Загрузка...
Коловращение жизни — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Коловращение жизни

Автор О. Генри
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
юморсудразводкомедияпародияамериканская литературапсевдонимО. Генриисториясмешное

Описание

Книга описывает процесс развода в небольшом округе через призму судьи Бинаджа Уиддеда и супругов Рэнси и Эриэлы Билбро.

Главный конфликт / проблема

Разногласия между супругами и их попытка урегулировать развод в условиях ограниченных законов и финансовых ресурсов.

Ключевые идеи

  • Развод в сельской общине регулируется ограниченным законодательством и требует оплаты.
  • Жена может требовать алименты, даже если это не было оговорено изначально.
  • Мировой судья балансирует между юридическими обязанностями и моральными ожиданиями общества.

Вывод

Книга показывает, что даже простые юридические процедуры могут обернуться сложными моральными выборами, и подчёркивает необходимость честности и справедливости в семейных делах.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся семейным правом
  • Люди, переживающие развод
  • Любители юридических драм

Главные темы

  • Юридические процедуры развода
  • Моральные дилеммы в суде
  • Влияние финансовых ограничений на семейные отношения

Персонажи

  • Бинаджа Уиддеп — Сдержанный и внимательный к законам, но также проявляющий заботу о справедливости и моральных нормах.
  • Эриэла Билбро — Сильная и настойчивая, стремится защитить свои права.
  • Рэнси Билбро — Склонен к прямолинейности, но ограничен финансовыми возможностями.
  • Грабитель — Требует деньги у судьи, демонстрируя угрозу.

Цитаты

  • «В законе и его уложении, – начал судья, – ничего не говорится насчет развода в смысле, так сказать, его включаемости в юрисдикцию данного суда…»
  • «Судья, ты погоди-ка давать ему эту бумагу. Так не все ладно будет. Ты наперед защити мои права. Пусть заплатит мне пансион.»

Сводка по автору из Wikidata

1862–1910. William Sydney Porter. американский писатель, прозаик (1862—1910)

Читать онлайн

Страница 2 из 2

– Что ж, к дядюшке Зайе поедем, что ли? – сказал Рэнси. – Переночуем у него. – Он влез в двуколку, Эриэла забралась в нее с другой стороны. Маленький рыжий бычок, повинуясь удару веревочной вожжи, не торопясь описал полукруг и потащился куда следовало. Двуколка, вздымая облака пыли, затарахтела по дороге.

Судья Бинаджа Уиддеп выкурил свою бузиновую трубку. Потом достал еженедельную газету и принялся за чтение. Он читал до самых сумерек, а когда строчки стали расплываться у него перед глазами, зажег сальную свечу на столе и продолжал читать, пока не взошла луна, возвестив время ужина.

Судья жил в бревенчатой хижине на склоне холма, у сухого тополя. Направляясь домой, он перебрался через ручеек, проложивший себе путь в лавровых зарослях. Темная фигура выступила из-за деревьев и направила ему в грудь дуло ружья. Низко надвинутая шляпа и какой-то лоскут закрывали лицо грабителя.

– Давай деньги, – сказала фигура, – да помалкивай. Я зол как черт, и палец, вишь, так и пляшет на спуске…

– П-пять долларов – все, что у меня есть, – пробормотал судья, доставая бумажку из жилетного кармана.

– Сверни ее, – последовал приказ, – и засунь в ствол ружья.

Бумажка была новенькая и хрустящая. Даже дрожащим от страха неуклюжим пальцам нетрудно было свернуть ее трубочкой и (что потребовало больших усилий!) засунуть ее в ствол ружья.

– Ну ладно, ступай теперь, – сказал грабитель.

Судья не стал мешкать.

На другой день маленький рыжий бычок приволок двуколку к крыльцу суда. Судья Бинаджа Уиддеп с утра сидел обутый, так как поджидал посетителей. В его присутствии Рэнси Билбро вручил жене пятидолларовую бумажку. Судья впился в нее взглядом. Она закручивалась с концов, словно была не так давно свернута трубочкой и засунута в ствол ружья. Но Бинаджа Уиддеп воздержался от замечаний. Мало ли чего – никакой бумажке не заказано скручиваться. Судья вручил каждому из супругов свидетельство о расторжении брака. Они в неловком молчании стояли рядом, медленно складывая полученные ими гарантии свободы. Эриэла бросила робкий, неуверенный взгляд на мужа.

– Ты, стало быть, домой теперь, на двуколке… Хлеб в шкафу, в жестяной коробке. Сало я положила в котелок – от собак подальше. Не позабудь часы-то завести на ночь.

– А ты, значит, к братцу Эду? – с тонко разыгранным безразличием спросил Рэнси.

– Да вот до ночи надо бы добраться, Не больно-то они там обрадуются, когда меня увидят, да куда ж больше пойдешь. А путь-то туда знаешь какой. Пойду уж, стало быть… Надо бы, значит, попрощаться нам с тобой, Рэнси… да ведь ты, может, и не захочешь попрощаться-то…

– Может, я, конечно, собака, – голосом мученика проговорил Рэнси, – не захочу, видишь ты, попрощаться… Оно, конечно, когда кому невтерпеж уйти, так тому, может, и не до прощанья…

Эриэла молчала. Она тщательно сложила пятидолларовую бумажку и свидетельство о разводе и сунула их за пазуху. Бинаджа Уиддеп скорбным взглядом проводил исчезнувшую банкноту.

Мысли его текли своим путем, и последующие его слова показали, что он, может быть, принадлежал либо к довольно распространенной категории чутких душ, либо к значительно более редкой разновидности – к финансовым гениям.

– Одиноко тебе будет нынче в старой-то хижине, а, Рэнси? – сказала Эриэла.

Рэнси Билбро глядел в сторону, на Кэмберлендский кряж – светло-синий сейчас, в лучах солнца. Он не смотрел на Эриэлу.

– А то нет, что ли, – сказал он. – Так ведь когда кто начнет с ума сходить да кричать насчет развода, так разве ж того силком удержишь.

– Так когда ж кто другой сам хотел развода, – сказала Эриэла, адресуясь к табуретке. – Видать, кто-то не больно уж хочет, чтоб кто-то остался.

– Да когда б кто сказал, что не хочет.

– Да когда б кто сказал, что хочет. Пойду-ка я к братцу Эду. Пора уж.

– Видать, теперь никто уж не заведет наших часов.

– Может, мне поехать с тобой, Рэнси, на двуколке, завести тебе часы?

На лице горца не отразилось никаких чувств. Но он протянул огромную ручищу, и худая, коричневая от загара рука жены исчезла в ней. На мгновение жесткие черты Эриэлы просветлели, словно озаренные изнутри.

– Уж я пригляжу, чтоб собаки не донимали тебя, – сказал Рэнси. – Скотина я был, как есть скотина. Ты уж заведи часы, Эриэла.

– Сердце-то у меня там осталось, Рэнси в нашей хижине, – шепнула Эриэла. – Где ты – там и оно. И я не стану больше беситься-то. Поедем домой, Рэнси, может, еще поспеем засветло.

Забыв о присутствии судьи, они направились было к двери, но Бинаджа Уиддеп окликнул их.

– Именем штата Теннесси, – сказал он, – запрещаю вам нарушать его порядки и установления. Суду чрезвычайно отрадно и не скажу как радостно видеть, что развеялись тучи раздора и взаимонепонимания, омрачавшие союз двух любящих сердец. Тем не менее суд призван стоять на страже нравственности и моральной чистоты Штата, и он напоминает вам, что вы разведены по всем правилам и, стало быть, больше не муж и не жена и, как таковые, лишаетесь права пользоваться благами, кои составляют исключительную привилегию матримониального состояния.

Эриэла схватила мужа за руку. Что он там говорит, этот судья? Он хочет отнять у нее Рэнси теперь, когда жизнь дала им обоим хороший урок?

– Однако, – продолжал судья, – суд готов снять с вас неправомочия, налагаемые фактом бракоразвода, и может хоть сейчас приступить к совершению торжественного обряда бракосочетания, дабы все стало на свое место и тяжущиеся стороны могли повергнуть себя вновь в благородное и возвышенное матримониальное состояние. Плата за вышеозначенный обряд в вышеизложенном случае составит, короче говоря, пять долларов.

В последних словах судьи Эриэла уловила для себя проблеск надежды. Рука ее проворно скользнула за пазуху, и оттуда, выпущенной на свободу голубкой, выпорхнула пятидолларовая бумажка и, сложив крылышки, опустилась на стол судьи. Бронзовые щеки Эриэлы зарделись, когда она, стоя об руку с Рэнси, слушала слова, вновь скрепляющие их союз.

Рэнси помог ей взобраться в двуколку и сел рядом. Маленький рыжий бычок снова описал полукруг, и они – все так же рука с рукой – покатили к себе в горы.

Мировой судья Бинаджа Уиддеп уселся на крыльце и стащил с ног башмаки. Пощупал еще раз засунутую в жилетный карман пятидолларовую бумажку. Закурил свою бузиновую трубку. Рябая чванливая курица проковыляла по «главному проспекту» поселка, бессмысленно клохча.

Страница 2 из 2

Назад12Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее