Загрузка...
Назад в библиотеку
Хаджи-Мурат — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Хаджи-Мурат

Автор Лев Николаевич Толстой
12+2.2k читателей
personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в TelegramЧитать в MAXЧитать в VKЧитать в WEB
menu_bookЧитать здесь
Дата написания1895-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+
Жанры
литература 19 векарусская классика
Темы
повести10 класс

Описание

История Хаджи‑Мурата, чеченского воина, его встречи с русскими, политические интриги Кавказа и его смерть в войне.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между Хаджи‑Муратом и русскими, а также внутренние разногласия в чеченском обществе, приводящие к его гибели.

Ключевые идеи

  • Стойкость природы и её символика в репее
  • Гостеприимство и взаимная поддержка между местными и Хаджи‑Муратом
  • Взаимодействие русских солдат с местными, создающее напряжённость
  • Бегство Хаджи‑Мурата от мюридов и конфликт с аулом
  • Встреча и сдача Хаджи‑Мурата русским войскам
  • Внутренние разногласия русских офицеров по поводу захвата
  • Трагическая смерть солдата Авдеева в бою
  • Семейные разногласия и попытка матери отправить деньги Петрому
  • Письмо, сообщающее о смерти Петра и о том, что жена ушла
  • Хаджи‑Мурат пытается убедить русских в своей преданности и просит о защите семьи
  • Воронцов скептически относится к Хаджи‑Мурату, но рассматривает его как потенциального союзника
  • Хаджи‑Мурат рассказывает о своём происхождении и о своих отношениях с ханами

Вывод

Книга показывает, как личные судьбы переплетаются с политическими и военными событиями Кавказа, и как попытки найти союзников могут закончиться трагедией.

Кому полезна

  • историки
  • любители военной истории
  • чтатели, интересующиеся Кавказом
  • учебные программы по истории России

Главные темы

  • Кавказская война
  • Лояльность и предательство
  • Политические интриги
  • Семейные трагедии
  • Культурный конфликт

Персонажи

  • Хаджи‑Мурат — Известный воин, приезжает в аул, ищет союзников, стремится к победе над Шамилем, мечтает о награде русских, пытается убедить русских в своей преданности, просит о защите семьи. Пленён Шамилем, позже арестован русскими, отбывает наказание, побегает, служит в армии, пишет письма генералам, отказывается от сотрудничества с русскими. Пришёл к русским, но его семья в плену; конфликтует с Шамилем. Джигит, ищущий свободу для своей семьи, проявляет уважение к русским, но остаётся верен своим принципам. Он убит в попытке убежать, его голова возвращается как трофей.
  • Воронцов — Обсуждает приезд Хаджи‑Мурата с женой, принимает его, но остаётся настороже. Получает сообщение о Хаджи‑Мурате и обсуждает его с чиновниками, пишет о возможном использовании русскими. Пытается договориться о выручке семьи Хаджи‑Мурата.
  • Бутлер — Воспринимает войну как приключение, не видит раненых и убитых, наслаждается жизнью в Кавказе. Служит в укреплении, помогает Хаджи‑Мурату общаться с русскими. Погружённый в пьянство, пытается скрыться от реальности, но его душа разрушается.
  • Марья Дмитриевна — Принимает гостей, готовит еду, взаимодействует с Хаджи‑Муратом. Содержит особенные чувства к нему, заботится о нём, отвергает его ухаживание и выражает недовольство.
  • Элдар — Помогает в планах с русскими, молодой и сильный, вооружённый, помогает Хаджи‑Мурату в пути.
  • Садо — Принимает Хаджи‑Мурата, готовит еду, защищает его, информирует о планах аула и помогает подготовиться к бегству.
  • Лорис‑Меликов — Слушает историю Хаджи‑Мурата, наблюдает за мюридами, пытается понять их мотивы.
  • Шамиль — Обеспечивает поддержку Хаджи‑Мурата, но в дальнейшем конфликтует с ним. Возвращается из похода, обсуждает судьбу Хаджи‑Мурата и его семьи, принимает решения о наказании.
  • Иван Матвеевич — Принимает Хаджи‑Мурата, обсуждает его размещение с Бутлером. Пьяный, приносит голову как трофей.
  • Полторацкий — Ведёт бой, в ходе которого ранен солдат Авдеев.
  • Авдеев — Получает рану в бою и умирает в госпитале. Был отправлен в солдаты, умер в госпитале.
  • Николай I — Слушает доклад Чёрнышева, принимает решения о Кавказе.

Цитаты

  • Какая, однако, энергия и сила жизни
  • Не хабар?
  • Бог да воздаст вам!
  • Отдаюсь, говорит, на волю русского царя, хочу, говорит, послужить ему.
  • Письмо, написанное старой женщиной, содержит благословение, упоминание о смерти крестного и о том, что жена Петра ушла.
  • Хаджи‑Мурат говорил: «Отдаюсь под высокое покровительство великого царя и ваше. Обещаюсь верно, до последней капли крови служить белому царю и надеюсь быть полезным в войне с Шамилем, врагом моим и вашим.»
  • «Прапорщик Хаджи‑Мурат! Ты служил у меня – я был доволен тобою и считал тебя добрым человеком…»
  • «Я не поверил этому, – сказал Хаджи‑Мурат, когда Лорис‑Меликов кончил письмо, – и не поехал к Клюгенау.»
  • То ли дело, то ли дело, егеря, егеря!
  • Саубул, – ответил Хаджи‑Мурат, кивая головой.

Сводка по автору из Wikidata

1828–1910. Лев Никола́евич Толсто́й. русский писатель (1828—1910)

Читать онлайн

Страница 4 из 35

Авдеев шикнул на Бондаренку, и солдаты замерли, прислушиваясь. Мягкие шаги людей, обутых не в сапоги, приближались. Все явственнее и явственнее слышалось в темноте хрустение листьев и сухих веток. Потом послышался говор на том особенном, гортанном языке, которым говорят чеченцы. Солдаты теперь не только слышали, но и увидали две тени, проходившие в просвете между деревьями. Одна тень была пониже, другая – повыше. Когда тени поравнялись с солдатами, Панов, с ружьем на руку, вместе с своими двумя товарищами выступил на дорогу.

– Кто идет? – крикнул он.

– Чечен мирная, – заговорил тот, который был пониже. Это был Бата. – Ружье иок, шашка иок, – говорил он, показывая на себя. – Кинезь надо.

Тот, который был повыше, молча стоял подле своего товарища. На нем тоже не было оружия.

– Лазутчик. Значит – к полковому, – сказал Панов, объясняя своим товарищам.

– Кинезь Воронцов крепко надо, большой дело надо, – говорил Бата.

– Ладно, ладно, сведем, – сказал Панов. – Что ж, веди, что ли, ты с Бондаренкой, – обратился он к Авдееву, – а сдашь дежурному, приходи опять. Смотри, – сказал Панов, – осторожней, впереди себя вели идти. А то ведь эти гололобые – ловкачи.

– А что это? – сказал Авдеев, сделав движение ружьем с штыком, как будто он закалывает. – Пырну разок – и пар вон.

– Куда ж он годится, коли заколешь, – сказал Бондаренко. – Ну, марш!

Когда затихли шаги двух солдат с лазутчиками, Панов и Никитин вернулись на свое место.

– И черт их носит по ночам! – сказал Никитин.

– Стало быть, нужно, – сказал Панов. – А свежо стало, – прибавил он и, раскатав шинель, надел и сел к дереву.

Часа через два вернулся и Авдеев с Бондаренкой.

– Что же, сдали? – спросил Панов.

– Сдали. А у полкового еще не спят. Прямо к нему свели. А какие эти, братец ты мой, гололобые ребята хорошие, – продолжал Авдеев. – Ей-богу! Я с ними как разговорился.

– Ты, известно, разговоришься, – недовольно сказал Никитин.

– Право, совсем как российские. Один женатый. Марушка, говорю, бар? – Бар, говорит. – Баранчук, говорю, бар? – Бар. – Много? – Парочка, говорит. – Так разговорились хорошо. Хорошие ребята.

– Как же, хорошие, – сказал Никитин, – попадись ему только один на один, он тебе требуху выпустит.

– Должно, скоро светать будет, – сказал Панов.

– Да, уж звездочки потухать стали, – сказал Авдеев, усаживаясь.

И солдаты опять затихли.

III

В окнах казарм и солдатских домиков давно уже было темно, но в одном из лучших домов крепости светились еще все окна. Дом этот занимал полковой командир Куринского полка, сын главнокомандующего, флигель-адъютант князь Семен Михайлович Воронцов. Воронцов жил с женой, Марьей Васильевной, знаменитой петербургской красавицей, и жил в маленькой кавказской крепости роскошно, как никто никогда не жил здесь. Воронцову, и в особенности его жене, казалось, что они живут здесь не только скромной, но исполненной лишений жизнью; здешних же жителей жизнь эта удивляла своей необыкновенной роскошью.

Теперь, в двенадцать часов ночи, в большой гостиной, с ковром во всю комнату, с опущенными тяжелыми портьерами, за ломберным столом, освещенным четырьмя свечами, сидели хозяева с гостями и играли в карты. Один из играющих был сам хозяин, длиннолицый белокурый полковник с флигель-адъютантскими вензелями и аксельбантами, Воронцов; партнером его был кандидат Петербургского университета, недавно выписанный княгиней Воронцовой учитель для ее маленького сына от первого мужа, лохматый юноша угрюмого вида. Против них играли два офицера: один – широколицый, румяный, перешедший из гвардии, ротный командир Полторацкий, и, очень прямо сидевший, с холодным выражением красивого лица, полковой адъютант. Сама княгиня Марья Васильевна, крупная, большеглазая, чернобровая красавица, сидела подле Полторацкого, касаясь его ног своим кринолином и заглядывая ему в карты. И в ее словах, и в ее взглядах, и улыбке, и во всех движениях ее тела, и в духах, которыми от нее пахло, было то, что доводило Полторацкого до забвения всего, кроме сознания ее близости, и он делал ошибку за ошибкой, все более и более раздражая своего партнера.

– Нет, это невозможно! Опять просолил туза! – весь покраснев, проговорил адъютант, когда Полторацкий скинул туза.

Полторацкий, точно проснувшись, не понимая глядел своими добрыми, широко расставленными черными глазами на недовольного адъютанта.

– Ну простите его! – улыбаясь, сказала Марья Васильевна. – Видите, я вам говорила, – обратилась она к Полторацкому.

– Да вы совсем не то говорили, – улыбаясь, сказал Полторацкий.

– Разве не то? – сказала она и также улыбнулась. И эта ответная улыбка так страшно взволновала и обрадовала Полторацкого, что он багрово покраснел и, схватив карты, стал мешать их.

– Не тебе мешать, – строго сказал адъютант и стал своей белой, с перстнем, рукой сдавать карты, так, как будто он только хотел поскорее избавиться от них.

В гостиную вошел камердинер князя и доложил, что князя требует дежурный.

– Извините, господа, – сказал Воронцов, с английским акцентом говоря по-русски. – Ты за меня, Marie, сядешь.

– Согласны? – спросила княгиня, быстро и легко вставая во весь свой высокий рост, шурша шелком и улыбаясь своей сияющей улыбкой счастливой женщины.

– Я всегда на все согласен, – сказал адъютант, очень довольный тем, что против него играет теперь совершенно не умеющая играть княгиня. Полторацкий же только развел руками, улыбаясь.

Роббер кончался, когда князь вернулся в гостиную. Он пришел особенно веселый и возбужденный.

– Знаете, что я вам предложу?

– Ну?

– Выпьемте шампанского.

– На это я всегда готов, – сказал Полторацкий.

– Что же, это очень приятно, – сказал адъютант.

– Василий! Подайте, – сказал князь.

– Зачем тебя звали? – спросила Марья Васильевна.

– Был дежурный и еще один человек.

– Кто? Что? – поспешно спросила Марья Васильевна.

– Не могу сказать, – пожав плечами, сказал Воронцов.

– Не можешь сказать, – повторила Марья Васильевна. – Это мы увидим.

Принесли шампанского. Гости выпили по стакану и, окончив игру и разочтясь, стали прощаться.

– Ваша рота завтра назначена в лес? – спросил князь Полторацкого.

– Моя. А что?

– Так мы увидимся завтра с вами, – сказал князь, слегка улыбаясь.

– Очень рад, – сказал Полторацкий, хорошенько не понимая того, что ему говорил Воронцов, и озабоченный только тем, как он сейчас пожмет большую белую руку Марьи Васильевны.

Марья Васильевна, как всегда, не только крепко пожала, но и сильно тряхнула руку Полторацкого. И еще раз напомнив ему его ошибку, когда он пошел с бубен, она улыбнулась ему, как показалось Полторацкому, прелестной, ласковой и значительной улыбкой.

Полторацкий шел домой в том восторженном настроении, которое могут понимать только люди, как он, выросшие и воспитанные в свете, когда они, после месяцев уединенной военной жизни, вновь встречают женщину из своего прежнего круга. Да еще такую женщину, как княгиня Воронцова.

Страница 4 из 35

Назад1…345…35Далее

Вам также может понравиться

Братья Карамазовы — обложка книги

Братья Карамазовы

Федор Михайлович Достоевский

Идиот — обложка книги

Идиот

Федор Михайлович Достоевский

Преступление и наказание — обложка книги

Преступление и наказание

Федор Михайлович Достоевский

Евгений Онегин — обложка книги

Евгений Онегин

Александр Сергеевич Пушкин

Герой нашего времени — обложка книги

Герой нашего времени

Михаил Юрьевич Лермонтов

Бесы — обложка книги

Бесы

Федор Михайлович Достоевский

Отцы и дети — обложка книги

Отцы и дети

Иван Сергеевич Тургенев

Обыкновенная история — обложка книги

Обыкновенная история

Иван Александрович Гончаров

Капитанская дочка — обложка книги

Капитанская дочка

Александр Сергеевич Пушкин

Горе от ума — обложка книги

Горе от ума

Александр Сергеевич Грибоедов

Униженные и оскорбленные — обложка книги

Униженные и оскорбленные

Федор Михайлович Достоевский

Дворянское гнездо — обложка книги

Дворянское гнездо

Иван Сергеевич Тургенев

Страница 1 из 172

Назад12…172Далее