Загрузка...
Портрет Дориана Грея — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Портрет Дориана Грея

Автор Оскар Уайльд
16+114k читателей
Язык книгиru
Язык оригиналаen
Возрастное ограничение16+
Темы
Дориан ГрейУайльдморалькрасотапортретдеканэтикаромансамоанализдекадент

Описание

«Портрет Дориана Грея» – философский роман о молодости, красоте и моральных дилеммах, в котором главный герой, стремясь сохранить свою внешнюю привлекательность, погружается в порок и преступление, сталкиваясь с последствиями своих действий.

Главный конфликт / проблема

Стремление Дориана сохранить молодость и красоту приводит к моральному падению и преступлению, создавая конфликт между эстетикой и этикой.

Ключевые идеи

  • Искусство создаёт прекрасное и должно скрывать творца.
  • Критик – это способ интерпретации красоты и отражение зрителя.
  • Мораль и эстетика взаимосвязаны, но художник должен избегать личных пристрастий.
  • Искусство является зеркалом, отражающим зрителя, а не жизнь.
  • Семейная история и наследство как фундамент личности
  • Красота и страсть как движущие силы человеческой жизни
  • Идеализация искусства и разочарование в реальности
  • Внутренний конфликт и самосознание
  • Портрет как зеркало души
  • Тёмная страсть к сохранению молодости приводит к убийству и скрытию тела
  • Коллекционирование и искусство как способ самоутверждения и ухода от реальности
  • Слухи и общественное мнение как источник страха и давления

Вывод

Книга приводит к осознанию того, что сохранение внешней красоты без внутренней честности приводит к разрушению души и разрушению отношений.

Кому полезна

  • Любители классической литературы
  • Студенты и преподаватели по литературе
  • Философы и критики искусства

Главные темы

  • Красота и молодость
  • Мораль и эстетика
  • Искусство и критика
  • Потеря и коррупция

Персонажи

  • Дориан Грей — Красивый, но несовершеннолетний, он ищет своё место в мире и проявляет интерес к актрисе Сибилле Вейн. Он переживает разочарование в искусстве и любви, пытается понять, почему портрет меняется, и борется с внутренним конфликтом. Одержим красотой и молодостью, он коллекционирует предметы искусства, ароматы и драгоценности. Его внутренний конфликт проявляется в страхе, злорадстве и желании сохранить молодость любой ценой. Внешне обаятельный, но внутренне разорённый, он пытается избавиться от тени прошлого.
  • Сибилла Вейн — Молодая и талантливая актриса, объект романтического интереса Дориана. Молодая, красивая, но бездушная в исполнении, её игра вызывает разочарование.
  • Лорд Генри — Изысканный, остроумный и философски настроенный, он поддерживает Дориана, но критически относится к выступлению актрисы, обсуждает мораль, красоту и искупление, ищет истину в искусстве и человеческих страстях, одновременно скептичен к традиционным ценностям.
  • Бэзил Холдуор — Творческий человек, который рисует портрет Дориана и обсуждает искусство с Генри. Он видит в Дориане идеал красоты, но обеспокоен тем, как общество воспринимает его друга. После встречи с Дорианом он становится жертвой убийства.
  • Лорд Фермор — Консервативный и скептический, но с глубокими знаниями о семейной истории, он раскрывает детали происхождения Дориана.
  • Оскар Уайльд — Автор романа, в предисловии излагает свои взгляды на искусство, критика и мораль.
  • Леди Нарборо — Старшая женщина, обсуждающая браки и ревность.
  • Леди Глэдис — Обсуждает мораль, красоту и молодость.
  • Калибан — Полу-человек, полузверь, упоминается в примечании как источник терминологии.
  • Изабелла II — Упоминается как исторический персонаж, свергнутый в 1868 году.
  • Платон — Упоминается в примечании как источник идеи о тенях и идеях.
  • Буонаротти — Упоминается как автор сонетов о красоте и гармонии.

Цитаты

  • Художник — тот, кто создает прекрасное.
  • Искусство — это зеркало, но отражает оно не жизнь, а зрителя.
  • "Мистер Дориан Грей не упоминается в Синих книгах,"
  • "Небось, папаша ее — какой-нибудь поставщик свинины?"
  • "Она играет на их душах, словно на скрипке, делает их чище и лучше"
  • "Портрет меняется, как отражение моей души"
  • Я не хочу знать об этом
  • Пойдемте со мной, Бэзил, я веду своего рода дневник, в нем записан каждый день моей жизни.
  • Исцеляйте душу с помощью ощущений, а ощущения — с помощью души.
  • Портрет несёт бремя его дней, а сам он сохранил неприкосновенный блеск вечной молодости.

Сводка по автору из Wikidata

1854–1900. Oscar Fingal O’Flahertie Wills Wilde. ирландский поэт, драматург, писатель, эссеист (1854—1900)

Читать онлайн

Страница 1 из 68

Annotation

Одно из величайших литературных произведений последних полутора столетий, единственный роман Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея» (1890) поднимает весьма деликатные вопросы, неизменно насущные для постижения искусства и этики. История человека, пожелавшего навеки сохранить молодость и заставить собственный портрет стареть вместо себя, при жизни автора вызывала яростные споры, а ныне признана непревзойденным шедевром мировой литературы.

Оскар Уайльд

Предисловие

Глава I

Глава II

Глава III

Глава IV

Глава V

Глава VI

Глава VII

Глава VIII

Глава IX

Глава X

Глава XI

Глава XII

Глава XIII

Глава XIV

Глава XV

Глава XVI

Глава XVII

Глава XVIII

Глава XIX

Глава XX

notes

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

17

18

19

20

21

22

23

24

25

26

27

28

29

30

31

32

33

34

35

36

37

38

39

40

41

42

43

44

45

46

47

48

49

50

51

52

53

54

55

56

57

58

59

60

61

62

63

64

65

66

67

68

69

70

71

72

73

74

75

76

77

78

79

80

81

82

83

84

85

86

87

88

89

Оскар Уайльд Портрет Дориана Грея

Предисловие

Художник — тот, кто создает прекрасное.

Раскрыть творение и скрыть творца — вот к чему должно стремиться искусство.

Критик — это тот, кто способен в новой форме или новыми средствами передать свое впечатление от прекрасного.

Высшая, как и низшая, форма критики — один из видов автобиографии.

Те, кто в прекрасном видят уродливое, — люди безнравственные, но безнравственность не делает их привлекательными. Это порок.

Те, кто в прекрасном замечают какую-то красоту, — люди нравственные. Они не полностью безнадежны. Но лишь избранные видят в прекрасном одно — красоту.

Нет книг нравственных или безнравственных. Книги или хорошо написаны, или плохо. Вот и все.

Ненависть девятнадцатого века к Реализму — это ярость Калибана[1], увидевшего себя в зеркале.

Ненависть девятнадцатого века к Романтизму — это ярость Калибана, не видящего себя в зеркале.

Для художника нравственная жизнь человека — лишь одна из тем его творчества. Нравственность же искусства — в совершенном применении несовершенных средств. Художник не стремится что-то доказывать. Доказать можно даже неоспоримые истины.

У художника не может быть этических пристрастий. Этические пристрастия художника порождают непростительную манерность стиля.

У художника не может быть болезненного воображения. Художнику дозволено изображать всё.

Мысль и Слово для художника — средства Искусства.

Порок и Добродетель для художника — материал для Искусства.

Если говорить о форме, эталон для всех искусств — искусство музыканта. Если говорить о чувстве — искусство актера.

Всякое искусство поверхностно и в то же время символично. Те, кто пытаются проникнуть глубже поверхности, идут на риск. Те, кто пытаются разгадать символы, тоже рискуют.

Искусство — это зеркало, но отражает оно не жизнь, а зрителя.

Если произведение искусства вызывает споры, — значит, в нем есть нечто новое, сложное и значительное.

Если критики расходятся во мнениях, — значит, художник остался верен самому себе.

Можно простить человеку создание полезной вещи, если только он ею не восторгается. Но того, кто создает бесполезную вещь, может оправдать лишь безмерное восхищение своим творением.

Всякое искусство совершенно бесполезно.

Оскар Уайльд

Глава I

Студию наполняло пьянящее благоухание роз, а когда по деревьям сада пробегал легкий летний ветерок, через открытую дверь доносился густой запах сирени, перемежаемый с более нежным ароматом розовых цветков боярышника.

На покрытом персидскими чепраками диване лежал лорд Генри Уоттон, по обыкновению куря одну за другой бесчисленные папиросы; через проем двери ему был виден объятый желтым пламенем цветения куст ракитника, сплошь увешанный длинными, вздрагивающими при каждом движении воздуха кистями душистых, как мед, цветков, золотым дождем струящихся с тонких веток, гнущихся под тяжестью этого сверкающего великолепия; время от времени по длинным шелковым занавесям, закрывающим огромных размеров окно, проносились причудливые тени пролетающих птиц, на мгновение создавая иллюзию японских рисунков, и мысли лорда Генри обращались к желтолицым художникам Токио, неустанно стремящимся передать впечатление стремительного движения средствами искусства, по природе своей статичного. Монотонное гудение пчел, с трудом проталкивающихся через высокую нескошенную траву или с неустанной настойчивостью кружащих над осыпанными золотой пылью цветками буйно разросшейся жимолости, казалось, делало тишину еще более гнетущей. Глухой шум Лондона напоминал непрерывно звучащую басовую ноту отдаленного органа.

Посреди комнаты стоял на мольберте портрет во весь рост молодого человека необыкновенной красоты, а перед мольбертом, на небольшом от него расстоянии, сидел и сам художник, Бэзил Холлуорд, чье внезапное исчезновение за несколько лет до этого так взволновало общество и породило массу самых невероятных предположений.

Художник смотрел на искусно воссозданный им на полотне образ грациозного, прекрасного юноши, и довольная улыбка не сходила с его лица. Затем он внезапно вскочил и, закрыв глаза, прижал пальцы к векам, будто стараясь удержать в памяти какой-то удивительный сон и боясь пробудиться.

— Это лучшее твое произведение, Бэзил, самое замечательное из всего, что ты до сих пор написал, — томно проговорил лорд Генри. — Тебе обязательно нужно послать его в следующем году на выставку в Гроувенор[2]. В Академию не стоит: у них слишком много полотен и слишком мало вкуса. Когда ни придешь туда, там или столько людей, что не увидишь картин, — и это ужасно, — или же столько картин, что не увидишь людей, а это еще хуже. Нет, только в Гроувенор, и никуда больше.

— А я вообще не собираюсь его выставлять, — отозвался художник, откинув назад голову в свойственной ему странной манере, над которой, бывало, подтрунивали его товарищи в Оксфордском университете. — Нет, никуда я его не пошлю.

Подняв брови, лорд Генри удивленно взглянул на Бэзила сквозь голубой дым, причудливыми тонкими кольцами поднимавшийся от его щедро пропитанной опиумом папиросы.

— Никуда не пошлешь? Но почему, мой дорогой? Что за причина? Странный вы народ, художники! Из кожи вон лезете, чтобы добиться известности, но, как только она приходит, не ставите ее ни в грош. Право же, это глупо! Конечно, плохо, когда о тебе говорят на каждом углу, но еще хуже, когда о тебе вовсе не говорят. Этот портрет вознес бы тебя, Бэзил, намного выше всех молодых художников Англии, а у старых вызвал бы чувство зависти, если старики вообще способны испытывать какие-то чувства.

— Знаю, ты станешь надо мной смеяться, — отозвался художник, — но я и в самом деле не могу его выставлять… Слишком много я вложил в него самого себя.

Лорд Генри расхохотался, поудобнее устраиваясь на диване.

— Ну вот, я так и знал, что ты будешь смеяться, и тем не менее это правда.

Страница 1 из 68

Назад1268Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее