Загрузка...
Война — обложка книги
Язык книгиru
Возрастное ограничение18+
Темы
войнахимическое оружиегазывоенные технологииРоссияАнглияКитайисторияполитиканаука

Описание

Книга повествует о попытках России создать универсальный газ, способный разрушать всё, и о политических интригах, связанных с его разработкой и распространением. В ходе войны демонстрируются последствия применения электрических и химических бомб, а также влияние технологических новшеств на международные отношения и ход конфликта.

Главный конфликт / проблема

Создание и применение универсального газа как оружия массового поражения и связанные с этим политические и военные конфликты

Ключевые идеи

  • Необходимость России «качественно» обогнать Америку в вооружении.
  • Разработка универсального газа как ключевого оружия будущего.
  • Международные дипломатические и военные интриги вокруг технологии.
  • Использование электрических и газовых бомб как новых видов оружия в конфликте
  • Переход Советского Союза от оборонительной к наступательной стратегии
  • Политические и военные последствия применения химического оружия
  • Технологические открытия, такие как разрушительные лучи, могут кардинально изменить ход войны.
  • Политические и экономические интересы влияют на международные отношения и подготовку к конфликту.

Вывод

Книга демонстрирует, как стремление к технологическому превосходству и политические интриги могут привести к разрушительным последствиям и изменить ход войны

Кому полезна

  • историки
  • специалисты по безопасности
  • учёные
  • студенты
  • политики

Главные темы

  • универсальный газ
  • химическое оружие
  • политические интриги
  • технологические инновации
  • международные отношения
  • военные конфликты

Персонажи

  • Сергей Петрович — Трудолюбивый, но малоизвестный специалист, которому доверяют секретные фонды, но его имя не публикуется.
  • Маматов — Связанный с британским правительством, интересуется развитием оружия и промышленности. Убеждён, что газ может стать решающим оружием и пытается внедрить его в армию.
  • Серденко — Был захвачен в Англии с двумя газовыми бомбами, но его газ оказался неэффективным. Ненавидит большевиков, считает, что их политика оскорбляет славянскую душу.
  • Чемберлен — Обсуждает стратегию использования Китая и промышленного развития, проводил политику возрождения германского милитаризма и стремился к политической изоляции СССР.
  • Гриндель‑Мэтьюс — Открытие лучей, способных убивать живое и поражать техники, вызвало интерес и соперничество между министерствами обороны Англии и Франции.
  • Маша — Молодая русая женщина, которая ждёт мужа и обсуждает с ним планы по оружию.
  • Отчев — Сомневается в необходимости войны и обсуждает её с женой Варей.
  • Форд Генри — Основатель американского автомобилестроения, его метод «фордизма» привлек внимание в России в 20‑х годах.
  • Стиннес Гуго — Скупил фабрики, рудники и электростанции в Германии, создал гигантский концерн, включая электрометаллический комбинат «Сименс».
  • Сакко и Ванцетти — Казнены в США по ложному обвинению в убийстве банковских служащих, их казнь воспринимается как «объявление войны рабочему классу».
  • Китайско‑Восточная железная дорога — Магистраль в Северном Китае, использовалась в военных целях и в соглашениях между Китаем и СССР.
  • Войков Петр Лазаревич — Умер от ранения, полученного в Варшаве, что усилило кризис в советско‑польских отношениях.

Цитаты

  • Чистая вода!
  • Что же это будет?
  • Открытые Мэтьюсом лучи способны убить мышь, зажечь порох и остановить магнето моторов аэропланов на расстоянии 60 футов.
  • Убийство рабочих, за судьбой которых в России следили с момента их ареста в 1921 г., вызвало огромный резонанс.

Сводка по автору из Wikidata

1899–1951. Андрей Платонович Платонов. русский, советский писатель и драматург (1899–1951)

Читать онлайн

Страница 2 из 8

Вот профессор Файт удовлетворительно может с земли размагничивать магнето у аэропланов. Ну и что же — магнето у моторов можно оградить от действия размагничивающих волн!

Нет! Это бег с препятствиями, а не остановка перед идеалом! Серденко же думал о другом — о боевом средстве, которому нет противника, для которого не найдешь в природе противоядия в течение первых десяти лет. А за десять лет можно окончательно смирить мир.

Ветер на дворе превратился в вихрь и штурмовал беззащитную ночную землю.

Жена инженера спала наверху на узком диване.

Серденко сидел и мечтал, не касаясь приборов.

2

Утро выжило непогоду и украсило небо цветущим солнцем. Земля отвечала сияющему небу влажной блестящей зеленью и тишиной.

К первому завтраку приехал князь Маматов.

— Сергей Петрович! Ты, брат, похудел! Что, нездоров, что ли? Ты бы помощников взял — чего ты в одиночку стараешься, — так нынче никто не работает: старый прием! А то быстро выработаются самородные недра твоего таланта!

— Я здоров, Игнатий Капитонович! — ответил Серденко. — Но мне грустно жить на чужом острове! Я на равнину хочу, где весною сирень, а осенью антоновские яблоки!

Маматов ничего не высказал. Он отвернулся к столику с папиросами и, закуривая, думал, что теперь, дескать, вы все так говорите; а где вы раньше были, когда на фронте — за каждого убитого германца — приходилось платить тремя русскими трупами? Тогда, именно, — думал Маматов, — и была посеяна революция. А теперь ее сам черт не вытравит, разве только новый английский газ, открытый русским беглым инженером!

Маматов считал, что русская интеллигенция — с ее фантастической влюбленностью в духовные ценности, с презрением к технике и материальному богатству собственного отечества — очень виновата в нынешних бедствиях родины. Германия производила инженеров, а Россия поэтов — в результате: Октябрь 1917 года. Так уверял себя Маматов. Сам он ненавидел людей отвлеченного дела и уважал людей новейшего времени, вроде Форда,[3] Стиннеса,[4] Муссолини и даже Ленина. Полутатарин, он не любил славян, ищущих спасения не себе, а целому миру. Маматов был очень близко связан с английским министерством иностранных дел — исключительно благодаря своему практическому уму, энергии и полной беспринципности. Последним свойством он походил на англичан, которые, как известно, обладают лишь домашней нравственностью, а в мировой политике руководствуются правилом наибольшей классовой и национальной выгоды, хотя бы для этого требовалось умерщвлять целые народы. В свое время, будучи в Париже, Маматов встретил Серденко, которого он знал немного еще по Ледяному походу Корнилова. В Париже Серденко ездил шофером на такси. Маматов имел сведения о Серденко как о выдающемся, редкой талантливости, инженере. Так его расценивал когда-то штаб Врангеля и английский военный атташе в Симферополе Бен-Товер. Своей неприступностью Перекоп во многом обязан способностям Серденко, несмотря на то, что Серденко работал там не по своей специальности — химии, а как военный инженер.

Маматов снял Серденко с такси, увез в Лондон и поставил на его прямое дело — химию. Сначала военное министерство очень осторожно финансировало опыты Серденко, но потом, когда Серденко заставил в течение суток завять и осыпаться свежий июньский парк, военное министерство включило его в список посмертных секретных специалистов. Серденко не знал, что из этого списка вычеркивают только мертвых; живых же, если они пожелают переменить Англию на другую страну, косвенным образом превращают в трупы. Маматов эту историю знал и считал ее признаком мужественной государственной мудрости англичан.

— Сергей Петрович! — обернулся Маматов. — Я за тобой. Сегодня в китайском посольстве нас ждут два китайских военных инженера…

Из усадьбы выехали три человека: жена Серденко не хотела одна оставаться дома. «Паккард» Маматова тянул так, что шоссейный гравий свистел под колесами.

В Лондоне, на набережной автомобиль остановился: толпа небогатых людей шла поперек дороги.

— Чего хотят эти люди? — спросила жена Серденко.

Муж ей ответил:

— Сегодня в Америке казнены двое рабочих.[ 5] Говорят, они были невинны люди протестуют!

— Протестуй тогда и ты! — искренно сказала жена. Увезенная из России девочкой, она не могла сердечно ненавидеть большевиков, как другие, потому что не помнила их зла.

Маматов ей ответил за себя и за ее мужа:

— Нас, Мария Альбертовна, не интересует все человечество — это слишком отвлеченно, — мы привязаны только к некоторым людям: в их число не входят эти невинно казненные! — И мужчины не встали с сидений. Только шофер и Мария Альбертовна вышли из машины и стояли на ногах.

Когда поехали, Мария Альбертовна подумала, что в ее муже талант съел человека: он не имел собственной воли и своих взглядов на жизнь, зато хорошо знал фокусы с веществами природы.

У китайского посольства Серденко и Маматов расстались с Марией Альбертовной: она поехала в цирк, а мужчины в посольство. Они немного опоздали — у китайского посла уже началось совещание. Присутствовало немного англичан, совершенно неизвестных даже Маматову.

Обсуждался вопрос об отчуждении Китайско-Восточной железной дороги[6] в полную собственность пекинского правительства. Маматов знал, что нападение уже назначено — нынешнее совещание имело лишь формальные задачи, дабы не обойти китайского посла. Главный же смысл совещания состоял в приглашении специалистов химической войны на север Китая. Маматов подумал, что присутствующие англичане, вероятно, химики из министерства авиации или что-нибудь в этом роде.

Китайский посол освещал перед присутствующими совершенно неинтересные специальные детали: протяжение Китайско-Восточной железной дороги, ее экономическое значение для Северного Китая и прочее. Маматов не слушал и писал записку Серденко:

«С. П.! Учитесь делать политику — она делает современную жизнь. Китайский идол убеждает неповинных людей, чтобы они отняли у Советской России дорогу, а консерваторы решили ее отнять две недели назад — и она будет отнята. Англичане всегда стреляют по двум зайцам и обычно попадают в обоих. Вы понимаете? Англия — я не шучу! — нынче промышленно отсталая страна. Это страна паровых машин. Ей нужна свежая страна для развития современной электрической техники. Вместе с тем мировая экономика тяготеет к берегам Тихого океана. Обоим условиям удовлетворяет Китай. Этому мешают Советы. Они начнут отстаивать Китайско-Восточную железную дорогу. После Войкова[7] и внутренних актов белых — Советы дальше не пойдут на мировую русский народ не потерпит унижения национального достоинства. Большевики это мастерски учитывают. И Россия влипнет в войну с Китаем. Тогда — Англия сумеет отрубить ей там руки, а может быть, и голову, потому что Польша, Эстония и прочие меж двух стульев сидеть не останутся. Поняли? А вас пригласили для специальной беседы с послом, чтобы потом подороже содрать с китайского правительства за ваши выдумки. Но это дело буду вести я».

Страница 2 из 8

Вам также может понравиться

Страница 1 из 407

Назад12407Далее