Загрузка...
Братья Гордеевы — обложка книги
Дата написания1896-12-31
Язык книгиru
Возрастное ограничение12+

Описание

В романе «Братья Гордеевы» автор описывает столкновение традиционного руководства и новых, иностранно-образованных идей, а также семейные и рабочие разногласия, которые приводят к психологическому кризису главного героя.

Главный конфликт / проблема

Конфликт между традиционным руководством и иностранными новыми идеями, а также семейные разногласия, приводящие к внутреннему кризису главного героя.

Ключевые идеи

  • Конфликт между традиционным руководством и иностранными новыми идеями
  • Социальное неравенство и напряжённость между рабочими и руководством
  • Семейные традиции и их влияние на повседневную жизнь
  • Конфликт между старой верой и современными влияниями
  • Роль немки как символа чуждости и перемен
  • Внутренние напряжения в семье из-за различий в мировоззрении
  • Семейные обязанности и ожидания против личных желаний и страданий.
  • Проблемы психического здоровья и их влияние на рабочую среду.
  • Влияние внешних персонажей (поп, поповская гостья, немка) на внутренние конфликты семьи.

Вывод

Книга приводит к выводу, что перемены, даже если они кажутся благородными, могут обернуться разрушительными последствиями, если они не учитывают глубинные традиции и личные переживания.

Кому полезна

  • Читатели, интересующиеся русской литературой XIX века
  • Историки и социологи
  • Психологи

Главные темы

  • Традиции и модернизация
  • Семейные конфликты
  • Психологический кризис

Персонажи

  • Федот Якимыч — Старый руководитель заводского дома, строгий, придерживается традиционных правил, чувствует вину перед женой, балансирует работу и семейные обязанности, проявляет психическое истощение, видения, умирает от удара.
  • Амфея Парфеновна — Строгая, придерживающаяся раскольничьей веры, контролирует домашний порядок, беспокоится о дочери и муже, вмешивается в семейные дела, приходит из скитов, чтобы утешить Наташу, гордая и неприступная.
  • Наташа — Замужняя за недалеким купцом, уезжает в Новый завод, чувствует себя чужой, разочарована, одиночна, потеряла радость после смерти Никона, предана семье, пытается спасти Леонида.
  • Карпушка — Простой рабочий, выполняет работу, получает признание от Федота, работает над механизмами завода, часто пьёт, проявляет странное поведение.
  • Никон — Брат Федота, старший брат Гордеевых, обладает европейским образованием, но не понимает местных порядков, работает в шахте, часто опаздывает, вызывает недовольство Федота.
  • Леонид — Младший брат Гордеевых, молодой, неуверенный, следует указаниям Федота, проявляет признаки болезни, в итоге умирает от паралича.
  • Пелагея — Молчаливая немка, следит за порядком, помогает жителям, живёт в доме, влияние на других неясно.
  • Брукс — Грубо, гордый, умный, играет в преферанс с Федотом и немкой, пришёл вместо Никона, работает механиком.
  • Поп Евстигней — Прибывает в дом, чтобы помочь разобраться в семейных проблемах, но остаётся молчаливым.
  • Амалия Карловна — Немка, приходит в дом, вызывает смех и недоумение, символизирует чуждость.

Цитаты

  • Шесть часов отбило на пожарной?
  • Я вас в бараний рог согну, нехристи!
  • «Ничего, для первого разу достаточно, Феюшка… Носи – не потеряй. Разнес я этих прохвостов во как… Нарродец!»
  • «Тебе-то какая печаль? – успокаивала мужа Амфея Парфеновна. – Ежели он не хочет покориться, так и пеняй на себя…"
  • «Пока особенного еще ничего не случилось, но ее беспокоило поведение Наташи. С бабой творилось что-то неладное…»
  • «Пробовал было сопротивляться, но из этого ничего не вышло, – старуха была непреклонна.»

Сводка по автору из Wikidata

1852–1912. Дми́трий Нарки́сович Ма́мин-Сибиря́к. сибирский и русский писатель

Читать онлайн

Страница 3 из 23

II

Все время, пока на крыльце происходил утренний прием, в сенях стояла высокая старуха в раскольничьем сарафане. Это была жена Федота Якимыча, Амфея Парфеновна. Она прислушивалась в дверную щель, что делается там, на крыльце, а когда Федот Якимыч затопал ногами на Никона, не утерпела и выглянула, – заграничные ее интересовали. Она их помнила еще детьми и теперь только грустно качала головой, когда Никон «резал» прямо в глаза Федоту Якимычу.

«Этакой бесстрашный! – думала старуха. – Самому-то так и режет… Ах, отчаянный!»

Время от времени дверь из задней горницы отворялась, и неслышными шагами входила круглая, маленькая женщина, объяснявшаяся с Амфеей Парфеновной знаками. Это была немушка Пелагея, игравшая в доме видную роль. Она тоже одета была в косоклинный сарафан из синего изгребного холста с желтой оторочкой на проймах. Взглянув на госпожу своими маленькими серыми глазками, немушка закрывала рот широкою ладонью: она знала в чем дело и успела разглядеть басурманов из своей кухни. Амфея Парфеновна поджимала губы, хмурила густые брови, и немушка так же незаметно исчезала, как появлялась. Это была «верная слуга», воротившая весь дом. На Амфею Парфеновну она просто молилась и по выражению ее глаз угадывала каждую ее мысль.

Когда Федот Якимыч кончил свой утренний прием, Амфея Парфеновна неслышно удалилась в заднюю горницу, где на столе кипел самовар и дымились горячие блины. Старик не любил, чтобы в его дела мешались бабы. Но на этот раз он вошел в заднюю избу веселый и проговорил:

– Ничего, для первого разу достаточно, Феюшка… Носи – не потеряй. Разнес я этих прохвостов во как… Нарродец!..

– Уж очень ты себя-то обеспокоил, Федот Якимыч, – покорно заметила старуха. – Легкое место сказать: горло перекричал. Нестоющие того люди… Обасурманились на чужой стороне вконец…

– А мы их в свою веру повернем… ха-ха!.. Нет, Никашка-то, а? Ловок… И шляпу не снял и ушел не простившись. Идол идолом…

– Левонид-то поскромнее будет… очестливее.

– Оба хороши, Феюшка… Ну, да и мы не через забор лаптем щи хлебаем. Нет, Никашка-то как строго себя оказал… Ха-ха!.. Туда же, амбицию свою соблюдает… А того не знает, што он у меня весь в руках. Хочу с кашей ем, хочу масло пахтаю… Все науки произошел, а начальства не понимает. Ну, да умыкают бурку крутые горки… Я Никашку по первому делу в Медную горку пошлю… Пусть отведает, каково сладко с Федотом Якимычем тягаться.

– Молод еще… – как бы в оправдание Никона заметила Амфея Парфеновна и сама испугалась собственной смелости. – К слову я молвила, Федот Якимыч, – не бабьего ума дело.

– То-то! – окрикнул жену старик и нахмурился. – Не люблю, штобы курицы петухом пели… Не люблю, вот и весь сказ! Против сердца мне сказала, вот што! Только я отошел было, а ты меня опять подняла. Тьфу!..

– Прости, Федот Якимыч, не от ума сболтнула.

– Дура!

Старик ударил кулаком по столу и молча зашагал по горнице.

Господский дом был устроен по старинке. Собственно, это была громадная изба, разделенная по-крестьянски сенями на переднюю половину и заднюю. В передней половине было всего две комнаты, выходившие на улицу пятью маленькими оконцами. Обстановка здесь устроена по-модному – с кисейными занавесками, мягкою мебелью, коврами, горками с посудой и дешевенькими картинами по стенам. Хозяева бывали в передней половине только при гостях, поэтому она носила нежилой, парадный характер. Задняя половина была устроена по старине, и вместо стульев около стен шли широкие лавки, крашенные кубовой синей краской. Передний угол занят был иконостасом с образами старинного раскольничьего письма, медными складнями и крестами. Здесь теплилась всегда «неугасимая». В особой укладке, прикрепленной к стене, хранились часовник и псалтырь, свечи и ладан. За этим блюла сама Амфея Парфеновна. Несколько шкафов с посудой, письменный стол у внутренней стены, старинные большие часы на стене, канарейка в клетке, несколько гераней на окнах – вот и все. Дощатой перегородкой, тоже выкрашенною кубовою синею краскою, задняя изба делилась на две горницы, и во второй была устроена спальня, с широкою двуспальною кроватью, перинами, горой подушек, комодами и гардеробом. Когда дети были маленькие, здесь была детская, но дети давно выросли, были пристроены, и старики жили в доме только вдвоем. Собственно говоря, Амфея Парфеновна мало жила в горницах, а при посторонних и совсем не показывалась, – у нее была наверху своя светлица, где все было устроено по ее вкусу. В светлицу сам Федот Якимыч ходил только по спросу, когда Амфея Парфеновна позволит. В горницах была вся воля Федота Якимыча, а в светлице царила одна Амфея Парфеновна.

Светлица походила на моленную. Одна стена была) сплошь уставлена образами, и Амфея Парфеновна сама здесь «говорила кануны» далеко за полночь. Единственною свидетельницею этого домашнего благочестия была немушка Пелагея да разные «странные люди», проникавшие в господский дом никому неведомыми путями и так же исчезавшие. В своей светлице Амфея Парфеновна была строга и недоступна, так что ее побаивался и сам Федот Якимыч, покрикивавший на жену у себя в горницах.

– Чаепиец ты и табашник! – карала мужа Амфея Парфеновна, входя в свою роль главы дома. – В смоле будешь кипеть потом.

– Ох, буду… – соглашался Федот Якимыч, сокрушенно вздыхая. – Ослабел, Амфея Парфеновна.

Горницы и светлица, таким образом, представляли два различных мира, соприкасавшихся между собой опять-таки ради житейской нужды и слабости. Старики жили по старой вере, хотя Федот Якимыч уже давно «обмирщился». В этом заключалось большое преимущество Амфеи Парфеновны, неукоснительно соблюдавшей древлеотеческие предания. Она в своем раскольничьем мире являлась столпом и крепким оплотом гонимой старой веры и вела обширные сношения с своими единомышленниками. Общественное положение Федота Якимыча как главного управляющего Землянскими заводами заставляло делать постоянные уступки «никонианской злобе», и он как будто всегда чувствовал себя немного виноватым перед женой. Мало ли где ему приходилось бывать самому, а еще больше того принимать в своих горницах никониан: и горный исправник, и протопоп, и разные судейские чины, властодержавцы, начальники и просто нужные люди. В качестве блюстительницы древлего благочестия Амфея Парфеновна держала свое имя грозно, и Федот Якимыч в сущности боялся ее, несмотря на свои окрики и грубые выходки. Это последнее чувство выросло с годами совершенно незаметно, так что и сам крутой старик не давал себе в нем отчета. С другой стороны, Амфея Парфеновна приобрела большое и решающее влияние в своем старообрядческом мире, так что в важных делах к ней шли за негласным благословением, когда нужно было склонить на свою сторону какого-нибудь нужного милостивца, утишить загоревшуюся никонианскую ярость или устранить вредного человека. Старуха умела сделать все это незаметно и просто, оставаясь в тени. Конечно, успеху дела много содействовало общественное положение жены главного управляющего.

Страница 3 из 23

Вам также может понравиться

Страница 1 из 172

Назад12172Далее