Читать бесплатно онлайн

Хлебное дельце

Автор Владимир Иванович Даль

0+19832 читателей

personВсе книги автора

Удобнее читать в приложении

Читать в Telegram Читать в MAX Читать в VK Читать в WEB

menu_bookЧитать здесь

AI-разбор доступен после входа

Суть книги, пересказ, главный конфликт, ключевые идеи, вывод, кому полезна, главные темы, персонажи и цитаты можно получить после входа в BookRa.

auto_awesomeПолучить AI-разбор

О книге

В. И. Даль в рассказе «Хлебное дельце» зло высмеивает чиновников в полицейском участке, которые из незначительного юридического нарушения делают целый процесс – «хлебное дельце». Всякое дело, без стеснения говорит один из героев этого рассказа, «соображается по достоинству, чего оно то есть стоит».

Дата написания1970-01-01

Язык книгиru

Язык оригинала0

Возрастное ограничение0+

Жанры

классическая проза

Читать онлайн

Страница 2 из 4

– Дельце Амалии Кейзер, – начал тот, – о котором вы давеча помянули, или бишь я то есть помянул, а вы напросились па него… Разболтался я больно ныне для праздничка… Ну, да уж быть так! Да-с, это дельце выдалось хлебное, нечего сказать… богатейшее! Нашему брату, мелкой сошке, редко на веку такое достается… А ведь для незнающего человека плевое дело было, гроша не стоило; чего ведь уж наш следственный не новичок, не олух, не промах, уж он то есть видывал виды, и знает толк, и зубы съел на этом, да и тот, взглянув на дельце это, на явочное прошение по вздорной покраже, сунул его мне, по обиходной, по-нашему то есть, и всего-то за три целковых… Да, три!! Да в других руках оно и трех гривенников не стоило, а недельки через две не тремя запахло; в моих-то руках, любезнейший, оно то есть вот как развернулось, что, пожалуй, к трем-то и два нолика без греха приписать бы можно – вот что. Ну так вот послушайте-ка.

У графа Трухина-Соломкина – знаете, в Волош-ской, от моста третий дом, – какая-то прачка ли, судомойка ли украла батистовый платочек. А кто ворует да концов хоронить не умеет, тот нашего брата кормит. Ее прислали в часть. Ну, первое дело, известно, понаведаться в дом графа для разных допросов; бывает и в таком доме, что впутается кто-нибудь сторонний да пожелает разделаться по-приятельски, чтоб в таком деле не было его имени на бумаге; бывает, что струсит, как закинешь намек, что следует-де вас в часть потребовать, снять показаньице; а нет, так просто надоешь частыми приходами да расспросами; уж тут самому скучать никак нельзя. Вот иному барину беспокойно покажется, и он тебя, то есть с моим удовольствием, поблагодарит, только не беспокой его. Вот недавно также по воровству стали потаскивать день за день для допроса то кучера, то комнатного, то повара– – глядишь, а барин-то день без лошадей, день без обеда, день без чищеного платья и сапог, – и пропаже своей не рад. «Бросьте, говорит, дело, не желаю продолжать иска». – «Нельзя, говорят, следствие должно идти своим порядком»; в убытках вы вольны прощать вора, а в уголовном деле – нет, не ваша воля, да и не наша, и мы не вправе». Вот барин-то и видит, что надо раскошеливаться; двадцать пять и поднес, только оставь его в покое да не таскай людей; да, вишь, не мне достались они, а самому.

Ну, так о нашем-то деле; тут, в этом доме то есть, ничего то есть не далось, самая сущая безделица, потому, знаете, что это дом не такой: тут надо с осторожностью поступать и деликатно. Тут даже и поличного не приложили, то есть платка батистового, как девку при объявлении отправили в часть, а ведь уж это первое, чтоб поличное было налицо, хоть оно и не важное дело – платочек, а все годится… Ну тут и этого не удалось: дом не такой, нельзя было и настаивать очень, надо было осмотрительнее. А ину пору, вот и в прошлом году, только что также нам по усам текло, а в рот не попало – две серебряные ложки сряду выудил наш из дому после покражи серебра, для сравнения, а уж за третьей не посмел идти, так и бросил дело… А в другой раз шубку украли в доме; он меня и взял с собою для допроса, да и стал было приставать, чтоб все приметы записать, и все опять допрашивает… «Ну, – говорит хозяин, – уж извините, я вижу, чего вам хочется, да у меня другой такой шубы для сравнения нет…» Срезал злодей!

Ну, сударь мой, так-то я вижу, что толку нет, на подметки не выбегаешь, незачем и ходить к графу. Как быть, а три целковеньких задано, надо умудряться. Вот я вечером опять взялся за дело, за производство то есть, поглядел на него – с которого конца не приступись, и гроша не стоит, не только трех рублей. Если что-нибудь с девки сорвать – так безделица, едва ли и расходы воротишь, а уж тогда выпустить надо и порешить дело. Не хочется, убыточно. Ну, думаю, не поищешь, не постараешься, так и не найдешь. А потерять свое жаль. «Брось, – говорят товарищи, – ничего не доищешься, хоть и не перечитывай»; да и стали еще подсмеиваться, да и подшучивать надо мною, мигнув друг другу, да вполголоса: «Вот зашибет человек копейку, так зашибет!»

Ну, ладно. Перепустил я листы еще разок промеж пальцев – чего смотреть, явочная от управителя графского, да адресный билет Матрены этой, да два листка отобранных мною показаний – только и есть. Как ни верти, не вывертишь, а вывертеть надо. Гляжу – так вот глазами и напоролся тебе на аттестацию подсудимой по-прежнему местопребыванию, на адресном то есть билете; во-первых, подпись не засвидетельствована в квартале, а во-вторых, аттестация подписана твердою, скорописною мужскою рукою: Амалия Кейзер. «Врешь, – подумал я, – Амалии Кейзеры так не пишут; и у меня почуяло что-то ретивое и будто бархатною рукою по сердцу провело. Поглядел еще и молчу; думаю, пусть посмеются, а последний смех будет лучше первого.

Вот, сударик ты мой, тотчас закинули мы то есть крючок туда, где жила прежде Матрена наша, да вытребовали управляющего дома. Пришел. Мы его адресный билет с аттестатом на стол: это, мол, что? Глядит. У вас-де в доме жила такая-то и перешла на другое место; там она прокралась и шибко попалась – дело уголовное; а тут вот и аттестат не засвидетельствован в квартале. «Виноват, говорит, как-нибудь недоглядели; дело прошлое, не вводите в беду…» – «Чего не вводить, ты видишь, чай, что и без нас сам влез, и с головою. Ныне время строгое, нашему брату за вас не отвечать; чай, законы знаешь не хуже нашего: штрафу причтется за передержательство по полтора целковых за сутки, и всего за девяносто семь дней».

Вот мой управляющий туда, сюда. «Поправьте как-нибудь, говорит, беду нашу; ведь тут худого умысла не было; просмотрели, а девка ушла; где искать ее станешь? Возьмите по-христиански, да и концы в воду». – «Что долго толковать, – сказал я, – дело видимое, на ладонке: либо по полтора целковых за девяносто семь дней, либо тридцать на стол – больше и говорить не стану». Почесался мой управляющий, однако ж принес денежки. Мы послали билет от себя засвидетельствовать в квартал – и концы в воду.

– Ну, это конечно, – сказал я. – Теперь примемся за другое. Кто такая у вас в доме Амалия Кейзер?

– Ну, – говорит, – уж про то сама она знает, кто она; она и всего-то с год, как приехала сюда не знать откуда, из Риги либо из Ревеля, из Гамбурга, и больно щеголяет. Доходы она, видно, получает знатные.

– А по-русски знает хорошо?

– Где хорошо, через пятое в десятое ломает. «Есть поживишка, – подумал я, – теперь есть, не

Страница 2 из 4

Назад 1 2 3 4 Далее