Загрузка...
История государства Российского. Том 3. От Великого князя Андрея до Великого князя Георгия Всеволодовича — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

История государства Российского. Том 3. От Великого князя Андрея до Великого князя Георгия Всеволодовича

Автор Николай Михайлович Карамзин
12+2003606 читателей
Дата написания1828-12-31
Язык книгиru
СерияИстория государства Российского, 3
Возрастное ограничение12+

Описание

Книга Карамзина «История государства Российского. Том 3» описывает переход от правления Андрея Боголюбского к эпохе раздробления Руси, внутренние конфликты между князьями, внешние угрозы и подготовку к монгольскому нашествию.

Главный конфликт / проблема

Внутренние конфликты между князьями и внешние угрозы, которые привели к ослаблению единодержавия Руси и подготовили её к монгольскому нашествию.

Ключевые идеи

  • История как борьба разума с заблуждением
  • Роль историка как наставника общества
  • Внутренние и внешние конфликты в ранней Руси
  • Внутренние раздоры между князьями и их влияние на политическую стабильность.
  • Роль Мстислава Новогородского как защитника и посредника в конфликте.
  • Внешние угрозы от литовцев, немецких рыцарей и венгерских князей.
  • Раздробление Руси из‑за наследственных прав и системы уделов
  • Внутренние конфликты и влияние народа через веча
  • Внешние угрозы, включая монгольское вторжение, усиливают нестабильность
  • Развитие торговли, военной организации и культурных достижений

Вывод

Книга приводит к выводу, что внутреннее раздробление и внешние нападки постепенно ослабляли Русь, делая её уязвимой к монгольскому вторжению.

Кому полезна

  • Историки и студенты истории
  • Общая аудитория, интересующаяся историей России
  • Люди, изучающие влияние внешних угроз на внутренние процессы

Главные темы

  • История ранней Руси и её политические раздробления
  • Внутренние конфликты и внешние угрозы
  • Подготовка к монгольскому нашествию

Персонажи

  • Андрей Боголюбский — Расширил владения, завоевал Киев, но столкнулся с мятежами и убийством.
  • Мстислав Новогородский — Брат Андрея Боголюбского, защитник Новгорода, участвовал в борьбе за Киев и Новгород, пытался укрепить власть через создание советов князей и участвовал в освобождении Галиции.
  • Михаил II — Краткое правление, столкнулся с мятежами, вынужден отречься от престола.
  • Всеволод III — Восстановил порядок, победил в войне с Болгаром, но умер после внутренних конфликтов.
  • Георгий — Правит Владимиром и Суздалем, стремится к единовластию, конфликтует с Константином.
  • Константин — Правит Ростовом и Ярославлем, поддерживает Димитрия‑Владимира.
  • Ярослав — Стремился к единодержавию, но его наследники разделили страну на уделы.
  • Мономах — Пытался восстановить единодержавие через советы князей.
  • Вседолов Чермный — Изгнává сыновей и племянников Рюриков, обвиняет их в попытке захватить Галич.
  • Епископ Альберт — Требует крещения язычников, конфликтует с Мстиславом.
  • Глеб — Сын Мстислава, участвовал в борьбе за Киев и Новгород.

Цитаты

  • Глеб, не имея готового войска, хотел с малым числом гнаться за разбойниками
  • Андрей, оплакивая Андреев, не изъявил ни горести, ни досады
  • Война Андреева с Новымгородом
  • «Даю тебе южный Переяславль, нашу отчину; господствуй в нем и блюди землю Русскую».
  • «Нет! – ответствовал с жаром Епископ: – совесть обязывает меня крестить идолопоклонников».
  • "Права великих Князей. Княжеские съезды. Право наследственное."
  • "Войско разделялось на полки, конные и пехотные, на копейщиков и стрелков."

Сводка по автору из Wikidata

1766–1826. Николай Михайлович Карамзин. русский историк, писатель, поэт и переводчик

Читать онлайн

Страница 2 из 45

Россия северная в то же время была феатром важного происшествия. Могущественный Андрей, покорив древнюю южную столицу Государства, думал смирить Новогородцев и тревожил их чиновников, которые ездили собирать подати за Онегою. Первые непрятельские действия еще более возгордили сих надменных друзей вольности: они с малым числом разбили на Белеозере сильный отряд Суздальский и взяли дань с Андреевской области. Тогда Великий Князь решился одним ударом сразить их гордыню. Князья Смоленский, Рязанский, Муромский, Полоцкий вторично соединили свои дружины с его многочисленными полками. Душа Андреева, охлажденная летами, уже не пылала воинским славолюбием: он не хотел сам предводительствовать ратию и в надежде на счастие или мужество сына своего, Мстислава, снова вверил ему начальство. Вся Россия с любопытством ожидала следствий предприятия грозного, справедливого, по мнению современников беспристрастных. «Правда (говорили они), что Ярослав Великий, желая изъявить Новогородцам вечную благодарность за их усердие, даровал им свободу избирать себе Князей из его достойнейших потомков; но сей Князь бессмертный предвидел ли все злоупотребления свободы? Предвидел ли, что народ, упоенный самовластием, будет ругаться над священным саном Государей, внуков и правнуков своего незабвенного благотворителя; будет давать клятву с намерением преступить оную; будет заключать Князей в темницу, изгонять их с бесчестием? Злоупотребление уничтожает право, и Великий Князь Андрей был избран Небом для наказания вероломных». Читая в летописях такие рассуждения, можем заключить, что современники желали успеха Андрею: одни по уважению и любви к достоинству Князей Российских, уничижаемых тогда Новогородцами; другие, может быть, от зависти к избытку и благосостоянию сего народа торгового. Падение Киева предвещало гибель и Новогородской независимости: шло то же войско; тот же Мстислав вел оное. Но Киевляне, приученные менять Государей и жертвовать победителю побежденным, сражались только за честь Князя; а Новогородцы за права собственные, за уставы отцев, которые бывают не всегда мудры, но всегда священны для народа.

Вместо того, чтобы грозить казнию одним главным виновникам последнего мятежа (ибо целый народ никогда сам собою не действует) или врагам изгнанного Святослава, за коего Великий Князь вступался, Мстислав Андреевич в области Новогородской жег села, убивал земледельцев, брал жен и детей в рабство. Слух о таких злодействах, вопль, отчаяние невинных жертв воспламенили кровь Новогородцев. Юный Князь их, Роман Мстиславич, и посадник Якун взяли все нужные меры для защиты: укрепили город тыном; вооружили множество людей. Неприятели, на трех стах верстах оставив за собою один пепел и трупы, обступили Новгород, требуя, чтобы мятежники сдалися. Несколько раз с обеих сторон съезжались чиновники для переговоров и не могли согласиться; в четвертый день (25 февраля 1170 г.) началася битва, кровопролитная, ужасная. Новогородцы напоминали друг другу о судьбе Киева, опустошенного союзным войском; о церквах разграбленных, о святынях и древностях похищенных; клялися умереть за вольность, за храм Софии, и бились с остервенением. Архиепископ Иоанн, провождаемый всем Клиросом, вынес икону Богоматери и поставил на внешнем деревянном укреплении, или остроге: Игумены, Иереи пели святые песни; народ молился со слезами, громогласно восклицая: Господи помилуй. Стрелы сыпались градом: рассказывают, что одна из них, пущенная воином Суздальским, ударилась в икону; что сия икона в то же мгновение обратилась лицом к городу; что слезы капали с образа на фелон Архиепископа и что гнев Небесный навел внезапный ужас на полки осаждающих. Новогородцы одержали блестящую, совершенную победу и, приписав оную чудесному заступлению Марии, уставили ежегодно торжествовать ей 27 ноября праздник благодарности. Чувство живой Веры, возбужденное общим умилением, святыми церковными обрядами и ревностным содействием Духовенства, могло весьма естественным образом произвести сие чудо, то есть вселить в сердца мужество, которое, изумляя врага, одолевает его силу. Новогородцы видели в Андреевых воинах не только своих злодеев, но и святотатцев богопротивных: мысль, что за нас Небо, делает храброго еще храбрее. Победители, умертвив множество неприятелей, взяли столько пленных, что за гривну отдавали десять Суздальцев (как сказано в Новогородской летописи), более в знак презрения, нежели от нужды в деньгах. – Бегущий Мстислав был наказан за свою лютость; воины его на возвратном пути не находили хлеба в местах, опустошенных ими, умирали с голода, от болезней, и древний Летописец говорит с ужасом, что они тогда, в Великий пост, ели мясо коней своих.

Казалось, что Новогородцы, столь озлобленные Боголюбским, долженствовали навеки остаться его врагами; но (к удивлению современников), чрез несколько месяцев изгнав Князя своего, Романа, они вошли в дружелюбное сношение с Андреем: ибо терпели недостаток в хлебе и других вещах необходимых, получаемых ими из соседственных областей Российских. Четверть ржи стоила тогда в Новегороде около рубля сорока трех копеек нынешними серебряными деньгами. Довольные славою одержанной победы, не желая новых бедствий войны и щадя народ, чиновники, Архиепископ, люди нарочитые предложили мир Боголюбскому, по тогдашнему выражению, на всей воле своей, то есть не уступая прав Новогородских: Великий Князь принял оный с тем условием, чтобы вместо умершего Святослава княжил в Новегороде брат его, Рюрик Ростиславич, который господствовал в Овруче, не хотел перемены и, единственно в угодность Андрею выехав оттуда, приказал сей Удел Волынский брату Давиду.

Северные области успокоились: в южных снова свирепствовали Половцы, которые на сей раз пришли из-за реки Буга, от берегов Черного моря. Глеб Киевский, отягченный болезнию, не мог защитить бедных земледельцев; но храбрый Михаил и юный брат его, Всеволод Георгиевич, с Торками и Берендеями разбили хищников. Воевода Михаилов, Володислав, дал Князю совет умертвить пленных: ибо другие толпы неприятелей были еще впереди. Сия жестокость казалась тогда спасительною мерою безопасности. Освободив 400 Россиян, сыновья Георгиевы возвратились оплакать кончину Глеба, благонравного (по сказанию летописцев), верного в слове и милосердого.

Еще Андрей не имел времени назначить преемника Глебова, когда Ростиславичи, Давид и Мстислав, послали в Волынию за дядею своим, Владимиром Дорогобужским, желая, чтобы он, как старший в роде Мономаховом, господствовал в Киеве или в самом деле зависел от них, господствуя только именем. Будучи союзником Ярослава Луцкого и сыновей его брата, Владимир, не сказав им ни слова, уехал из Дорогобужа и был (15 февраля 1171 г.) возведен племянниками на Киевский престол, к неудовольствию граждан и Боголюбского, который, хотя унизил сию столицу, однако ж думал, что Князь, славный только вероломством, не достоин именоваться наследником ее древних самодержцев. Досадуя внутренно и на Ростиславичей, самовольно призвавших дядю, Андрей велел ему немедленно выехать из Киева; но Владимир, княжив менее трех месяцев, умер, памятный криводушием и всеми презираемый: ибо не имел блестящих свойств, смелости и мужества, коими другие Князья, столь часто ему подобные в вероломстве, закрашивали свои преступления. Тогда Андрей, соединяя честолюбие с благородным бескорыстием и как бы желая великодушием устыдить Ростиславичей, объявил им, что они, дав слово быть ему послушными как второму отцу, имеют право ждать от него милости и что он уступает Киев брату их, Роману Смоленскому. Довольный сею особенною благосклонностию Великого Князя, Роман поручил Смоленск сыну Ярополку и въехал в столицу Киевскую при изъявлениях всеобщей радости жителей, любивших в нем добродетели отца его: справедливость и незлобие. Он торжествовал вместе и свое восшествие на престол и победу, одержанную Игорем Святославичем Северским (близ урочища Олтавы и реки Ворсклы) над Кобяком и Кончаком, Ханами Половецкими. Юный Игорь сам вручил ему сайгат, или трофеи, в знак уважения; был одарен Ростиславичами и весело праздновал с ними в Вышегороде день Святых Бориса и Глеба.

Страница 2 из 45

Вам также может понравиться

Страница 1 из 3

Назад123Далее