Читать бесплатно онлайн

Дом в медвежьем углу

Автор Алан Александр Милн

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

Язык книгиru

Язык оригиналаen

Возрастное ограничение0+

Жанры

детская проза литературоведение

Темы

Винни Пухдрузьяприключениялесмеддетская литературапереводмилнпоросеноксказка

Описание

Книга представляет собой философский и лингвистический анализ классической сказки о Винни‑Пухе, объединяя перевод, прагмасемантику и психологические мотивы, и одновременно рассказывает о дружбе, приключениях и совместных усилиях героев в лесу.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между Пухом и Heffalump'ами, а также задача построить дом для друга I‑i

Ключевые идеи

Винни‑Пух – произведение, насыщенное мифологическими и сексуальными мотивами, требующее философского анализа.
Перевод «Снова Heffalump» и создание нового издания демонстрируют сложность и самостоятельность процесса перевода.
Мир Леса символизирует инициацию через дерево (мировое древо) и нору, а события в первых главах иллюстрируют эти символы.
Дружба и взаимопомощь в трудных ситуациях.
Любопытство и поиск загадочных следов.
Планирование и совместная работа над ловлей.
Пусть, пытаясь посчитать Heffalump'ов, Пух сталкивается с их любовью к меду.
Heffalump'ы стремятся к горшку с медом, создавая конфликт.
Поросенок задаёт вопросы о Heffalump'ах, что раскрывает их природу и поведение.
Песня как способ поддерживать настроение в холодной погоде
Понимание, что у И‑i нет дома, и решение помочь ему
Постройка «Медвежьего угла» как символ дружбы и заботы

Вывод

Книга показывает, что дружба, взаимопомощь и совместные усилия позволяют преодолевать трудности и раскрывать новые смыслы в классическом произведении.

Кому полезна

Любители сказок и классических произведений
Студенты филологии и переводов
Теоретики языка и философии

Главные темы

Перевод и философский подход к классическому произведению
Дружба и взаимопомощь среди персонажей
Приключения и исследование мира Леса

Персонажи

Винни‑Пух — Любит мед, поёт стихи, исследует дерево и нору, проявляя радость и тревогу; иногда попадает в затруднительные ситуации, но всегда находит выход. Любит петь, размышлять о дружбе и заботе, стремится помочь друзьям.
Кристофер Робин — Кристофер Робин рассказывает Пуху и Поросенку о мире, помогает им осмысливать события. Молодой человек, который встречается с Пухом и Поросенком, обсуждает план действий. Объясняет, что И‑i живёт в открытом пространстве, но не имеет дома.
Поросенок — Поросенок часто выражает опасения, но в итоге проявляет смелость. Маленький и любопытный, интересуется, кто такие Heffalump'ы и как они действуют. Слушает Пуха, помогает собирать деревяшки, участвует в песне.
Heffalump — Маленькие существа, которые пытаются украсть горшок с медом у Пуха.
И‑i — Потерял хвост, но с помощью Пуха его находят. Живёт в лесу, не имеет укрытия от холода, но не жалуется.
Кролик — Скептически относится к идеям, но всегда готов помочь.
Сыч — Помогает Пуху найти хвост И‑i.
Пусть — Медведь, любящий мед, но раздражённый Heffalump'ами, которые хотят его горшок.

Цитаты

«Впервые будущий переводчик задумался над тем, что «Винни Пух» Милна и «Винни‑Пух и все‑все‑все» Б. Заходера – одно из ключевых, культовых, как сейчас говорят произведений нашего с вами, читателя, детства, – это два совершенно разных текста.»
«Пух сел у подножья дерева, положил голову на лапы и стал думать.»
«Глупый старый Медведь»
«Похоже, ты прав»
Зараза!
Heffalump съел его!
"Тем больше бегу, тем больше бегу, тем больше бегу…"
"Мы построим его здесь, в Медвежьем Уголе, и назовём это И‑i‑хауз"

Сводка по автору из Wikidata

1882–1956. Alan Alexander Milne. английский писатель (1882—1956)

Читать онлайн

Страница 3 из 57

(из его автобиографии, во всяком случае, не видно увлечения модернистской прозой), но это не имело никакого значения. Эстетические и философские идеи всегда носятся в воздухе, проникают в человеческое сознание помимо его воли и управляют его поведением. А. Милн был талантливый человек (иначе он не написал бы ВП), но, по-видимому, недалекий (иначе он оценил бы то, что написал). Важно другое: ВП появился в период самого мощного расцвета прозы XX века, что не могло не повлиять на структуру этого произведения, не могло, так сказать, не отбросить на него своих лучей. Это мы и стараемся показать ниже.

3. Метод

Если использовать один термин, то наш подход может быть назван аналитическим. Это значит, что он представляет собой синтез аналитических парадигм философского анализа языка и текста, которые были разработаны в XX веке: классический структурализм и постструктурализм (структурная поэтика и мотивный анализ); аналитическая психология в широком смысле (от психоанализа 3. Фрейда до эмпирической трансперсональной психологии С. Грофа); аналитическая философия (философия обыденного языка позднего Витгенштейна и оксфордцев, теория речевых актов, семантика возможных миров и философская (модальная) логика).

При анализе ВП мы будем придерживаться следующих фундаментальных утверждений:

(1) все элементы художественного текста взаимосвязаны. Это тезис классического структурализма [Лотман 1964, 1970, 1972];

(2) связь между элементами художественной системы носит трансуровневый характер и проявляет себя в

[14

]

виде повторяющихся единиц разных уровней (мотивов). Это тезис классического постструктурализма в его отечественном изводе (мотивный анализ [Гаспаров 1995]);

(3) в тексте нет ничего случайного. Самые свободные ассоциации являются самыми надежными. Это традиционный тезис классического психоанализа [Фрейд 1990];

(4) за каждым поверхностным и единичным проявлением текста лежат глубинные и универсальные проявления, носящие мифологический характер. Это тезис постфрейдовской аналитической психологии [Юнг 1991, Fromm 1951, Гроф 1992];

(5) значение каждого элемента текста определяется контекстом его употребления. Текст не описывает мир, а вступает в сложные взаимоотношения с миром. Тезис аналитической философии [Витгенштейн 1994, Остин 1986];

(6) то, что не существует в одном тексте (одном возможном мире), может существовать в других текстах (возможных мирах). Это тезис семантики возможных миров [Крипке 1981, Хинтикка 1980];

(7) значение текста на художественном языке представляет собой совокупность высказываний естественного языка, на котором написан художественный текст. Тезис "философии текста" [Руднев 1996,1999];

(8) текст -- не застывшая сущность, но диалог между автором, читателем и исследователем. Тезис философской поэтики М. М. Бахтина [Бахтин 1963,1972}.

[15

]

Между этими различными концепциями помимо общности фундаментального взгляда на мир как на семиотическое образование, то есть на то, что в принципе может быть прочитано или расшифровано, существуют тонкие генетико-типологические связи. Теория языковых игр Витгенштейна достаточно близка к теории речевых жанров М. М. Бахтина (не случайно, что брат М. М. Бахтина Николай Михайлович был близким другом Витгенштейна). Аналитическая психология и аналитическая философия тесно связаны между собой тем, что для обоих направлений мысли единственной реальностью является язык и единственным продуктивным анализом -- анализ языка. Метод свободных ассоциаций Фрейда, через пятьдесят лет давший рецепцию в виде мотивного анализа, во многом напоминает метод оксфордской философии обыденного языка. И там и здесь налицо терапия тщательным анализом разговорной речи. Витгенштейн недаром называл Фрейда своим учителем [Bartley 1974}.

Так или иначе, если попытаться свести восемь вышеприведенных тезисов в один, то получится примерно следующее:

текст -- это системное единство (1), проявляющее себя посредством повторяющихся мотивов (2), выявляемых при помощи метода свободных ассоциаций (3), обнаруживающих скрытые глубинные мифологические значения (4), определяемые контекстом, с которым текст вступает в сложные взаимоотношения (5), носящие характер межмировых отношений между языком текста и языком реальности (7), строящихся как диалог текста с читателем и исследователем (8).

4. Мифологизм

Основную особенность произведений 1920-х годов, определивших художественную парадигму первой половины

[16

]

XX столетия, принято обозначать как неомифологизм [Мелетинский 1976}, то есть такое построение текста, при котором архаическая, фольклорная и литературно-бытовая мифология начинает не только служить в качестве основы сюжета, но и управлять динамикой его построения, то есть при котором само художественное произведение уподобляется мифу: повествование становится нелинейным, время -- цикличным, стирается грань между личностью и космосом, материей и духом, живым и неживым и, наконец, что самое важное, между текстом и реальностью, которая его окружает (см. основополагающие исследования по структуре мифологического сознания -- Дж. Фрэзера, Б. Малиновского, Л. Леви-Брюля, О. М. Фрейденберг, К. Леви-Строса, М. Элиаде, В. Н. Топорова). Так, структуру джойсовского "Улисса" опосредует гомеровский миф, "Волшебной горы" Т. Манна -- миф о Тангейзере, "Приговора" Кафки -- библейская мифология, "Замка" -- миф о Сизифе, "Звука и ярости" Фолкнера -- новозаветная мифология и т. д.

Структуру ВП определяет одна из наиболее универсальных архаических мифологем -- мировое древо, воплощающее собой архаический космос [65]. Действительно, дерево -- это центральный объект пространства, композиции и сюжета ВП: все действие происходит в Лесу, а большинство персонажей -- Пух, Поросенок, Сыч* и Кристофер Робин -- живут в деревьях. С деревом связан ряд конкретных сюжетов ВП: на дереве Пух спасается от наводнения (Потопа, которым заканчивается первая книга); с дерева Кристофер Робин наблюдает за происходящим; на дерево лезут друзья-и-родственники Кролика, что

* В данной статье все собственные имена и цитаты из ВП даются по переводу, представленному в данном издании. Обоснование той или иной передачи собственных имен персонажей см. "Обоснование перевода".

[17

]бы обозревать с него самые важные события; дерево служит символом открытого Северного Полюса; на дерево лезет Тиггер с Бэби Ру на спине, чтобы доказать свою жизненную (и сексуальную, как мы увидим ниже) силу; дерево-дом Сыча падает от бури в конце второй книги, что служит символом разрушения архаического мира и ухода Кристофера Робина в большой мир; образованный деревьями круг (Гелеоново Лоно) в финале ВП олицетворяет вечность и неразрушимость мира детства. Но самый универсальный сюжет, связанный с деревом, непосредственно открывает мир ВП. Пух лезет на дерево в поисках меда; ему не удается отнять у пчел мед, но, именно залезая на дерево, он начинает писать стихи, что безусловно является реминисценцией к мифологеме священного меда поэзии, в поисках которого взбирается на Мировое Древо бог Один в "Младшей Эдде".

Страница 3 из 57

Назад 1 2 3 4…57 Далее