Загрузка...
Иисус Христос во Фландрии — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Иисус Христос во Фландрии

Автор Оноре де Бальзак
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
БальзакИисусФландриясоциальные классылегендапутешествиемореморальисторияпутешественники

Описание

В легенде о Иисусе во Фландрии группа пассажиров разного социального статуса отправляется в ночное плавание, сталкивается с бурей и встречает загадочного незнакомца, который призывает верующих следовать за ним. Некоторые отказываются, но верующие переживают шторм, достигают берега, где находят огонёк в рыбацкой хижине, а позже на месте следов ног строится монастырь, а реликвия уносится монахами при захвате Бельгии. Вторая часть книги содержит исторические примечания о публикации и биографии автора.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между верой и скептицизмом, а также социальные различия, которые проявляются в реакции пассажиров на призывы незнакомца.

Ключевые идеи

  • Противостояние богатства и бедности, эгоизма и солидарности.
  • Моральный урок веры и смирения перед лицом опасности.
  • Легенда как средство передачи христианской истины через художественный образ.
  • Публикационная история рассказа
  • Биографическое и культурное значение Деборд‑Вальмор
  • Исторический факт о исчезновении острова Кадзант

Вывод

Книга показывает, что вера может преодолеть социальные барьеры и привести к спасению, оставляя после себя наследие, которое впоследствии становится частью культурной и религиозной памяти.

Кому полезна

  • Любители исторических легенд
  • Читатели, интересующиеся религиозной символикой
  • Писатели и исследователи

Главные темы

  • Вера и социальные различия
  • Мифология и религиозные символы

Персонажи

  • Иисус — Обладает золотистыми волосами, спокойным и благодатным видом, призывает верующих к спасению.
  • Томас — Ответственный за отплытие, но в буре проявляет безразличие к опасности.
  • Дворянский рыцарь — Надменный и высокомерный, но в конце проявляет сомнения в своём благородстве.
  • Буржуа из Брюгге — Зависящий от богатства, но в конце пытается спасти себя, но погибает.
  • Ученый муж — Скептически относится к чуду, смеётся над незнакомцем.
  • Солдат — Сдержанный, но в конце проявляет веру и следует за незнакомцем.
  • Крестьянин с сыном — Простой и верующий, следует за незнакомцем.
  • Старая нищенка — Поклонная и верующая, следует за незнакомцем.
  • Мать с ребёнком — Склонна к вере, следует за незнакомцем.
  • Марселина Деборд‑Вальмор — Романтическая поэтесса, уроженка Фландрии, жившая 1785—1859, дружившая с Бальзаком и высоко ценившая его поэзию.

Цитаты

  • Гребите, гребите сильнее, надо торопиться! Море — дьявольское семя — грозит непогодой!
  • Кто верует, тот спасется. Следуйте за мной!
  • Деборд-Вальмор, Марселина (1785—1859) — французская поэтесса романтического направления, уроженка Фландрии (город Дуэ). Бальзак был дружен с Деборд-Вальмор и высоко ценил ее поэзию.
  • Остров Кадзант. — В настоящее время этот остров не существует: размыт морем в середине XVIII века.

Сводка по автору из Wikidata

1799–1850. Honoré de Balzac. французский писатель-прозаик

Читать онлайн

Страница 1 из 4

Annotation

Легендарный сюжет, положенный в основу рассказа, служит Бальзаку для противопоставления двух миров: мира богатства, эгоизма, бессердечия и мира бедности, взаимной солидарности и человечности. Разные люди, оказавшиеся на барке, по мысли Бальзака, символизируют все общество, все его социальные слои. Каждый персонаж является олицетворением определенной социальной группы, воплощает тот или иной порок, ту или иную добродетель.

Оноре де Бальзак

notes

1

2

Оноре де Бальзак Иисус Христос во Фландрии

Марселине Деборд-Вальмор[1].

Вам, дочери Фландрии, ее нынешней славе, посвящается эта простодушная фландрская легенда.

В незапамятные времена истории Брабанта жители острова Кадзант[2] могли попадать на побережье Фландрии, только переправляясь на лодке. Мидельбург — столица острова, прославленная впоследствии в анналах протестантизма, — насчитывал в ту пору всего лишь двести или триста дворов. Богатый ныне Остенде был тогда безвестной гаванью, у которой раскинулось небольшое селение, где жили рыбаки, бедные торговцы и дерзкие корсары. И тем не менее в этом селении, состоявшем из двух десятков домов и трехсот хижин, крытых соломой и сколоченных из обломков разбитых кораблей, был свой наместник, своя милиция, виселица, монастырь, бургомистр — словом, все признаки развитой цивилизации. Кто правил в ту пору Брабантом, Фландрией, Бельгией? Об этом история умалчивает. Признаться ли? От нашей легенды исходит странный аромат неясного, неопределенного и чудесного — того, чем дышали предания замечательных певцов, которые множество раз скрашивали долгие фламандские вечера своими песнями, столь же ярко расцвеченными поэзией, сколь противоречивыми в описании событий. Передаваясь из уст в уста, от поколения к поколению, эта легенда в каждом веке обретала новые краски. Подобная старинным памятникам архитектуры, построенным по прихоти зодчих разных эпох и пленяющим воображение поэтов своими мрачными и причудливыми формами, такая хроника способна привести в отчаяние историков и прочих придирчивых исследователей текстов, фактов и дат. Однако рассказчик простодушно ей верит, как верили ей суеверные жители Фландрии, не становясь от этого ни ученее, ни невежественнее.

Невозможно было согласовать между собой все версии легенды, и в нашем изложении она теряет, быть может, свою неповторимую романтическую свежесть, зато сохранила смелость вымысла, рожденного воображением и опровергнутого историей, истинно христианскую мораль и скрытый смысл, покоряющий даже холодный разум. Пусть каждый возьмет на себя труд найти в ней пищу по своему вкусу и выбрать из плевел доброе семя.

Лодка, перевозившая путешественников с острова Кадзант в Остенде, собиралась отчалить. Прежде чем сбросить железную цепь, которой лодка была привязана к каменной тумбе на молу, перевозчик несколько раз протрубил в рожок, созывая опоздавших, ибо эта переправа сегодня была последней. Близилась ночь, в последних лучах заходящего солнца едва виднелись берега Фландрии, и трудно было разглядеть, не бредет ли еще кто-нибудь из запоздалых путников вдоль земляных изгородей, окружавших поля, или же в высоком болотном тростнике. Лодка была уже полна, и кто-то крикнул: «Чего мы ждем? Отчаливай!» В эту минуту в нескольких шагах от мола появился человек; перевозчик, не заметивший его раньше, удивился. Этот человек словно вдруг вырос из-под земли, точно крестьянин, который прилег в поле в ожидании отъезда и встрепенулся при звуке рожка. Уж не вор ли он? А может быть, таможенник или стражник? Когда он подошел к тумбе, к которой была привязана лодка, семь человек, стоявшие на корме, торопливо расселись на скамьях, чтобы не подпустить к себе чужого. Мысль об этом возникла у них инстинктивно и одновременно, мысль, которая может прийти на ум только аристократам и богачам. Четверо из этой компании принадлежали к высшей знати Фландрии. Среди них был молодой рыцарь с двумя великолепными борзыми. На его длинных волосах красовалась шапочка, усеянная драгоценными камнями; он позванивал золотыми шпорами и с заносчивым видом покручивал ус, окидывая своих спутников презрительным взглядом. Сидевшая подле него надменная девушка не расставалась с соколом, которого она держала на руке, и обращалась лишь к своей матери и важному духовному лицу, видимо, родственнику. Все четверо громко переговаривались, словно были в лодке одни. А между тем тут же находился и закутанный в широкий плащ тучный буржуа из Брюгге — особа весьма значительная в этих краях. Вооруженный до зубов, его слуга поставил у своих ног два мешка, набитых деньгами. Немного подальше уселся ученый муж, доктор наук Лувенского университета, с книгами в руках, в сопровождении своего писца. Скамья с гребцами отделяла всех этих людей, втайне презиравших друг друга, от носовой части лодки.

Шагнув в лодку, запоздавший путник бросил быстрый взгляд на корму, убедился, что здесь сесть ему негде, и перебрался на нос, чтобы попросить себе места там. На носу приютился бедный люд. Увидев человека с непокрытой головой, в скромном платье из коричневого камлота и простых брыжжах из накрахмаленного полотна, без шляпы в руке, без кошелька и меча у пояса, все подумали, что это какой-нибудь бургомистр, пользующийся большим весом среди своих сограждан, спокойный и приветливый, похожий на тех старых фламандцев, чьи открытые лица запечатлели для нас художники этой страны. Простые люди встретили незнакомца с почтительностью, вызвавшей насмешливый шепот пассажиров на корме. Старый солдат, истомленный долголетним трудом, встал и пересел поближе к борту, стараясь сохранить равновесие, для чего уперся ногами в перекладины, имевшие форму рыбьих костей и служившие для скрепления досок лодки. Молодая женщина с ребенком, видимо, принадлежавшая к ремесленному сословию Остенде, потеснилась, чтобы дать больше места вновь прибывшему. В этом движении не было ни угодливости, ни презрения. Оно свидетельствовало о том, что бедняки, столь бесхитростные в выражении и добрых и дурных чувств и чьи сердца столь правдивы и искренни, умеют ценить услугу и братскую заботу. Незнакомец поблагодарил жестом, полным достоинства. Затем он расположился между молодой матерью и старым солдатом. Позади него сидел крестьянин с десятилетним сыном. Беззаботная горемыка — старая, сморщенная нищенка в лохмотьях и с почти пустой котомкой съежилась на груде канатов у самого носа лодки. Ее пустил туда «ради бога» — по прекрасному народному выражению — один из гребцов, знававший ее некогда красивой и богатой.

— Большое спасибо тебе, Томас, — сказала старуха, — нынче вечером прочитаю за тебя дважды «Отче наш» и дважды молитву богородице.

Хозяин лодки еще раз протрубил в рожок, окинул взглядом пустынный берег, швырнул цепь себе под ноги и, пробежав вдоль борта, взялся за руль, затем, когда суденышко уже вышло в открытое море, посмотрел на небо и крикнул гребцам:

— Гребите, гребите сильнее, надо торопиться! Море — дьявольское семя — грозит непогодой! Я чую, оно так и вздымается в глубине, и раны мои заныли перед бурей.

Страница 1 из 4

Назад124Далее

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее