Загрузка...
Леди Макбет Мценского уезда — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Леди Макбет Мценского уезда

Автор Николай Семёнович Лесков
18+9.9k читателей
Язык книгиru
Возрастное ограничение18+
Темы
Катерина ИзмайловаСергейлюбовникпреступление19 векпсихологиясвадьбалюбовь

Описание

Главная героиня, Катерина Львовна Измайлова, ищет свободу и страсть в скучной купеческой жизни, вступает в роман с молодым Сергеем, и их отношения приводят к преступлению, семейным интригам и тюремной судьбе.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными желаниями и семейными обязанностями, приводящий к преступлению и разрушению семьи

Ключевые идеи

  • Брак без любви и бездетность
  • Скука и поиск страсти
  • Скука и поиск развлечений в жизни Катерины Львовны.
  • Незаботливое и игривое взаимодействие с молодым Сергеем.
  • Конфликт между личными желаниями и семейными обязанностями.
  • Смерть Бориса Тимофеича и быстрая похорона
  • Катерина Львовна берёт на себя заботу о Сергее и управляет домом
  • Странный кот как символ недоразумения и ревности
  • Тревога и ревность в отношениях между Катериной, Сергеем и Зиновием
  • Смерть мужа как акт мести и попытка контроля над судьбой
  • Наследственный конфликт и борьба за имущество
  • Появление сверхъестественных явлений как символ внутреннего страха

Вывод

Книга показывает, как отсутствие любви и стремление к свободе могут привести к трагическим последствиям, а также как семейные интриги и страхи влияют на судьбу персонажей.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся русской классикой
  • Люди, изучающие психологию семейных конфликтов
  • Историки и исследователи русской литературы

Главные темы

  • Брак и бездетность
  • Любовный роман и преступление
  • Семейные интриги и наследство
  • Тюремная жизнь и внутренние конфликты

Персонажи

  • Катерина Львовна — Уставшая от скуки и одиночества, ищет развлечения и ощущает свободу от мужа. Жесткая, но заботливая, стремится удержать порядок и контроль над домом, реагирует на появление кота с подозрением. Сильная, решительная, но порой безрассудная, стремится сохранить свою долю и защитить семью. Равнодушна к своему ребёнку, держит холодный и расчётливый характер, но в тюрьме испытывает ревность к другим женщинам.
  • Сергей — Игривый, любит веселье, проявляет интерес к Катерине, но не готов к серьёзным обязательствам. Восстанавливается после болезни, становится активным и участвует в семейных интригах. Служит Катерине в переносе тела и в борьбе за наследство. Покорный, но в тюрьме проявляет интерес к Сонетке, что усиливает напряжение с Катериной.
  • Зиновий Борисыч — Бывший хозяин, часто отсутствует, но в итоге вмешивается в конфликт. Возвращается в дом, выражает раздражение и ревность. Бывший владелец имущества, чья смерть становится центральным событием.
  • Борис Тимофеич — Восемьдесят лет, вдовец, переживает бездетность семьи. Смерть напоминает гибель крыс, которые Катерина готовила с опасным порошком.
  • Федор Лямин — Незнакомый для Катерины, но важный фактор в конфликте.
  • Аксинья — Участвует в праздновании, шутит о свинье и веселье.
  • Кот — Появляется, исчезает, вызывает недоумение и тревогу.
  • Фиона — Мягкая и ленивая, не вызывает конфликтов, но иногда участвует в обсуждениях.
  • Сонетка — Сильная личность, часто конфликтует с Катериной и привлекает внимание Сергея.

Цитаты

  • Иной раз в наших местах задаются такие характеры, что, как бы много лет ни прошло со встречи с ними, о некоторых из них никогда не вспомнишь без душевного трепета.
  • Катерина Львовна не родилась красавицей, но была по наружности женщина очень приятная.
  • Сергей обнял молодую хозяйку и прижал ее твердую грудь к своей красной рубашке.
  • Сергей поднял хозяйку, как ребенка, на руки и унес ее в темный угол.
  • Поел Борис Тимофеич на ночь грибков с кашицей, и началась у него изжога; вдруг схватило его под ложечкой; рвоты страшные поднялись, и к утру он умер
  • Кот курны-мурны у нее над ухом, уткнулся мордою да и выговаривает: «Какой же, – говорит, – я кот! С какой стати! Ты это очень умно, Катерина Львовна, рассуждаешь, что совсем я не кот, а я именитый купец Борис Тимофеич.
  • …был мертвый, с передавленным горлом и рассеченным виском.
  • …пойдем, – порывисто обернувшись к двери, сказала Катерина Львовна.
  • Братцы мои, голубчики! Душат кого-то здесь, душат!
  • Если ему охота была это сказывать, так мне запираться нечего: я убила.

Сводка по автору из Wikidata

1831–1895. Николай Леско́в. русский писатель и публицист (1831—1895)

Читать онлайн

Страница 3 из 14

Глава третья

Теплые молочные сумерки стояли над городом. Зиновий Борисыч еще не возвращался с попрудки. Свекра Бориса Тимофеича тоже не было дома: поехал к старому приятелю на именины, даже и к ужину заказал себя не дожидаться. Катерина Львовна от нечего делать рано повечерила[7], открыла у себя на вышке окошечко и, прислонясь к косяку, шелушила подсолнечные зернышки. Люди в кухне поужинали и расходились по двору спать: кто под сараи, кто к амбарам, кто на высокие душистые сеновалы. Позже всех вышел из кухни Сергей. Он походил по двору, спустил цепных собак, посвистал и, проходя мимо окна Катерины Львовны, поглядел на нее и низко ей поклонился.

– Здравствуй, – тихо сказала ему с своей вышки Катерина Львовна, и двор смолк, словно пустыня.

– Сударыня! – произнес кто-то через две минуты у запертой двери Катерины Львовны.

– Кто это? – испугавшись, спросила Катерина Львовна.

– Не извольте пугаться: это я, Сергей, – отвечал приказчик.

– Что тебе, Сергей, нужно?

– Дельце к вам, Катерина Ильвовна, имею: просить вашу милость об одной малости желаю; позвольте взойти на минуту.

Катерина Львовна повернула ключ и впустила Сергея.

– Что тебе? – спросила она, сама отходя к окошку.

– Пришел к вам, Катерина Ильвовна, попросить, нет ли у вас какой-нибудь книжечки почитать. Скука очень одолевает.

– У меня, Сергей, нет никаких книжек: не читаю я их, – отвечала Катерина Львовна.

– Такая скука, – жаловался Сергей.

– Чего тебе скучать!

– Помилуйте, как не скучать: человек я молодой, живем мы словно как в монастыре каком, а вперед видишь только то, что, может быть, до гробовой доски должен пропадать в таком одиночестве. Даже отчаянье иногда приходит.

– Чего ж ты не женишься?

– Легко сказать, сударыня, жениться! На ком тут жениться? Человек я незначительный; хозяйская дочь за меня не пойдет, а по бедности все у нас, Катерина Ильвовна, вы сами изволите знать, необразованность. Разве оне могут что об любви понимать как следует! Вот изволите видеть, какое ихнее и у богатых-то понятие. Вот вы, можно сказать, каждому другому человеку, который себя чувствует, в утешение бы только для него были, а вы у них как канарейка в клетке содержитесь.

– Да, мне скучно, – сорвалось у Катерины Львовны.

– Как не скучать, сударыня, в эдакой жизни! Хоша бы даже и предмет какой у вас был со стороны, так, как другие прочие делают, так вам и видеться с ним даже невозможно.

– Ну это ты… не то совсем. Мне вот, когда б я себе ребеночка бы родила, вот бы с ним, кажется, и весело стало.

– Да ведь это, позвольте вам доложить, сударыня, ведь и ребенок тоже от чего-нибудь тоже бывает, а не так же. Нешто теперь, по хозяевам столько лет живши и на эдакую женскую жизнь по купечеству глядючи, мы тоже не понимаем? Песня поется: «без мила дружка обуяла грусть-тоска», и эта тоска, доложу вам, Катерина Ильвовна, собственному моему сердцу столь, могу сказать, чувствительна, что вот взял бы я его вырезал булатным ножом из моей груди и бросил бы к вашим ножкам. И легче, сто раз легче бы мне тогда было…

У Сергея задрожал голос.

– Что это ты мне тут про свое сердце сказываешь? Мне это ни к чему. Иди ты себе…

– Нет, позвольте, сударыня, – произнес Сергей, трепеща всем телом и делая шаг к Катерине Львовне. – Знаю я, вижу и очень даже чувствую и понимаю, что и вам не легче моего на свете; ну только теперь, – произнес он одним придыханием, – теперь все это состоит в эту минуту в ваших руках и в вашей власти.

– Ты чего? Чего? Чего ты пришел ко мне? Я за окно брошусь, – говорила Катерина Львовна, чувствуя себя под несносною властью неописуемого страха, и схватилась рукою за подоконницу.

– Жизнь ты моя несравненная! На что тебе бросаться? – развязно прошептал Сергей и, оторвав молодую хозяйку от окна, крепко ее обнял.

– Ox! Оx! Пусти, – тихо стонала Катерина Львовна, слабея под горячими поцелуями Сергея, а сама мимовольно прижималась к его могучей фигуре.

Сергей поднял хозяйку, как ребенка, на руки и унес ее в темный угол.

В комнате наступило безмолвие, нарушавшееся только мерным тиканьем висевших над изголовьем кровати Катерины Львовны карманных часов ее мужа; но это ничему не мешало.

– Иди, – говорила Катерина Львовна через полчаса, не смотря на Сергея и поправляя перед маленьким зеркальцем свои разбросанные волосы.

– Чего я таперича отсюдова пойду, – отвечал ей счастливым голосом Сергей.

– Свекор двери запрет.

– Эх, душа, душа! Да каких ты это людей знала, что им только дверью к женщине и дорога? Мне что к тебе, что от тебя – везде двери, – отвечал молодец, указывая на столбы, поддерживающие галерею.

Глава четвертая

Зиновий Борисыч еще неделю не бывал домой, и всю эту неделю жена его, что ночь, до самого бела света гуляла с Сергеем.

Много было в эти ночи в спальне Зиновия Борисыча и винца из свекрового погреба попито, и сладких сластей поедено, и в сахарные хозяйкины уста поцеловано, и черными кудрями на мягком изголовье поиграно. Но не все дорога идет скатертью, бывают и перебоинки.

Не спалось Борису Тимофеичу: блуждал старик в пестрой ситцевой рубашке по тихому дому, подошел к одному окну, подошел к другому, смотрит, а по столбу из-под невесткина окна тихо-тихохонько спускается книзу красная рубаха молодца Сергея. Вот тебе и новость! Выскочил Борис Тимофеич и хвать молодца за ноги. Тот развернулся было, чтоб съездить хозяина от всего сердца по уху, да и остановился, рассудив, что шум выйдет.

– Сказывай, – говорит Борис Тимофеич, – где был, вор ты эдакой?

– А где был, – говорит, – там меня, Борис Тимофеич, сударь, уж нету, – отвечал Сергей.

– У невестки ночевал?

– Про то, хозяин, опять-таки я знаю, где ночевал; а ты вот что, Борис Тимофеич, ты моего слова послушай: что, отец, было, того назад не воротишь; не клади ж ты по крайности позору на свой купеческий дом. Сказывай, чего ты от меня теперь хочешь? Какого ублаготворения желаешь?

– Желаю я тебе, аспиду, пятьсот плетей закатить, – отвечал Борис Тимофеич.

– Моя вина – твоя воля, – согласился молодец. – Говори, куда идти за тобой, и тешься, пей мою кровь.

Повел Борис Тимофеич Сергея в свою каменную кладовеньку, и стегал он его нагайкою, пока сам из сил выбился. Сергей ни стона не подал, но зато половину рукава у своей рубашки зубами изъел.

Бросил Борис Тимофеич Сергея в кладовой, пока взбитая в чугун спина заживет; сунул он ему глиняный кувшин водицы, запер его большим замком и послал за сыном.

Но за сто верст на Руси по проселочным дорогам еще и теперь не скоро ездят, а Катерине Львовне без Сергея и час лишний пережить уже невмоготу стало. Развернулась она вдруг во всю ширь своей проснувшейся натуры и такая стала решительная, что и унять ее нельзя. Проведала она, где Сергей, поговорила с ним через железную дверь и кинулась ключей искать. «Пусти, тятенька, Сергея», – пришла она к свекру.

Старик так и позеленел. Он никак не ожидал такой наглой дерзости от согрешившей, но всегда до сих пор покорной невестки.

– Что ты это, такая-сякая, – начал он срамить Катерину Львовну.

– Пусти, – говорит, – я тебе совестью заручаюсь, что еще худого промеж нас ничего не было.

Страница 3 из 14

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее