Загрузка...
Княжна Джаваха — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

Княжна Джаваха

Автор Лидия Алексеевна Чарская
6+1.2k читателей
Дата написания1902-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение6+

Описание

Книга «Княжна Джаваха» повествует о жизни Нины Джаваха, дочери русского офицера и грузинской женщины, в контексте Кавказской войны, семейных конфликтов и религиозных противоречий. После смерти матери и трагической гибели двоюродного брата, Нина решает бежать из Гори, путешествуя через горы, встречая колдунью, друзей и, наконец, достигая Петербурга, где поступает в институт. В дополнение к сюжету книга содержит глоссарий, помогающий читателю разобраться в многоязычном контексте.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между личными желаниями и семейными обязанностями, а также культурные и религиозные противоречия, которые ставят Нину перед выбором между традицией и свободой

Ключевые идеи

  • Семейные традиции и наследие влияют на жизнь Нины.
  • Конфликт между религиозными убеждениями и культурными различиями приводит к трагическим событиям.
  • Нина использует хитрость и обман, чтобы сбежать из Гори.
  • Колдунья Сарра и пророчество влияют на её путь.
  • Путешествие в горы полнено опасностями и неожиданными спасениями.
  • Переезд в Петербург и обучение в институте открывают новые испытания и дружбу.
  • Предоставление переводов и культурных пояснений терминов
  • Обеспечение читателю понимания языковых особенностей и контекста романа

Вывод

Книга показывает, как личная решимость и семейные связи влияют на судьбу, подчёркивая стойкость и поиск свободы, а также подчёркивает важность культурного понимания в сложных обстоятельствах

Кому полезна

  • Любители исторической прозы и Кавказа
  • Читатели, интересующиеся межкультурными взаимодействиями
  • Люди, изучающие влияние религиозных и культурных различий на семейные отношения

Главные темы

  • Семейные и культурные конфликты
  • Путешествие и поиск свободы
  • Языковое многообразие и культурный контекст

Персонажи

  • Нина Джаваха — Девочка, выросшая в Гори, чья жизнь наполнена семейными традициями, войной и любовью. Молодая, решительная, но иногда импульсивная, стремится к свободе и независимости.
  • Юлико — Последний представитель рода, который сталкивается с Ниной из‑за различий в воспитании.
  • Георгий — Русский офицер, который защищает семью и поддерживает Нину.
  • Мария — Грузинская женщина, принявшая христианство, умершая от тоски и болезни.
  • Хаджи‑Магомет — Татарский мулл, который не одобряет христианскую веру Марии.
  • Беко — Молодой, скромный, но добрый, готовый помочь Нине.
  • Сарра — Мать Беко, известная своими предсказаниями, но часто путается в речи.
  • Шалый — Надёжный спутник Нины, помогает в путешествии и спасении.

Цитаты

  • Я умираю… да, это так… я умираю… но мне не горько, не страшно… Я счастлива… я христианка…
  • Нина, джаным, любишь ли ты меня?
  • «Беда, беда, беда, и я не смогу выжить, если не уйду оттуда».
  • «Пророчество? — с ужасом поймала я себя на мысли, — пророчество — значит, Сарра говорила правду…»
  • Вай-вай! — чисто грузинский возглас горя, испуга.
  • 'Guten Abend, mein Kind!' — Добрый вечер, дитя мое! (нем.)

Сводка по автору из Wikidata

1875–1937. Лидия Алексеевна Чурилова. русская детская писательница, актриса

Читать онлайн

Страница 2 из 47

Потом, покончив с ними и все еще не сходя с колен деда, я прислушивалась внимательным и жадным ухом к тому, что он говорит с моим отцом.

А говорил он много и долго… Говорил все об одном и том же: о том, как упрекает и стыдит его при каждой встрече старик-мулла за то, что он отдал свою дочь «урусу»,[4] что допустил ее отречься от веры Аллаха и спокойно пережил ее поступок.

Отец, слушая деда, крутил только свой длинный черный ус да хмурил свои тонкие брови.

— Слушай, кунак[5] Магомет, — вырвалось у него в одну из таких бесед, — тебе нечего беспокоиться за твою дочь: она счастлива, ей хорошо здесь, наша вера стала ей родной и близкой. Да и поправить сделанного нельзя… Не беспокой же ты даром мою княгиню. Видит Бог, она не переставала быть тебе покорной дочерью. Передай это своему мулле, и пусть он поменьше заботится о нас, да поусерднее молится Аллаху.

Боже мой, как вспыхнуло от этих слов лицо деда!.. Он вскочил с тахты… Глаза его метали молнии… Он поднял загоревшийся взор на отца — взор, в котором сказалась вся полудикая натура кавказского горца, и заговорил быстро и грозно, мешая русские, татарские и грузинские слова:

— Кунак Георгий… ты урус, ты христианин и не поймешь ни нашей веры, ни нашего Аллаха и его пророка… Ты взял жену из нашего аула, не спросясь желания ее отца… Аллах наказывает детей за непокорность родителям… Марием знала это и все же пренебрегла верою отцов и стала твоею женою… Мулла прав, не давая ей своего благословения… Аллах вещает его устами, и люди должны внимать воле Аллаха…

Он говорил еще долго, долго, не подозревая, что каждое его слово прочно западает в юную головку прижавшейся в уголок тахты маленькой девочки.

А моя бедная деда слушала сурового старика, дрожа всем телом и бросая на моего отца умоляющие взоры. Он не вынес этого немого укора, крепко обнял ее и, передернув плечами, вышел из дому. Через несколько минут я видела, как он скакал по тропинке в горы. Я смотрела на удаляющуюся фигуру отца, на стройный силуэт коня и всадника, и вдруг точно что-то толкнуло меня к Хаджи-Магомету.

— Деда! — неожиданно прозвучал среди наступившей тишины мой детский звонкий голос, — ты злой, деда, я не буду любить тебя, если ты не простишь маму и будешь обижать папу! Возьми назад твой кишмиш и твои лепешки; я не хочу их брать от тебя, если ты не будешь таким же добрым, как папа!

И, недолго думая, я быстро вывернула карманы, куда набрала привезенные дедом лакомства, и выбросила все их содержимое на колени изумленного старика.

Моя мать, прижавшись в угол комнаты, делала мне отчаянные знаки, но я не обращала на них внимания.

— На, на! и свой кишмиш бери, и лепешки бери, и армянские пряники… ничего, ничего не хочу от тебя, злой, недобрый деда! — твердила я, вся дрожа, как в лихорадке, продолжая выкидывать из карманов привезенные им лакомства.

— Кто учит ребенка непочтению к старости? — загремел на весь дом голос Хаджи-Магомета.

— Никто не учит меня, деда! — смело крикнула я. — Моя мама, хоть не молится на восток, как ты и Бэлла, на она любит вас, и аул твой она любит, и горы, и скучает без тебя и молится Богу, когда ты долго не едешь, и ждет тебя на кровле… Ах, деда, деда, ты и не знаешь, как она тебя любит!

Что-то необъяснимое при этих словах промелькнуло в лице старика. Орлиный взор его упал на маму. Вероятно, много муки и любви прочел он в глубине ее черных, кротких глаз, — только его собственные глаза заблестели ярко-ярко и словно задернулись набежавшей в них влагой.

— Правда ли, джаным? — скорее прошептал, нежели спросил, Хаджи-Магомет.

— О, батоно![ 6] — стоном вырвалось из груди моей матери, и, подавшись вперед всем своим гибким и стройным станом, она упала к ногам деда, тихо всхлипывая и лепеча одно только слово, в котором выражалась вся ее беспредельная любовь к нему:

— О, батоно, батоно!

Он схватил ее, поднял и прижал к своей груди.

Я не помню, что было дальше… Я понеслась, как бешеная горная лошадка, по тенистым аллеям нашего сада, будучи не в силах удержать порыв восторженного счастья, захватившего могучей волной мое детское сердечко…

Я носилась, задыхаясь, плача и смеясь в одно и то же время… Я была счастлива, как никогда, острым, захватывающим, почти невыносимым порывом счастья…

Когда, несколько успокоенная, я вернулась в комнату, то увидела мою мать, сидящую у ног деда… Его рука лежала на ее чернокудрой голове, и в глазах обоих сияла радость.

Отец, вернувшийся во время моей бешеной скачки по саду, подхватил меня на руки и покрыл мое лицо десятком самых горячих и нежных поцелуев… Он был так счастлив за маму, мой гордый и чудный отец!

Это был лучший день в моей жизни. Это было первое настоящее, сознательное счастье, и я наслаждалась им всем моим юным сердечком…

Вечером у моей постельки они собрались все трое — отец, мать, деда и я, смеясь сквозь дымку дремоты, соединяла их большие руки в моих крошечных кулаках и заснула под тихий шепот их ласкового говора…

Новая, чудесная, мирная жизнь воцарилась под нашей кровлей. Дед Магомет чаще приезжал из аула, один или с Бэллой, моей молоденькой теткой — участницей моих детских игр и проказ.

Но наше счастье длилось недолго. Прошло всего несколько месяцев после того блаженного дня, как вдруг моя бедная дорогая мама тяжко заболела и скончалась. Говорят, она зачахла от тоски по родному аулу, который не могла даже навещать, боясь оскорблений со стороны фанатиков-татар и непримиримого врага ее — старого муллы.

Весь Гори оплакивал маму… Полк отца, знавший ее я горячо любивший, рыдал, как один человек, провожая ее худенькое тельце, засыпанное дождем роз и магнолий, на грузинское кладбище, разбитое поблизости Гори.

Мне не верилось до последней минуты, что она умирала…

Перед смертью она не сходила с кровли дома, откуда любовалась синеющими вдали горами и серебристо-зеленой лентой Куры…

— Там Дагестан… там аул… там мои горы… Там отец и Бэлла… — шептала она между приступами кашля и указывала вдаль, по направлению северо-востока, крошечной, почти детской, вследствие поразительной худобы, рукой.

И вся она, укутанная белой буркой, казалась нежным, прозрачным ангелом восточного неба.

Я помню с мучительной ясностью вечер, когда она умирала…

Тахту, на которой она лежала, подняли на кровлю, чтобы она могла полюбоваться горами и небом…

Гори засыпал, обвеянный крылом благоуханной восточной ночи… Спали розы на садовых кустах, спали соловьи в чинаровых рощах, спали руины таинственной крепости, спала Кура в своих изумрудных берегах, и только несчастье одно не спало, одна смерть бодрствовала, поджидая жертву.

Мама лежала с открытыми глазами, странно блестевшими среди наступающей темноты… Точно какой-то свет исходил из этих глаз и освещал все ее лицо, обращенное к небу. Лучи месяца золотыми иглами скользили по густым волнам ее черных волос и венчали блестящей короной ее матово-белый лоб.

Отец и я притихли у ее ног, боясь нарушить покой умирающей, но она сама поманила нас трепещущей рукой и, когда мы склонились к ее лицу, заговорила быстро, но тихо-тихо, чуть внятно:

Страница 2 из 47

Вам также может понравиться

Страница 1 из 17

Назад1217Далее