Читать бесплатно онлайн

Автомат

Автор Эрнст Теодор Амадей Гофман

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

Рассказ повествует о деревянном говорящем туроке, который появляется в городе и начинает шептать пророчества. Люди всех возрастов и слоёв общества стекались к нему, чтобы услышать ответы на свои вопросы. Автомат демонстрирует удивительные механические движения, а его создатель раскрывает тайны устройства. История сочетает элементы мистики и юмора, создавая атмосферу загадочного развлечения.

Язык книгиru

Возрастное ограничение0+

Жанры

классическая проза

Темы

автоматпрорицаниетурокмеханикамистикагородпубликасказкатехникапрогноз

Читать онлайн

Страница 7 из 9

- Должен всецело с тобой согласиться, - сказал Фердинанд. - Ты очень ясно выразил то, что я и сам чувствую с давних пор, а особенно хорошо ощутил сегодня в доме профессора. Хотя я и не живу музыкой так, как ты, и хотя я не так восприимчив ко всякого рода промашкам, все-таки мертвенная неподвижность механической музыки всегда претила мне. Вспоминаю, что еще ребенком, когда в доме моего отца стояли у нас часы с арфой, каждый час бренчавшие свою пьеску, это страшно досаждало мне. Жаль, что умелые механики посвящают свое искусство этой вредной чепухе, вместо того чтобы совершенствовать музыкальные инструменты.

- Совершенно верно, - откликнулся Людвиг. - Особенно в отношении клавишных инструментов остается много неисполненных пожеланий, и как раз эти инструменты открывают перед механиком широкое поле деятельности. Можно восхищаться тем, как далеко продвинулся в своем строении флюгель, а ведь все это оказывает решающее влияние как на качество звука, так и на способ игры на инструменте. Но вот вопрос: не должна ли существовать некая высшая музыкальная механика? Она подслушивала бы, как звучит природа, каковы наиболее своеобразные ее звучания, она изучала бы звуки, заключенные внутри самых разных природных тел. А затем эта механика стремилась бы запечатлеть такую таинственную музыку в устройствах, которые были бы послушны воле человека и производили бы звук при прикосновении к ним. Поэтому, на мой взгляд, заслуживают величайшего внимания все попытки извлекать звуки из металлических и стеклянных цилиндрических трубок и штифтов, из стеклянных пластинок и даже из полосок мрамора. Затем - любые попытки заставить вибрировать и звучать струны необычными, не испробованными еще способами. Только одно мешает тому, чтобы такие попытки получили более широкое распространение, лишь одно препятствует стремлению проникнуть в глубокие акустические тайны природы - каждый, даже самый примитивный опыт тут же преподносится всем в качестве некоего изобретения, будто бы уже достигшего полного совершенства. Каждую выдумку то ради рекламы, то ради прибыли славят на каждом перекрестке. Вот причина, почему в самое короткое время появилось и тут же исчезло, кануло в вечность множество новых инструментов, отчасти с самыми странными или пышными названиями.

- Все, что ты говоришь об этой высшей музыкальной механике, - заметил Фердинанд, - очень интересно. Я только не совсем представляю себе, в чем цель, в чем самая точка приложения таких усилий.

- Цель одна, - отвечал Людвиг. - Это поиски наиболее совершенного звука. Я считаю музыкальный звук тем более совершенным, чем ближе он к таинственным звучаниям самой природы, потому что такие таинственные звучания - они ведь отнюдь еще не исчезли, они не покинули еще нашу Землю.

- Я не так глубоко проник в эти тайны, как ты, - сказал Фердинанд. Должен сознаться, что не вполне тебя понимаю.

- Я, по крайней мере, поясню тебе сейчас, о чем идет речь, - продолжал Людвиг, - так, как все это сложилось в моей голове. В самые первые времена, когда человеческий род еще пребывал в первозданной священной гармонии с природой, если воспользоваться словами глубокомысленного писателя, а это Шуберт с его "Видами ночной стороны естественной науки", в те времена люди были проникнуты божественным инстинктом поэзии и прорицания, тогда не дух человеческий постигал природу, а природа обнимала человеческий дух, в те времена мать-природа еще продолжала питать людей глубинами своего бытия, словно дуновением вечной вдохновленности окружала она человека священной музыкой - чудесные звучания возвещали человеку тайны вечных трудов природы. Мы знаем отзвук таинственной глубины тех первоначальных времен - это великолепное предание о музыке сфер. Помню, что когда я был еще мальчиком и впервые в жизни читал "Сон Сципиона", это предание наполнило мою душу страстным благоговением, так что в тихие лунные ночи я нередко напряженно вслушивался в шум ветра, не зазвучат ли в нем чудесные тоны природы. Но, как я уже сказал, эти внятные тоны и звучания природы еще не покинули нашу Землю, ибо не что иное, как эти звучания, представляет собою так называемая воздушная музыка на острове Цейлон - ее еще называют "чертовым голосом". О ней упомянутый мною писатель говорит, что она производит необычайно глубокое впечатление на все существо человека и что даже самые хладнокровные наблюдатели, слыша ее, не могут отделаться от чувства глубочайшего ужаса и раздирающего душу сострадания с этими звуками природы, столь жутко воспроизводящими человеческие вопли. Я и сам в прежние времена испытал на себе действие подобного природного феномена. Дело происходило неподалеку от Куришского залива в Восточной Пруссии, поздней осенью. Я гостил тогда в одном расположенном в том краю поместье, и в тихие ночи, когда ветер был не слишком силен, явственно слышал доносившиеся до меня долгие, выдержанные звуки, которые то напоминали приглушенное звучание низкой трубы органа, то вибрирующий гул колокола. Иногда я мог четко различить низкое фа и над ним квинту до, а иной раз слышна была даже и малая терция - ми-бемоль. Этот пронзительно-резкий септаккорд, отзывавшийся в душе нестерпимой тоской, жалобой, наполнял мою грудь унынием, даже внушал мне ужас. Когда звук природы неприметно возникает, нарастает, а затем замирает и тает, в нем заключается нечто такое, что захватывает душу, нечто такое, чему мы не в силах сопротивляться. Если инструмент способен воспроизводить подобное звучание, он будет точно так же воздействовать на нас. Поэтому мне кажется, что гармоника, что касается ее звучания, ближе всего к совершенству, если исходить из меры воздействия звука на нашу душу. Этот инструмент замечательно воспроизводит звуки природы и чудесно воздействует на душу в ее глубинных связях, так что весьма замечательно то, что именно этот инструмент никак не удается употребить во зло, в легкомысленных целях простой забавы, он утверждает свою сущность в священной простоте и неразъятости. Немалого в этом отношении можно будет достигнуть и с новоизобретенным гармоникордом, у которого вместо колокольчиков вибрируют и звучат струны, - они приводятся в колебание посредством клавиш и вала. Играющий на гармоникорде получает возможность влиять на возникновение, нарастание и замирание звука, пожалуй, еще больше, чем на гармонике, хотя этот инструмент и далек еще от ее звучания - ведь звуки гармоники словно нисходят к нам из мира иного.

- Мне довелось слышать, как звучит гармоникорд, - сказал Фердинанд, только должен сознаться, что хотя звук его глубоко проник в мою душу, исполнитель, на мой взгляд, не слишком удачно использовал его возможности. Впрочем, теперь я хорошо понимаю тебя, хотя тесная связь между звуками природы, о которых ты говорил, и музыкой наших инструментов все еще не совсем мне ясна.

Страница 7 из 9

Назад 1…6 7 8 9 Далее