Загрузка...
КАТЕГОРИИ — обложка книги
Читать бесплатно онлайн

КАТЕГОРИИ

Автор Аристотель
16+151 читателей
Дата написания1970-01-01
Язык книгиru
Язык оригиналаel
Возрастное ограничение16+

Описание

Аристотель в трактате «Категории» систематизирует способы обозначения предметов, определяет десять фундаментальных категорий и исследует их свойства, противоположности, а также связи с предшествием и движением.

Главный конфликт / проблема

Как охватить все возможные утверждения о реальности через ограниченное число категорий и определить их взаимосвязи и противоположности

Ключевые идеи

  • Классификация предметов по типу имени: однобочные, соименные, отименные.
  • Различие между сказуемым и субъектом, включая связь и нахождение.
  • Сказуемое как род и видовые отличия в разных родах.
  • Десять фундаментальных категорий, охватывающих все утверждения.
  • Разделение сущностей на первичные и вторичные
  • Количественные понятия – раздельные и непрерывные
  • Соотнесённые объекты взаимосвязаны и могут быть обоюдными
  • Качества делятся на устойчивые и преходящие, имеют противоположности и степени
  • Категории допускают противоположность и степень, а также имеют различные значения (положение, время, место, обладание).
  • Четыре вида противоположности (соотнесенные, противоположности, лишенность‑обладание, утверждение‑отрицание) имеют разные свойства и переходы.
  • Порядок и предшествие проявляются в пяти смыслах, включая временной, логический, порядковый и причинный.
  • Движение делится на шесть видов, каждый из которых имеет свой противоположный вид.

Вывод

Все утверждения можно классифицировать по десяти категориям, а их взаимосвязи, противоположности, предшествия и движения позволяют систематизировать знание о реальности и формировать основу для дальнейшего философского и логического анализа

Кому полезна

  • Студенты и преподаватели философии и логики
  • Теоретики языка
  • Логики и аналитики
  • Кто интересуется основами категориального анализа

Главные темы

  • Классификация десяти категорий и их свойства
  • Противоположности и их виды
  • Модели движения, предшествия и обладания

Персонажи

  • Сократ — Сократ упоминается как объект, о котором можно говорить как «Сократ здоров» и «Сократ болен», чтобы показать, что одно из утверждений истинно, а другое ложно.

Цитаты

  • «Одноименные называются те предметы, у которых только имя общее, а соответствующая этому имени речь о сущности разная…»
  • «Из сказанного без какой-либо связи каждое означает или сущность, или «сколько», или «какое», или «по отношению к чему-то», или «где», или «когда», или «находиться в каком-то положении», или «обладать», или «действовать», или «претерпевать»»
  • Действие и претерпевание также допускают и противоположность себе, и большую и меньшую степень.
  • противолежащих друг другу как соотнесенных, или как противоположностей, или как лишенности и обладания, или как об утверждении и отрицании.

Сводка по автору из Wikidata

-038–-032. Ἀριστοτέλης. древнегреческий философ, ученик Платона

Читать онлайн

Страница 3 из 12

Сущностям и видовым отличиям свойственно то, что все [составленное] из них говорится соименно. Все [составленные] из них сказуемые сказываются или о единичном, или о видах. Первая сущность не составляет никакого сказуемого: ведь она не сказывается ни о каком подлежащем. Что же касается вторых сущностей, то вид сказывается о единичном, а род — и о виде, и о единичном. Точно так же и видовые отличия сказываются и о видах, и о единичном. Далее, первые сущности принимают понятие вида и рода, а вид — понятии рода. Ибо все, что говорится о сказуемом, может быть применено и к подлежащему. Таким же образом и виды и единичное принимают понятие видового отличия. Соименными же были у нас названы те предметы, у которых и имя общее, и понятие одно и то же. Поэтому все [составленное] из сущностей и из видовых отличий говорится соименно.

Всякая сущность, надо полагать, означает определенное нечто. Что касается первых сущностей, то бесспорно и истинно, что каждая из них означает определенное нечто. То, что она выражает, есть нечто единичное и одно по числу. Что же касается вторых сущностей, то из-за формы наименования кажется, будто они в равной степени означают определенное нечто, когда, например, говорят о «человеке» или о «живом существе»; однако это не верно. Скорее они означают о некоторое качество, ведь в отличие от первых сущностей подлежащее здесь не нечто одно: о многих говорится, что они люди и живые существа. Однако вторые сущности означают не просто какое-то качество, как, [например], белое: ведь белое не означает ничего другого, кроме качества. Вид же и род определяют качество сущности: ведь они указывают, какова та или иная сущность. Род при этом определяет нечто большее, чем вид: тот, кто говорит «живое существо», охватывает нечто большее, чем тот, кто говорит «человек».

Сущностям свойственно и то, что им ничего не противоположно; в самом деле, что могло бы быть as противоположно первой сущности, например отдельному человеку или отдельному живому существу? Ничто им не противоположно. Равным образом нет ничего противоположного и человеку или живому существу. Однако это не особенность сущности; это встречается и у многого другого, например у количественного. Ведь длине в два локтя или в три локтя нет ничего противоположного, так же и десяти и [вообще] никакому количеству, разве только если сказать, что «многое» противоположно «малочисленному» или «большое» — «малому». Во всяком случае ни одному из определенных количеств ничего не противоположно.

Сущность, надо полагать, не допускает большей и меньшей степени. Я этим не хочу сказать, что одна сущность не может быть сущностью в большей или в меньшей мере, чем другая (выше уже было сказано, что это так), а хочу сказать, что о каждой сущности, как таковой, не говорится как о сущности в большой или в меньшей степени. Так, например, если эта вот сущность есть человек, то не будет человеком в большей и в меньшей мере ни сам он по отношению к себе, ни один по отношению к другому. Ведь один человек не в большей мере человек, чем другой, не так, как одно белое в большей и в меньшей степени бело, чем другое, и не так, как одно красивое называется более красивым или менее красивым, чем другое. [В подобных случаях] и об одном и том же можно сказать, что оно по отношению к себе бывает [в разное время] таковым в большей и в меньшей степени; например, тело, будучи белым, в настоящее время называется белым в большей степени, чем прежде, или будучи теплым — в большей и в меньшой степени теплым. Сущность же никак не называется сущностью в большей или в меньшей мере.

Ведь и человек не называется в настоящее время в большей мере человеком, чем прежде. И точно так же — ничто другое из того, что есть сущность. Таким образом, сущность не допускает большей и меньшей степени. Главная особенность сущности — это, надо полагать, то, что, будучи тождественной и одной по числу, она способна принимать противоположности, между тем об остальном, что не есть сущность, сказать такое нельзя, [т. е. ] что, будучи одним по числу, оно способно принимать противоположности; так, один и тождественный по числу цвет не может быть белый и черным; равным образом одно и то же действие, одно по числу, не может быть плохим и хорошим. Точно так же у всего другого, что не есть сущность.

Сущность же, будучи одной и тождественной по числу, способна принимать противоположности; так, отдельный человек, будучи единым и одним и тем же, иногда бывает бледным, иногда смуглым, а также теплым и холодным, плохим и хорошим. У всего другого этого, по-видимому, нет, разве что кто-нибудь возразит и скажет, что речь и мнение способны принимать противоположности. Ведь одна и та же речь кажется истинной и ложной; например, если истинна речь: «он сидит», то, когда он встанет, эта же речь будет ложной. То же самое и в отношении мнения: если правильно полагают, что такой-то человек сидит, то, когда он встанет, будет уже неправильно придерживаться этого мнения о нем. Однако если и согласиться с этим, то все же имеется различие в способе, [каким здесь и там принимаются противоположности]. В самом деле, сущности принимают противоположности, меняясь сами. Ведь, став холодной из теплой, сущность претерпела изменение (ибо она стала иной), и так же — став из бледного смуглым и из плохого хорошим. Точно так же и во всех остальных случаях сущность принимает противоположности, подвергаясь изменению; речь же и мнение, будучи сами во всех отношениях неподвижными, остаются совершенно без изменений, но из-за перемены обстоятельств для них получается противоположное; в самом деле, речь, [например], «он сидит», остается все той же, но в зависимости от происшедшей перемены обстоятельств она называется то истинной, то ложной. То же можно сказать и о мнении. Так что быть способной принимать противоположности в силу собственной перемены — это особенность сущности, по крайней мере по способу, [каким она их принимает]. Если, таким образом, кто-нибудь согласился бы с тем, что речь и мнение также способны принимать противоположности, то это было бы неверно.

Ведь о речи и о мнении говорится как о способных принимать противоположности не потому, что они сами принимают что-то, а потому, что в чем-то другом переменилось состояние: в зависимости от того, происходит ли это или нет, и речь называется истинной или ложной, а не из-за того, что она сама способна принимать противоположности; ведь вообще ни речь, ни мнение нисколько и ничем не приводятся в движение. Поэтому, ввиду того что в них не происходит никакой перемены, они не способны принимать противоположности. О сущности же говорится как о способной принимать противоположности потому, что она сама их принимает: она принимает болезнь и здоровье, бледность и смуглость; поскольку она сама принимает каждую из таких противоположностей, о ней говорится как о способной принимать их. Вот почему особенность сущности — это то, что, будучи тождественной и одной по числу, она способна принимать противоположности в силу собственной перемены. Итак, о сущности пусть будет достаточно сказанного.

Страница 3 из 12

Вам также может понравиться

Страница 1 из 2

Назад12Далее