не в безопасности. Рассудите!»

Страница 3 из 52

Вам также может понравиться

Страница 1 из 3

Назад123Далее