Загрузка...
Лора. Путешествие в кристалл — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Лора. Путешествие в кристалл

Автор Жорж Санд
0+
Язык книгиru
Возрастное ограничение0+
Темы
кристаллпутешествиеполярные страныдрагоценные камнимистическийприключениянаукамифологияфантастика

Описание

Молодой купец-натуралист Алексис Гарц открывает для себя мир кристаллов, путешествует в полую Землю, переживает мистические видения и сталкивается с конфликтом между научным стремлением и личными отношениями, в итоге переходя от геолога к торговцу минералами, осознавая важность гармонии с природой.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между научным стремлением к знаниям и жадностью к богатствам, а также личные отношения, которые ставят под угрозу внутренний мир героя.

Ключевые идеи

  • Связь искусства и науки как путешествия ума
  • Магическое влияние кристаллов и их роль в восприятии мира
  • Двойственность человеческой души: видимая и невидимая части.
  • Кристаллический мир как источник сверхъестественных знаний и богатств.
  • Конфликт между жадностью и сохранением природы.
  • Переход от научного любопытства к практической деятельности.

Вывод

Кристаллы открывают новые горизонты восприятия, но истинный путь к знаниям лежит в гармонии с природой и внутренним миром, где наука и искусство взаимно дополняют друг друга.

Кому полезна

  • Любители научной фантастики
  • Геологи и минералогов
  • Философы и теоретики искусства
  • Люди, интересующиеся природой и духовными аспектами жизни

Главные темы

  • Кристаллы как символы науки и искусства
  • Двойственность души и поиск истины

Персонажи

  • Алексис — Трудолюбивый и любознательный геолог, увлечённый минералами, позже становится ученым и художником. Он переживает мистическое путешествие в кристаллический мир, стремится понять философские идеи и сохранить отношения с Лорой.
  • Лора — Красивая, любящая природу, инициатор путешествия в кристаллический мир. Искренняя, но влюблена в традиции семьи, готова выйти замуж за Вальтера, позже становится супругой Алекса.
  • Назиас — Загадочный исследователь, участвует в экспедиции к полой Земле. Убеждён в существовании кристаллического мира, планирует экспедицию к полярным полям, жаден к богатствам острова.
  • Тунгстениус — Опытный ученый, наставник Алекси, проводит научные дебаты. Старший, который принимает героя после возвращения и участвует в семейных решениях.
  • Вальтер — Философ, обсуждает три взгляда на науку. Уравновешенный, практичный, не испытывает романтических чувств к Лоре.

Цитаты

  • Все камни имеют магическое влияние, а жеоды в особенности, по моему мнению.
  • Не тревожьтесь этим, — ответил он любезно, — он предназначался на то, чтобы быть разбитым молотком.
  • «Тебе небезызвестно, что в каждом из нас, живущем на земле, находится две личности, совершенно разные в действительности…»
  • «Кристалл, видишь ли ты, — а под кристаллом я понимаю всякую минералогическую субстанцию, хорошо и отчетливо кристаллизованную…»
  • «То, что ты видишь, — это следы твоего вчерашнего ужина».
  • «Быть может, я не совсем был дураком, так как среди моих самых фантастических экскурсий я всегда чувствовал, что ты подле меня».

Сводка по автору из Wikidata

1804–1876. George Sand. французская писательница

Читать онлайн

Страница 2 из 28

* * *

Мне было девятнадцать лет, когда я поступил помощником смотрителя естественно-исторического кабинета минералогического отделения ученого и знаменитого города Фишгаузена в Фишенберге. Моя должность, за исполнение которой я ровно ничего не получал, была выхлопотана для меня одним из моих дядей, директором названного учреждения, благоразумно рассудившим, что, так как мне положительно нечего делать, то я здесь буду вполне в моей сфере и могу свободно развивать мою замечательную наклонность к полнейшей праздности.

После моего первого же осмотра длинной галереи, заключавшей в себе коллекции, у меня пренеприятно сжалось сердце. Как, думал я, мне предстоит жить здесь посреди этих инертных вещей, в обществе этих многочисленных булыжников всевозможных форм, всевозможных цветов, всевозможных размеров, среди всех этих немых предметов, снабженных этикетками с варварскими названиями, из которых я дал себе слово не запоминать ни одного!

До сих пор моя жизнь проходила в полнейшем бездействии, и дядя, заметив, с каким упорством я с детства лазал по деревьям за зелеными яблоками, с каким терпением я умел карабкаться по изгородям, чтобы разорять гнезда дроздов и коноплянок, льстил себя надеждой на то, что во мне рано или поздно пробудятся инстинкты серьезного любителя природы; но так как затем, будучи отдан в школу, я оказался самым искусным гимнастом, когда требовалось взобраться по стене, чтобы очутиться в поле, то дядя, желая наказать меня немножко, подверг меня суровому созерцанию неодушевленных предметов земного шара, но в то же время, в виде вознаграждения за будущее, позволил мне изучать растения и животных.

Какая разница была в этом мертвом мире в сравнении с бесцельными и безыменными прелестями моей свободной жизни! Я провел несколько недель, сидя в углу, мрачный, как призматические базальтовые колонны, которыми гордился перистиль здания, грустный, как ископаемые устрицы, на которые мой начальник бросал такие нежные отеческие взгляды.

Каждый день я выслушивал уроки, то есть серию фраз, не представлявших для меня никакого смысла и снившихся мне ночью в виде кабалистических формул, или же присутствовал на курсах геологии, которые читал мой достойный дядюшка. Этот милый человек не был бы лишен красноречия, если бы неблагодарная природа не наделила ужаснейшим заиканием самого пылкого из своих поклонников. Его снисходительные коллеги уверяли, что этот недостаток даже полезен, так как он производит мнемоническое влияние на аудиторию, которая в восторге от того, что слышит, как главные слоги слов повторяются по нескольку раз.

Что же касается меня, то я освобождал себя от благодеяний этой методы, засыпая методически с первой фразы каждой лекции. Время от времени острый звук козлиного голоса старика заставлял меня подскакивать на моей скамье; я наполовину открывал глаза и различал сквозь туман летаргии его лысый череп, на котором играло майское солнце, или его крючковатую руку, вооруженную осколком скалы, который он как будто желал бросить мне в голову. Я поскорее закрывал глаза и снова засыпал под эти утешительные фразы:

— Это, милостивые государи, образец вполне определенной материи, составляющей предмет данного наблюдения. Химический анализ показал и т. д.

Иногда также какой-нибудь простудившийся сосед пробуждал меня, начиная сморкаться во всю мочь. Тогда я видел, как мой дядюшка рисует мелом очертания геологических явлений на огромной черной доске, находившейся позади него. Он оборачивался к публике спиною, и широчайший воротник его фрака, скроенного по моде Директории, выставлял его уши самым странным манером. Тогда все путалось в моем мозгу, углы его рисунка сливались с контуром его фигуры, и я начинал видеть, что он непомерно растет и непропорционально умножается. У меня были странные фантазии, граничившие с галлюцинациями. Однажды, когда он читал нам лекцию о вулканах, я вообразил, что вижу в открытых ртах нескольких старых адептов, окружавших его, маленькие кратеры, готовые к извержению, и шум аплодисментов показался мне подземными взрывами, которые выбрасывают пылающие камни и извергают огнедышащую лаву.

Мой дядюшка Тунгстениус (это было его прозвище, заменившее настоящую фамилию), при всей своей добродушной наружности, был достаточно смел. Оп поклялся, что поборет мое упрямство, хоть и делал вид, что не замечает его. Однажды он вообразил, что подвергает меня ужаснейшему испытанию, давая мне случай снова свидеться с моей кузиной Лорой.

Лора была дочерью моей тетки Гертруды, сестры моего покойного отца, а дядюшка Тунгстениус был его старшим братом.

Лора была сирота, несмотря на то, что ее отец был еще жив. Это был деятельный негоциант, который, после того как дела его пошли плохо, уехал в Италию, а оттуда в Турцию. Там, как говорили, он нашел средство к обогащению, но о нем никогда не имели определенных сведений. Писал он крайне редко и появлялся с такими большими промежутками, что мы едва его знали. Но зато его дочь и я прекрасно знали друг друга, так как воспитывались вместе в деревне, затем наступило время расстаться и поступить в пансион; таким образом, мы почти забыли друг друга.

Я оставил худую и желтую девочку, теперь же встретил шестнадцатилетнюю девушку, стройную, розовую, с великолепными волосами, с голубыми глазами, с чудной улыбкой, несравненной расцветшей красоты. Я не знал, была ли она красива; она была обворожительна, и мое удивление было так сильно, что погрузило меня в полнейший идиотизм.

— Кузен Алексис, — сказала она мне, — чем ты занимаешься и как ты проводишь свое время?

Мне очень хотелось найти иной ответ, чем тот, который я ей дал, но я напрасно отыскивал его и заикался. Мне пришлось признаться, что мое время проходит бесполезно, что я ровно ничего не делаю.

— Как, — возразила она с глубоким удивлением, — ничего! Возможно ли жить, ничего не делая, если человек, но крайней мере, не болен? Значит, ты болен, мой бедный Алексис? Однако, по тебе этого незаметно.

Пришлось еще признаться и в том, что я совершенно здоров.

— В таком случае, — сказала она, дотрагиваясь до моего лба своим мизинчиком, украшенным хорошеньким колечком с белым сердоликом, — твоя болезнь сидит вот тут: ты скучаешь в городе.

— Вот это правда, Лора! — горячо вскричал я. — Я сожалею о деревне и о том времени, когда мы были так счастливы вместе.

Я гордился тем, что, наконец, нашел такую прекрасную реплику, но взрыв смеха, с которым она была встречена, снова, подобно тяжести целой горы, сдавил мне сердце.

Страница 2 из 28

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее