Загрузка...

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

«Потерянный рай» – гениальная поэма Мильтона, благодаря которой он стал одним из известнейших английских поэтов своего времени. Поэма основана на библейском сюжете падения человека и изгнания его из Рая. Как писал Мильтон в Книге Первой, его цель состояла в том, чтобы оправдать путь Бога людям (в оригинале «justify the ways of God to men»). «Возвращенный рай» является продолжением «Потерянного рая». Поэма повествует об искушении Иисуса Христа Сатаной во время пребывания в пустыне. «Потерянный рай» представлен в переводе Николая Холодковского, а «Возвращенный рай» – Ольги Чюминой.

Дата написания1666-12-31
Язык книгиru
Язык оригиналаen
СерияЗарубежная классика (АСТ)
Возрастное ограничение16+
Темы
английская литературафилософская поэзиябиблейские сюжетыанглийская классика

Читать онлайн

Страница 6 из 38

Слова промолвив эти, ключ проклятый, Орудье наших бед, она взяла И поползла, крутя свой хвост громадный, К вратам и с силой быстро подняла Решетку вверх, висевшую пред ними, Которой не могли бы без нее Стигийские все силы сдвинуть с места. Затем в замочной скважине она Вращает ключ запутанный и сложный, – И сразу все запоры и засовы, Железные и каменные массы Свободно раздвигаются. И вмиг С ужасной силой и жестоким скрипом Раскрылись настежь адовы врата, И гром такой произвело вращенье Их на петлях, что задрожал Эреб[58] До глубины. Итак, она открыла Врата, но силы не было у ней, Чтоб их закрыть: они так и остались Раскрытыми, и вход был так широк, Что чрез него пройти могло бы войско, Свои знамена пышно распустив, С конями, колесницами, свободно Строй развернув. Зиял их страшный зев, Подобно горну, черный дым и пламя Столбом зловещим красным изрыгая. И вот открылись сразу перед ней Все тайны древней бездны океана Безмерного, без света, без пределов, Где высота, длина, и ширина, И время, и пространство – не у места, Где древняя лишь Ночь и с ней Хаос[59], Как предки стародавние природы, Анархию поддерживают вечно, Где распри бесконечные шумят И вечное царит во всем смятенье. Жар, холод, сухость, сырость – все четыре Отважные борца за власть здесь спорят, Неся свои все атомы в борьбу, Которые, по партиям сбираясь, По племенам своим распределись, Легко вооруженные иль в латах, То острые, то нежные, то быстры, То медленны, – кишат там без числа, Подобные песчинкам жаркой почвы Кирены или Барки[60], поднимаясь В порывах вихрей, в вечной их борьбе И опираясь легкими крылами На них; к которой партии примкнет Их больше, та и победит; решает Их спор Хаос, решением своим Лишь подданных запутывая распрю; А рядом с ним судья верховный, Случай, Там царствует над всем. У этой бездны, В которой нет ни берегов, ни моря, Ни пламени, ни воздуха, где все Первичные смешались элементы И вечно там враждуют меж собой, Пока Творец всесильный не захочет Внести порядок в темные их массы, Чтоб новые миры из них создать, – У этой дикой бездны размышляя, Стоял при входе в Ад великий Враг, смотрел вперед и думал: предстояло Ему не узкий переплыть пролив! Он оглушен был также страшным шумом, Подобным (если малое возможно Сравнить с великим) грохоту, когда Беллона[61] все осадные орудья В ход пустит, чтоб столицу разорить; Тот грохот быль не менее, чем если б Со всех сторон упал небесный свод И ось Земли стихии повернули б В борьбе своей. Однако ж наконец Свои он смело расправляет крылья, Как паруса, пускается вперед, Взвивается на восходящем дыме И быстро отдаляется от дна. Так много миль восходит он отважно, Как бы хребет туч черных оседлав; Но вдруг теряет эту он опору И пустоту встречает под собой; Напрасно бьет он крыльями: нежданно Он падает отвесно в глубину На тысячу локтей, и по сегодня Он продолжал бы падать, может быть, Когда б, к несчастью, вдруг толчком могучим Каких-то возмущенных облаков, Селитрою и пламенем чреватых, Он не вознесся вновь на много миль. Так первой избежав беды, внезапно Тут погрузился в мокрый он песок; Под ним ни море, ни земля; с усильем Он движется вперед – то на ногах, То на крылах; весло ему и парус Теперь равно орудья. Так спешит Через пустыню Гриф[62], бегом иль также На крыльях, чрез болота и холмы, Преследуя упорно Аримаспа[63], Укравшего хранимое им злато. С таким упорством держит путь и Враг Сквозь топь, чрез крутизну, через теснины, Сквозь чащу, чрез пустыни, через камни, Работая ногами и руками, И крыльями, и головой – плывя, Бродя, шагая, ползая, взвиваясь На крыльях. Наконец он слышит шум, Несущийся из мрака, оглушая Смешеньем всевозможных голосов; К нему он путь бесстрашно направляет В надежде, что найдет он Силу там Иль Духа этой бездны бесконечной, Живущего, быть может, в этом шуме, И спросит у него, где путь ближайший Ведет к границам света. Вдруг пред ним Хаоса трон является в палатке, Раскинутой над бездною глубокой; С ним восседает траурная Ночь, Старейшее из всех созданий в мире, Делящая с ним царство; подле них Сидят Аид и Оркус[64]; рядом – имя Демогоргона[65] страшное, затем Молва и Случай, Смута и Смятенье, Раздор и силы прочие, – все спорят На тысячу различных голосов. К ним обратясь отважно, Сатана Сказал: «О Силы, Духи этой бездны, Хаос и ты, Ночь древняя! Пришел Я к вам не как презренный соглядатай, Не с тем, чтоб планы ваши узнавать Иль нарушать владений ваших тайны, – В пустыне этой мрачной я брожу Лишь по необходимости; сквозь вашу Обширную страну стремлюся к свету, Один, без руководства, в ней теряясь! Ищу я, где граничит этот мрак С пределами Небес; пришел я с целью Узнать то место, что от вас недавно Отторгнул Царь эфира для Себя; Туда лежит мой путь, туда направьте Меня! За ту услугу принесу Немалое я вам вознагражденье. Изгнавши узурпатора, я область, Утраченную вами, возвращу Под вашу власть, во мрак первоначальный, В котором сам я нахожусь, и вновь Там водрузится знамя древней Ночи. Вся выгода для вас, а мне – лишь месть». Так молвил Враг. Ему ответил старый, С запутанною речью, с искаженным Лицом, Анарх[66]: «Тебя я знаю, странник; Ты – тот могучий Ангелов глава, Которым был мятеж недавно поднят Противу Повелителя Небес; Ты побежден был; видел я и слышал Все это: не могло такое войско Громадное без шума пробежать Чрез эту бездну страшную; крушенье Ужасное постигло вас, разгром Неслыханный вас поразил смятеньем; Разверзлись небесные врата, И следом победителей мильоны За вами мчались. Я сижу здесь тихо В своих границах, чтобы сохранить Немногое, что защищать осталось; И так уже междоусобья ваши Нам принесли ущерб, власть древней Ночи Поколебалась сильно: был отторгнут Сначала Ад, чтоб вашей быть тюрьмой, Заняв внизу огромное пространство; Теперь недавно Небо и Земля – Мир новый, над моим висящий царством На цепи золотой, с той стороны Небес, откуда ваши легионы Низверглись. Если ты идешь туда, Путь недалек, но тем опасность ближе. Иди ж скорей: крушенье, разоренье, Грабеж, несчастье – выгода моя». Он замолчал. Немедля, без ответа, Пустился в путь дальнейший Сатана, Обрадован, что берег он увидит В широком море странствий наконец. Со свежей, новой бодростью и силой Он, пирамиде огненной подобно, Вознесся ввысь, в широкое пространство, Сквозь вечный спор враждующих стихий, Меж ними путь свой смело пролагая. Опасностей и трудностей он больше Здесь претерпел, чем Арго[67], проходя Босфор меж двух сходящихся утесов, Иль Одиссей, когда он на обломках От корабля, Харибды избегая, Свой правил путь в другой водоворот. Так с беспокойством и трудом прошел он Свой путь, – теперь с трудом и беспокойством, Но с той поры, как он его прошел, Свершилося паденье человека, – И как переменился этот путь! Здесь Грех и Смерть (по попущенью Неба), Идя отважно по следам Врага, Построили широкую дорогу, Мощенную над этой бездной мрака, И пропасть та кипящая несла Покорно мост длины неимоверной От Ада вплоть до крайнего предела Земного мира бренного; тот путь Легко отпадших духов сообщает С землей, чтоб искушать они могли Или карать всех грешных смертных, кроме Лишь тех, кого, по милости особой, Хранят Господь иль Ангелы добра. Вот наконец священное влиянье Свое являет животворный свет; Со стен небесных в недра темной Ночи Заря, мерцая, шлет свои лучи. Здесь – крайние пределы, до которых Свой жезл Природа простирает; здесь Хаос слабеет, – от ее преддверья Уходит он, как побежденный враг: Здесь менее шумит он и бушует. Здесь Сатана спокойней, облегченный, Плывет в волнах, чья зыбь теперь слабей, Сквозь полумрак; он кораблю подобен, В жестокой буре бившемуся долго, Который путь с отрадой держит в порт, Хоть растеряв изорванные снасти. В пустом пространстве, воздуху подобном, Он держится на распростертых крыльях И может уж отсюда созерцать Вдали всю ширь небесных эмпиреев – Квадратную или круглую – неясны Их очертанья; башни из опалов Он видит, видит крепости Небес, Живым сапфиром блещущие; были Они когда-то родиной его!.. А подле виден новый мир, висящий На цепи золотой величиной Как звездочка малейшего размера, И месяц также виден рядом с ним. Сюда, неся всю тяжесть злобной мести, Проклятый, он в проклятый час спешит.

Страница 6 из 38

Вам также может понравиться

Страница 1 из 6

Назад126Далее